Познавший правила (СИ)

Спасли всех загнанные в дальнюю часть зала кавали. Они покинули свои загоны и без всякого приказа вмешались в бой. После этого твари валились по три штуки за одно движение мощных рогов, а у моих бойцов появилась возможность оттаскивать раненых на лечение и перекрыть вход в библиотеку. Если бы не кавали, то потерь было бы значительно больше — просто потому что твари уже ворвались в здание.
Впрочем, многим ветеранам пришлось тяжело. В лазарете лежала почти половина оставшихся в живых бойцов. На ногах оставались, в основном, девушки, которых задвинули в задние ряды, не давая к ним никому подобраться — ни тварям, ни изменённому. Досталось даже Каэсу — нашему мальчику-провожатому. Он лежал в бреду с разорванным боком. В результате, чтобы уложиться в отведённые три часа, мне пришлось перевалить сборы на десятников — а самому заняться лечением.
Раньше я первым делом кинулся бы лечить тяжёлых больных. Так было правильно — и можно было спасти больше людей. Но сегодня, когда стоял вопрос о скором марше назад, я, под удивлёнными взглядами девушек из десятка Пятнашки, кинулся к тем, кого мог поставить на ноги прямо сейчас. Спасибо, хоть никто не спрашивать не стал, зачем я так поступил — все были заняты сборами. Хотя Пятнашка смотрела на меня с подозрением.
Больше всех пострадал десяток Лысого, принявший на себя первый удар. Когда Шустрый выскочил к воротам из ближайшего тёмного прохода, он был в человеческом обличье, и его попытались просто остановить. Он вырывался, рычал, пытался выбраться, а потом — принял личину зверя. Первой досталось Резкой и тем, кто попытался ей помочь. Конец этой драки я и застал, когда вернулся с мудрецами.
Из всего десятка Лысого в живых осталось пять человек, и только двое встали на ноги — Гвоздь и Юн-кан. Лысый, Резкая и ещё двое новичков лежали с очень плохими ранениями. Ещё шесть человек тоже не смогли бы помочь в ближайшее время — Са-ин, Та-бан, Си-лон, Коротышка, Клада, и Фука. Ещё восьмерых я собирался поднять на ноги в пути. Больше половины больных я успел за три часа вернуть в строй.
Как и посоветовал Ксарг, всё, что могли, бойцы размещали на подводах. Снизу отобранные книги, по бокам — тюки с добычей, в центре — раненые. Всех убитых собрали и сложили снаружи, у входа, как бы отвратительно это ни звучало — в кучу. Времени готовить костёр у нас не было, и все, кто умел — просто ударили по убитым огнём, стараясь поддерживать плетения как можно дольше. От такого сжигания не осталось даже костей, зато, наверно, на всём полушарии твари узнали о нашем присутствии.
Но делать было нечего — надо было уходить, и как можно скорее. Чем дальше мы окажемся от той твари, что напала на Шустрого и изменила его, тем больше у нас шансов. И это понимали все. Кавали двинулись вперёд, телеги заскрипели — и отряд начал спуск с холма. Первый день пути я помнил очень плохо. Сказывалась усталость, которая навалилась на меня после лечения. И, несмотря на потерю сил, я продолжал лечить даже в пути — понимая, что от этого сейчас зависит слишком многое.
Краем глаза я отмечал попытки нападения на наш отряд, но из-за навалившейся усталости просто не воспринимал ничего вокруг. Только на закате я сумел добраться до тяжелораненых. На лечение уже не оставалось сил, и я просто постарался облегчить боль и убрать самые опасные повреждения. Не повезло Резкой — я свалился без чувств, не дойдя до неё буквально шага.
С утра я обнаружил себя на телеге. Наш отряд снова шёл вперёд. Мимо проплывали холмы и редкие рощи — мы приближались к степи. Я наскоро съел какие-то сухари, попил воды и снова принялся за лечение. На этот раз начал с Резкой — выглядела она неважно, а потом снова прошёлся по всем остальным. И только когда с этим было покончено, я перебрался на козлы к мудрецам и Пятнашке.
— Как ты? — тихо спросила девушка, когда я сел рядом.
— Жить буду… И все, кто меня дождался, тоже… — хрипло ответил я. В глотке опять пересохло. — Есть вода?
— На…
— Что тут было? — спросил я, напившись.
— Если не считать пары сотен тварей, которые пытались нами закусить… — ответил Ксарг, — пока ничего страшного не произошло. Несколько легкораненых, которых… ты уж прости, Шрам… я распорядился к тебе не отправлять.
Наверно, надо было повозмущаться, но мудрец был прав: сил у меня не было даже на это, поэтому я просто пожал плечами.
— Все сонные и уставшие. Ночевали мы под телегами и навесами, пили ледяную воду и жевали сухари, — закончил мудрец. — Но ты это всё пропустил, валяясь без сознания.
— Хорош командир… — вздохнул я.
— Ты хороший командир. Другие бы столько бойцов за сутки в строй не смогли вернуть! — возразил Ксарг. — Хотя, конечно, совмещать одно с другим — это уже не дело…
— Всё было напрасно… Да, мэтры? — спросил я. — Ненари не сможет раскапывать библиотеку, а вы не нашли нужную книгу.
— Почему же? — удивился Соксон. — Мы нашли много нужных книг!
— Именно так. Всё, что мы отобрали — уникально, не имеет копий или было утеряно, — согласился Ксарг. — Да, наше исследование всё ещё в тупике. Но многое из того, что было непонятно раньше, прояснится благодаря нашим находкам. Да и способ убить эту тварь наверняка есть…
— Я вспомнил, что читал о чём-то похожем, — сказал Соксон. — Вот только эти твари появлялись ещё до первого Прилива. И был какой-то простой способ их отогнать. Тогда я про него читать не стал, не до того было… Так что и Ненари сможет книг набрать в библиотеке, как только я найду, как от этого существа защищаться.
— Бойцов твоих только жалко… — кивнул Ксарг. — Вот их уже не вернёшь.
— Мы все знали, на что идём, мастер… — неожиданно для себя ответил я мудрецу. — Но больше я в походы ни ногой!
— Не зарекайся, Шрам! — посоветовал мне Ксарг. — Всякое в жизни случается.
Мы замолчали, глядя, как мимо нас проплывают последние холмы. Впереди раскинулась степь, которую хотелось преодолеть как можно быстрее и незаметнее. Маскировкой заниматься не стали — это заняло бы слишком много времени. Да и на выеденной стадом тварей равнине двигающиеся стога травы выглядели бы, наверно, слишком чужеродно. Степь просто пересекали бегом — даже несмотря на то, что у всех за плечами была тяжёлая поклажа.
Я тоже не стал отлынивать и иногда спускался на землю, давая кому-то из бойцов немного отдохнуть в телеге. В темноте мы, наконец, достигли окраин Сенмани. Оставался последний рывок, перед которым всем надо было хоть немного поспать. От усталости люди буквально падали на землю там же, где и останавливались. Многие уснули сразу, а другие успели перекусить сухарями и водой. Пришлось брать себя в руки и идти наводить порядок. В результате ещё полчаса ушло на то, чтобы все поели и нормально легли, хотя бы прикрывшись одеялами.
А утром в степи показалось тёмное пятно. Первым его обнаружили дежурные, когда солнце едва начало подниматься над горизонтом. Почти сразу разбудили меня. От шума проснулись Ксарг и Соксон. Достаточно было приглядеться, чтобы понять — именно этих ребят нам и не хватало в последнее время. В нашу сторону, не сворачивая, скакало несколько сотен кочевников. И скакали они очень быстро. За ними появилась ещё одна группа — не меньше первой.
— Тысяча или тысяча двести… — прикинул Кирри.
Пришлось срочно будить бойцов и отправляться в путь. Я очень надеялся, что кочевники не станут соваться в город. В какой-то момент мои надежды, казалось, осуществились. Мы как раз переправились через реку, когда стало видно преследователей — их войско показалось над кромкой подъёма. Мы уходили к стенам, а они просто стояли и смотрели. А потом один, затем второй, затем третий, затем ещё десяток — ринулись вниз, будто решившись. И вскоре за нами уже снова катилось всё войско.
— Бегом! Вперёд! — приказал я. — Быстрее! Кирри! Нам нужен прямой путь до баржи!
— Это слишком близко к логову твари!
— А в обход слишком долго! Мы не успеем! — не остался я в долгу. — Ищите прямой путь и ведите нас. Иначе все тут ляжем!
На этот раз разведчики повели нас по прямому как струна проспекту. Он шёл мимо руин, в которых ещё можно было распознать некогда прекрасные виллы и дворцы. Мимо проносились храмы и административные здания. Мы бежали что было сил — не заматывая ноги, не пытаясь тише ступать. Только возле места лёжки неизвестной твари мы замедлились в единой надежде — не разбудить.