Эфирия Конец Эпохи (СИ)
Чтобы раз и навсегда покончить с заразой, которая валилась с юга, люди и эльфы заключили мирный договор. По этому договору между людьми и эльфами было невозможно ведение воины. Все земли, уже отбитые эльфами, оставались за королевством Эльдар в счет обещаний короля людей и потерь, что понес эльфийский народ. Отступив до определенного предела, где люди могли в будущем выстроить оборону, люди с эльфами дали бой оркам. Разбив небольшие отряды, они углубились на юг, уничтожив множество кланов и их стоянок. Много орков попало в плен к эльфам. После атаки орки еще долго не могли атаковать людей и эльфов. Менарии на заранее приготовленных позициях выстроили свои южные границы для защиты своих земель, в будущем прибегая к помощи других людских королевств.
Отладив угрозу, эльфы исполняли заключенный договор с людьми, испытывая одновременно большую неприязнь, всё помня о предательстве людей. Позже эльфы отпустили пленных орков, малая часть из которых, прожив долгое время среди людей или эльфов, осядет в землях Мисандола. Южные деревни людей были заняты орками и заселены разными существами, оставшись навсегда потерянными для Менарии. Эти необрабатываемые и поросшие земли нарекли Диким лесом.
Островное королевство Ителлас со столицей Ильги-Тил находилось на многих морских путях. Со становлением новых государств открылись торговые маршруты. Ителлас, строя корабли, основательно занимаясь торговлей, собрал небывалое состояние. Надобность в едином королевстве Менария у них отпала и даже тяготила. В двести восемьдесят четвертом году Четвертой эпохи королевство Ителлас вышло из состава Менарии. В тот момент Менария не имела сил сдержать государство, тем более, они сами успели попасть в некоторую зависимость от этого королевства. Так Ителлас стал независимым.
После гибели Нергала Тарарду удалось покинуть поле битвы. Охотник нашел Зулура в его старом логове. Они долго вспоминали свой поход и павших друзей. Вспомнив Нергала, Матиса, Зима, опустошив кружки крепкого напитка, Тарард отправился своим путем, забрав свою долю от похода.
У гоблина дела пошли как нельзя лучше. Подвинув к себе своих соплеменников, кои были и на Габилеоне, Зулур завел семью и вел крепкую торговлю, хотя с его добром можно было просто хорошо жить. Иногда Зулур виделся с Тарардом, они навещали друг друга в гостях, но с годами визиты становились все более редкими. Наследство Зулура не пошло проком для его потомков, в большинстве своем было развеяно по ветру. Проводя время за работой, основы которой он не разглашал, Зулур закончил свой словарь языка орков-дикарей. Эта работа была очень важна, так как не имела ранее никаких записей. Правда его работа не была по достоинству оценена в отсутствии желания договариваться людям с орками. Поэтому, несмотря на свою ценность, книга Зулура продолжает пылится на библиотечных полках города Дарфинан.
Тарард всё не мог остепениться, скитаясь по городам Менарии. Ему постоянно казалось, что чего-то не хватает, что что-то сделано неправильно. Этот осадок охотник так и не смог вытравить из себя, в итоге найдя место по душе на одном из островов Ителласа на берегу Карфийского океана. На сокровища орков Тарард весьма неплохо жил, невольно занял высокое положение в обществе. Окончательную часть своей жизни Тарард постоянно много раздумывал, не делясь своими мыслями, как собственно и своим прошлым с приобретенной семьей.
Среди сокровищ и вещей охотника всегда выделяюсь одна пара: это спрятанный в подвал и завернутый в полотнище посох, который иногда жутко выл и испускал свет, пугая домашних. Часто Тарард спускался к этой вещи и смотрел на нее часами. А еще была трубка, подаренная Нергалом, которую он хранил столько лет и ни разу так и не воспользовался.
На закате своей жизни Тарарда разразила непродолжительная болезнь, которая принесла ему покой. В последних потугах, в окружении семьи, он обмолвился одной из мыслей, что его давно мучала. Многие сочли это бредом старого и больного человека, но он продолжал повторять про ужас, который несет черная энергия. Картина, застывшая в его голове, от последнего взгляда на Нергала, когда черная энергия поглощала некроманта, больше не тревожила охотника: он закрыл глаза и его сердце перестало биться.
На Эльвёре — одном из трех островов близ Сваль-Гарда, племя северных людей эскверов шло на охоту со своим вождем. Стоял триста двадцатый год Четвертой эпохи. В абсолютно ясную погоду в небе стали бить молнии, привлекая внимание эскверов. Где-то высоко за снежными холмами рвалось полотно пространства и открывался временный портал…