Спящий. Прелюдия пустоши (СИ)

      - Нет, не мертвы. Зато весь гарнизон вырезан, - ответил он, с уже знакомым смешком, шоркая ботинками.
      - Но ты смог выбраться, - констатировал басистый Гевон. Он убрал револьвер в кобуру и хлопнул того по плечу, свободной рукой.
      - Да, как и вы, начальник… И пришел за вами…
      Фонарь грохнулся на пол и погас. Тобиас смазанным движением вытянул из-за спины "Гача" и так же быстро вогнал его в грудь Гевона. Быстро. Кончик лезвия вылез как раз в том месте, куда я хотел стрелять.
      Дворянин испуганно пискнул и торопливо попятился, поравнявшись со мной. Он трясущейся рукой достал оружие, повернул ко мне голову, и испуганно вскрикнув, тут же выронил его. Шлепнулся на пятую точку. Красная свеча вывалилась из подсвечника и упала фитилем ему на одежду, сразу же затухнув.
      - Ты… что… - тем временем прокряхтел Гевон, глядя на мясника. – Я ведь… тебя…
      Я прижал указательный палец к губам и, отлипнув от стены, подобрал револьвер.
      - Ты давал слово и нарушил его. Ты сказал, что никогда не забываешь о своих, но бросил меня и сбежал как крыса. Наш уговор расторгнут, - пылко протараторил Тобиас, почти вплотную приблизившись к Гевону. Похоже, его ни капли не волновал дворянин.
      Начальник зарычал, оттолкнул в сторону Ки́миту, да так, что она упала, отбросил факел и схватил мясника за грудки:
      - Будь ты проклят!
      - Мы уже давно все прокляты, если ты еще не заметил, дядя Гевон, - с улыбкой на лице сказал Тобиас и, оттолкнув мужчину, медленно вытянул из его груди Гача.
      Гевон сделал неуклюжий шаг назад, замер и грохнулся лицом вперед.
      Ки́мита еще не заметила меня и прижалась к стене, с ужасом глядя на мясника снизу вверх. Красная свеча придавала его довольной ухмылке более чем пугающий вид.
      - Мы не так договаривались, - спокойно сказал я, привлекая внимание. Нашел в кармане Гевона пару ключей, один из которых просто обязан открыть замки кандалов.
      - Мы никак не договаривались, - парировал Тобиас. – Ты не убьешь меня, я тебя. Всё. Гевона это никак не касалось, как и способа вызволения твоей подруги.
      Я внутри закипел от его слов, но не стал отвечать и присел рядом с кхану́, подобрал к замку ключ. Ки́мита сразу узнала меня и тоскливо выгнула брови. Честно говоря, после последней нашей встречи я даже засомневался: то ли она рада, что я спас ее, то ли молит Троих, чтобы я наконец отвалил.
      - Что делать с Кусановым? – зачем-то спросил меня Тобиас.
      А что с ним делать? Да, мир жесток, но избавиться от гада мне хотелось так же сильно, как от гулей. Никогда ничего не имел против дельцов и торговцев, каждый вертится как может, но подобные предприятия были мне не по душе, мягко говоря. Одно дело маньяков в копи засылать, другое простых работяг да искателей лучшей жизни отлавливать и будто зверушек в клетках держать. Даже кодекс Семьи убийц выглядит куда гуманнее, несмотря на выполняемую работу…
      - У меня есть золото! Много золота! Вот, забирайте все! – подал голос дворянин, бросив перед собой сундучок. – Это не все! Я могу обеспечить вам безбедную жизнь. У меня есть связи и…
      - Убей, - холодно обронила Ки́мита, глядя мне в глаза.
      - Нет, нет. Нет! – забормотал долговязый, подорвался и побежал назад.
      Мой дверс быстро оказался в левой ладони, и два прицельных оглушающих в каменном тоннеле выстрела повалили мужчину на землю. Он коротко вскрикнул и застонал, пополз. Мясник, не говоря ни слова, подошел к телу Гевона, обтер плоское лезвие Гача об его одежду и медленно потопал к Кусанову. Несложно догадаться, зачем он к нему пошел.
      Неудачно заглянул в гости инкогнито, однако, попав прямо под атаку гулей. Или удачно? Только для нелюдей, которым, по-видимому, в живых нужен был именно он, а не Гевон, как казалось сначала. Да, тогда все выглядит более-менее логично. Зачем им красть какого-то вояку?
      И вместе с этим пониманием, меня посетила еще одна простая неприятная мысль. Новые гули не планируют всегда оставаться в Пустоши. Им нужен выход к княжествам. Причем выход со связями, а не попытка проскользнуть и затаиться в канализации как крысам.
      Уже в поселении стало ясно, что они не простые монстры, а ничем не уступающие в интеллекте людям создания. Одна встреча с Варисой подтверждает это. Может быть новообращенные и уподобляются бездумным монстрам, ведомым только голодом, что я и наблюдал в лице Патрика и охотницы в храме, но это не длится вечно. Возможно, нужен толчок и контроль, а может само проходит. Но сейчас это не важно.
      Смотреть и слушать работу мясника не хотелось от слова совсем. Поэтому я в темпе помог тэли подняться, закрепил на ней свечу, подобрал факел и повел на выход. Заблудиться уже не выйдет, я усердно запоминал путь.
      Взгляд упал на драгоценности, выглядывающие из-под приоткрывшейся крышки сундучка, и я без сомнений поднял его. Даже если бы почти все мои деньги не потерялись из-за всех этих приключений, было бы глупо оставить все здесь или в чужом кармане.
      - Ты меня нашел, - заговорила девушка после второй развилки, опираясь о мое плечо. Она наотрез отказалась, чтобы я сам ее поддерживал.
      Я не знал, с чего начать разговор, как и не видел в нем смысла, поэтому мы шли в неловкой тишине. Тобиас догнал нас, но держался позади на приличном расстоянии.
      - Нашел, - ответил я.
      - Почему?
      Я мог бы назвать кучу причин: начать с симпатии, пройтись по мукам совести и закончить упертостью. И я сказал бы именно это, если бы ответить нужно было вчера.
      Но теперь я знаю настоящую причину. Знаю, почему действительно взял в руки клинок и решил за нее. Знаю, почему так жестоко поступил с тем охотником. Знаю, почему хочу прикончить мясника с первой же секунды, как только увидел его дежурную улыбку…