Царский сплетник. Трилогия

— Лучше б рыбок покормили, изверги, — удрученно вздохнул юноша, — Хоть какой-то от вас будет толк.
— Ага, как же. Разбежался, — откликнулся с крыши кот. — Чтоб они нас схарчили? Фигушки, сам корми.
— Опять-таки чем? — вывернулся из-за терема Жучок, радостно помахивая хвостиком, — Свои косточки я им не дам, и не мечтай.
— Ну так хотя бы таранью из бочки…
— Вася, — ахнул оборотень, — ты посмотри, кого наша Янка на груди пригрела! Рыбок рыбкой кормить собирается. Каннибал!
— Да тьфу на вас! — окончательно разозлился царский сплетник, — Так, Васька, если к моему приходу рыбка не будет накормлена, точно тебя им скормлю. Они для моих гениальных планов нужны живые.
— Ты бы лучше подумал, кому и зачем эти звери понадобились, — высунулась из окошка Янка, — Ведь не так просто ту страсть из дальних стран в Великореченск везли.
— Уже подумал.
— Да? И какой результат?
— Паршивый. Эти рыбки зашедшую в воду лошадь за пару минут обгладывают до костей. Один скелет остается. На кого-то покушение готовили. А вот кто и на кого — большой вопрос. И что самое поганое, Никваса на эту тему трясти нельзя, так как он пешка и наверняка даже не знал о содержимом бочки. Простой исполнитель, которого использовали втемную. Можно, конечно, его взять в оборот и кинуть в пыточную к Малюте, но тогда есть шанс, что заказчик, а он, судя по всему, человек информированный, забеспокоится и успеет слинять. Ищи-свищи потом ветра в поле. Схоронится и начнет козни строить исподтишка.
— Возможно, ты и прав, — Янка окинула Виталий задумчивым взглядом и скрылась в глубине горницы.
Юноша посмотрел на часы. Уже перевалило за полдень. До встречи с пиратами время еще было, и он решил заняться пока бизнес-планом для митрополита. В том, что его преосвященство не сегодня завтра захочет с ним ознакомиться, Виталий не сомневался. Царский сплетник вернулся в сарай, пододвинул к обеденному столу колченогий табурет, взял чистый лист бумаги и начал творить. Теперь он не стеснялся. Цены на каждую операцию подготовки печатного дела заламывал несусветные. Раз не удалось царя-батюшку раскрутить на звонкую монету, пусть святая церковь раскошеливается. Все потом окупится сторицей, если царский сплетник сумеет раскрутиться. Итоговая цифра получилась внушительная — три с половиной тысячи золотых.
На подоконник сарая запрыгнул кот. Васька успел достаточно хорошо изучить постояльца Янки и был уверен, что тот уже остыл.
— Ты ежели завещание пишешь, то нас с Жучком не забудь. Семьдесят процентов мне, тридцать Жучку… нет, двадцать. Восемьдесят мне, двадцать ему.
— Думаешь, так будет справедливо?
— Ага. Он и на двадцать не наработал.
— Брысь отсюда!
Васька, решив не испытывать судьбу, поспешил ретироваться. Виталий подвел под итоговой цифрой жирную черту и изобразил ниже свой размашистый росчерк. В оконном проеме показалась любопытная морда Жучка. В дверь он сунуться не рискнул, а потому топтался под окном на задних лапах, положив передние на нижнюю планку оконной рамы.
— Ты ежели завещание пишешь, — шмыгнул носом оборотень, — то нас с Васькой не забудь. Семьдесят процентов мне, тридцать ему… нет, двадцать. Восемьдесят мне, двадцать ему.
— А что ж ты про Янку-то забыл?
— Гм… верно. Ладно, десять процентов Янке, остальное мне.
— А Ваське?
— А Васька и так на халяву сметану жрет, даже мышей не ловит.
— Брысь отсюда!
— Нашел киску! — фыркнул Жучок, но на всякий случай все-таки испарился.
Как только чернила на листке просохли, Виталий сложил бизнес-план вчетверо, засунул его в карман и поспешил в терем. Перед пиратами он должен был предстать во всей красе, а потому купленный в рамодановском бутике костюм для этой цели не годился. Юноша переоделся в костюм голландского моряка, перезарядил кремневые пистолеты, пренебрежительно откинув в сторону фитильные. На предстоящей «стрелке» возиться с огнивом и кресалом, раздувая фитили, времени не будет. Пристроив пистолеты на перевязи, царский сплетник передвинул ее на сто восемьдесят градусов, надел кожаную жилетку и накинул на плечи плащ. Теперь оказавшиеся за спиной пистолеты были надежно замаскированы от нескромных глаз. Бандану с черепом и костями Виталий затолкал в карман. Красоваться в ей среди бела дня на улицах Великореченска было верхом глупости, а вот на «стрелке» она вполне могла и пригодиться.
 
— Так… теперь с деньгами, — Виталий пошевелил губами прикидывая, сколько с собой взять на дело, — Ладно, лишние не помешают.
Юноша приторочил к поясу кошель с двадцатью золотыми Николы и на всякий случай сыпанул в карман горсть мелочи из меди и серебра на непредвиденные расходы. По бревенчатой стене снаружи заскрежетали коготки. На подоконник вскарабкался кот.
— Куда собрался?
— Корешей проведать. Трактир «У Трофима» не знаешь где?
— Здесь, в Верхнем граде. Как с подворья выйдешь, сразу направо, потом до ближайшего проулка налево и попадаешь на Маховую улицу.
— Маховую?
— Ага. Раньше на ней постоянно махаловка была стенка на стенку, вот и прозвали ее Маховой. На этой улице трактир «У Трофима» и стоит. Солидное заведение. При нем даже постоялый двор для иноземцев есть.
— Мерси за информацию.
Покинув терем, Виталий двинулся в указанном баюном направлении и довольно быстро добрался до трактира. Верхний град Великореченска не очень велик, и до любой точки центра столицы от подворья Янки Вдовицы можно было добраться за десять-пятнадцать минут. Трактир оказался действительно солидным. Двухэтажное каменное здание выглядело монументально. У входа, как и положено, стояли вышибалы, задачей которых было не допускать внутрь местную голытьбу и следить за внутренним порядком. Царский сплетник благополучно прошел фейс-контроль. В этой одежде его безоговорочно приняли за голландского моряка, и вышибалы расступились, пропуская «иноземца» внутрь. Перед юношей тут же материализовался трактирщик.
— Желаете откушать? Снять комнату? — спросил он, сияя радушной улыбкой.
— По обстоятельствам. Здесь где-то должны быть мои люди, — рассеянно пробормотал Виталий, окидывая взглядом полупустой зал, и сразу приметил столик, за которым сидели пираты. Их было всего трое. Семен, Филька и Митяй мрачно крутили в руках пустые кружки, нетерпеливо поглядывая на вход. Увидев юношу, они оживились и призывно замахали руками, — А вот и они.
— О! Так это ваши люди? — обрадовался трактирщик. проследив за его взглядом. — Вы льете бальзам на мои раны, теперь я знаю, кому предъявлять счет! Представляете, они уже третий день здесь живут и…
— Ясно. — Юноша извлек из кармана серебряный рубль кинул его трактирщику. — Этого хватит?
Трофим поймал монету на лету, освидетельствовал на ней лик царя Гордона и расцвел:
— Разумеется!
— И чтоб людей моих в черном теле не держал. Я отсюда вижу, что их стол пустой. Но это позже. Пока свободен. Будешь нужен — позову.
Виталий двинулся к столу, за которым расположились пираты.
— Причаливай к нашему пирсу, капитан! — радостно приветствовал его Семен.
— Давно ждете? — поинтересовался царский сплетник, усаживаясь за стол.
— С утра, — сказал Митяй.
— Где остальные? Вчера вас вроде было больше. Я человек пять насчитал.
— Пять, — усмехнулся Филька. — Нас не пять, а двадцать. Половина на шлюпе, остальные на постоялом дворе.
— На мели мы сейчас, — пояснил Семен. — Демьян, сволочь, напарил. В кошеле, что он нам дал, одни полушки вместо золотых оказались. На другие дела мы, пока с тобой не покалякали, решили не подписываться, а…
— Денежек прилично в кабаке посидеть на всех не хватает, — понятливо кивнул царский сплетник, — Так, господа.
 
Бы мог, конечно, накрыть для вас всех сейчас шикарный стол, но у меня есть предложение получше.
— Какое? — настороженно спросил Семен.
— Перенести пир в другое место. Это очень кстати, что нас не пять, а двадцать пять. У твоих людей кроме сабель еще какое-то оружие есть?