Начни сначала

Мне пришлось провести в общежитии всю последнюю неделю, прежде чем Кейден смог наконец дать мне ключи от квартиры. У моего предшественника ушло больше времени, чем было объявлено, чтобы забрать свою кровать. Но сегодня особенный день – я перееду в новую комнату. Кейден все еще выглядел недоверчивым, когда отдавал ключи от квартиры. Будто он уже пожалел о своем решении. Но это его проблема, а не моя.
Сразу после этого я отправилась в магазин с Доун, чтобы купить свои первые в жизни «штучки» для декора. Еще в старшей школе я накопила небольшую сумму, потому что всегда откладывала деньги, которые зарабатывала на репетиторстве или которые дарили родственники на дни рождения. Поэтому я с легкостью могла оплатить все, что было в моей тележке. У меня также имелся сберегательный счет, который завела мама, но я касалась его только в экстренных случаях. Или из-за вещей, которые были необходимы – например, плата за обучение.
Мне стало тошно при мысли о том, почему мама вообще давала мне деньги. Она на самом деле считала, что подкупит меня и при виде купюр я забуду о том, что случилось? Но даже если меня нельзя купить – потратить часть маминых денег было бы, как минимум, небольшой местью, которую я могла себе позволить.
Я глубоко вздохнула, отбросив нехорошие мысли подальше. Я должна была сосредоточиться на покупках.
– Тебе нужен стол? – спросила Доун, когда мы катили тележку по следующему ряду. Она остановилась у раскладной модели и задумчиво ее осмотрела. Она залезла под стол и трясла его, пока не запустился какой-то механизм и стол не разложился. Доун охнула, и на мгновение показалось, что она теряет равновесие, но нет.
– Мой предшественник оставил свой стол и полку. Кейден говорит, что, если они мне не нравятся, я должна сама от них избавиться. – Я закатила глаза. – К счастью, кровать забрали. Она выглядела просто отвратительно.
Доун подняла бровь:
– Звучит так, будто твой новый сосед просто милашка.
– Это явно не первое слово, которое приходит мне в голову. – Отозвалась я.
О боже. Надеюсь, все будет хорошо. Поиски квартиры были ужасными. Я сочувствовала всем, кому приходилось так же мучиться. Я стану идеальной соседкой по комнате. По крайней мере, я так думала. Кейден не нашел бы причин снова выгнать меня.
– Жаль, что я получила место в общежитии, – вздохнула Доун, опираясь обеими руками на низкий столик позади себя, что возможно только из-за ее роста. Доун была миниатюрной, но в отличие от меня у нее имелись женственные изгибы. – Тогда мы могли бы снять вместе квартиру.
– Да, очень жаль, – согласилась я, продолжая толкать тележку, которая была уже совершенно полной, – подушки, покрывало, пушистый ковер, гирлянды и прочие декоративные штуки оказались перемешаны в ней. В то же время с первого взгляда можно было понять, кому из нас что принадлежало. Доун – яркая птичка, и именно так будет выглядеть ее комната, в то время как я выбрала пастельные тона, которые ничем не отличались от ванильного мороженого.
– Моя соседка по комнате – тупая сучка, – продолжила Доун. – Я здесь всего две недели, а она уже успела притащить трех парней. Каждый раз она пытается выгнать меня! Иногда я думаю о том, чтобы остаться в знак протеста. Но давай посмотрим правде в глаза – ты бы хотела видеть своего соседа во время секса?
Я тут же поморщилась. Ее слова заставили меня представить картину, которую я всячески отгоняла от себя. Что ж, Кейден был в неплохой форме – это я должна признать. Одни его хорошо очерченные руки указывали на то, что он занимается спортом. А еще эти черные линии татуировок, пересекающие бицепсы, и буквы…
Я решительно вытряхнула из головы образ его обнаженной, покрытой потом кожи.
– Нет, я бы этого не хотела. Но в нашем случае это другое, – наконец ответила я.
Вероятно, пауза была слишком долгой – взгляд, который бросила на меня подруга, говорил сам за себя, а потом на ее лице расползлась улыбка, отчего ямочки на щеках стали глубже.
– Ах да? Другое? – спросила она, поднимая брови. Я ответила ей тем же.
– Да. В конце концов, я не живу с ним в одной комнате.
С молниеносной скоростью Доун вытащила одну из подушек в тележке и стала меня бить. Я со смехом увернулась.
– Это несмешно! – Она уронила подушку обратно в тележку и со стоном зарылась в ладони лицом. – На самом деле это беда. Тем более что она без проблем находит нового парня. Я имею в виду, мы же здесь, в Вудсхилле! Кто бы мог подумать, что в маленьком городке бродит так много сексуальных парней?
Тут мне пришлось с ней согласиться. Прямо сейчас, перед началом семестра, на каждом углу встречались парни нашего возраста – одно из преимуществ университетского городка.
– Мы можем заключить сделку, – сказала я, обнимая Доун за плечи.
Она посмотрела на меня, и ее карие глаза вспыхнули интересом.
– Я слушаю.
– Ты просто будешь приходить ко мне всегда, когда у тебя возникнут проблемы с соседкой по комнате. Наверное, это не лучшее решение, тебе же известны правила моего замечательного соседа, – состроив гримаску, произнесла я, и Доун фыркнула. Я рассказала ей о них, разумеется, не упустив ни одной детали. Она нашла правила Кейдена такими же глупыми, как и я.
– Но тогда мы могли бы запереться в моей комнате. По крайней мере, до тех пор, пока твоя снова не будет в твоем распоряжении.
– Ты такая хорошая, Элли Харпер, – сказала Доун. Она похлопала меня по плечу и серьезно посмотрела в мои глаза. – Спасибо.
Мы добрались до отдела свечей и фоторамок. Автоматически я потянулась за парой огромных свечей, благоухающих ванилью и кокосом. У нас дома их никогда не было. Мама считала, что они пахнут слишком дешево. Я же, напротив, с нетерпением ждала момента, когда смогу поставить их в свою комнату, чтобы создать уютную атмосферу.
Мне стало тепло, и я тут же отвела взгляд. Никогда еще мне не говорили ничего подобного. Я всегда была просто Элли, суперстерва. Элли, богатая сучка по соседству. Элли, шлюшка. Я не знала, как обращаться со словами, которые были добрыми.
Доун нахмурилась. Казалось, что она почувствовала мой дискомфорт и быстро переключилась на более безобидную тему.
– Эти штуки там, наверху, красивые, можешь достать?
Она указала пальцем на белые фоторамки с причудливыми украшениями. Мне пришлось встать на цыпочки, но только я могла достать до верхней полки.
– Действительно милые, – задумчиво произнесла я. – К сожалению, у меня нет фото, которое можно туда вставить.
Даже я слышала, как жалко это прозвучало. О боже, надеюсь, Доун не приняла меня за полную неудачницу. В конце концов, это было мое решение – не тащить сюда воспоминания из Денвера. Балласт тяжелых воспоминаний и без того был достаточно тяжелым – мне не нужны фотографии, которые ежедневно напоминали бы о моем прошлом.
– Такая чушь. Тогда давай сделаем одну, – предложила Доун, мгновенно вытаскивая телефон. Она встала передо мной и включила фронтальную камеру.