Крах всего святого (СИ)
Джейми промолчал, внимательно наблюдая за старостой. Сидящий за столом мужчина о чем-то размышлял, покусывая седой ус и кидая то на одного, то на другого хмурые взгляды. Стефан прислонился к двери, невзначай положив ладонь на рукоять меч, а Джейми прикинул, сколько человек в деревне могут держать оружие, если придется прорываться с боем – если есть охотники, то есть и луки. А это уже могло стать проблемой...
Прошло несколько мгновений и староста, убрав руку из-под стола, достал из-за пазухи еще один позвякивающий мешочек. Запустив вовнутрь заскорузлые пальцы, он достал несколько серебряных, спрятал монеты за пояс и кинул мошну Джейми.
– За то, что нас от тварины зубастой избавили – благодарствую, – проворчал мужчина. – Но вряд ли вы в нашей деревне ночлег найдете.
Ничего не ответив, Джейми убрал кошель в карман и вышел на улицу. Стефан, одарив старосту красноречивым взглядом и не менее говорящим жестом, поспешил следом. Крестьяне уже практически разошлись, и около Мелэйны осталось лишь несколько женщин – самая пожилая из них стояла на коленях, а другие просто склонили головы. Девушка терпеливо обводила круг в воздухе возле каждой, произнося слова благословления и селянки, одна за другой, уходили прочь, осыпая ее благодарностями. Когда последняя женщина, то и дело, кланяясь, ушла, Стефан зевнул:
– Ты бы хоть по паре простаков с каждой брала.
Синие глаза Мелэйны сверкнули из-под тонких бровей. Она взмахнула черной косой и пылко произнесла:
– Благословления – не товар, а милость божьей воли. Но если тебе будет легче, одна крестьянка дала нам немного сыра и молока. Староста заплатил?
– Да, – коротко ответил Джейми, проверяя колеса телеги. Одно из них еле-еле держалось, да и другие были не лучше. Дотянуть бы до города…
– Но селюка пришлось поуговаривать, – шмыгнул носом Стефан. – Так что лучше нам двигать отсюда подальше, пока не стемнело.
– Понятно, – вздохнула девушка. – Я уж понадеялась, хоть раз за месяц поспать в постели.
Они покинули деревню и направились прочь по колдобистой дороге. Пока Стефан крыл бранью старосту, а Мелэйна вздыхала о свежем белье, Джейми молча слушал их жалобы, думая о том, сможет ли телега дотянуть до Мьезы. Сам он за время, проведенное на войне, быстро привык спать в любых условиях – на земле, в повозке, под ней, стоя и сидя, так что не сказать, что он сильно был опечален еще одной ночевкой под открытым небом. Через некоторое время, когда покосившиеся дома остались далеко позади, Стефан оглянулся и сплюнул на землю.
– Вот уроды. Эти деревенские пентюхи должны нам ноги целовать. От какой только хероты мы их не спасали. А что взамен? То вилами ткнут, то репу гнилую вместо монет сунуть пытаются. Вот что с ними не так?
– Крестьянам сейчас тяжело, – пожала плечами Мелэйна, вышагивая рядом с ним. – Церковь вместо десятины стала брать двадцать, корона тоже подняла налоги, почти везде запретили охоту, а год выдался неурожайный. И кстати – вилами ткнуть пытались только тебя, когда ты полез приставать к дочери того кузнеца.
– А мы-то тут причем? – возразил Стефан. – Я вот ничьи двадцатины не забираю. Только женские сердца, – он ухмыльнулся. – Кстати насчет этого – та девка сама была не прочь.
Мелэйна громко фыркнула, и они начали очередную беззлобную перепалку. Делали они это скорее из-за скуки, чем из-за реального желания как-то досадить друг другу. Поначалу Джейми слегка раздражали их постоянные переругивания, но потом он привык и даже находил их отчасти забавными. Пока его друзья перебрасывались колкостями, Джейми молча размышлял о том, что увидел в пещере.
– … ты оглох?
Джейми встрепенулся и взглянул на Стефана. Его друг шмыгнул носом и повторил вопрос.
– Куда мы чешем?
– В Мьезу. Передохнем, а дальше посмотрим, – ответил Джейми. – Может, найдем выгодную охоту и сможем перезимовать в городе.
– Как думаете, хорошие там бордели? – задумчиво протянул Стефан, сорвав длинную травинку и засунув ее в рот.
– У тебя только об одном мысли, – покачала головой Мелэйна и обратилась к Джейми. – Что-то не так? Ты ни слова не проронил с того момента, как мы покинули деревню.
Джейми задумался о том, стоит ли сообщать им о том, что видел. Но, в конце концов, ответил.
– В пещере было гнездо. Уже третье, что мы видели в этих землях. Повезло, что нам не попался молодняк.
Наступившую тишину нарушал лишь скрип деревянных колес и беззаботное посвистывание Стефана. Некоторое время Мелэйна о чем-то размышляла, покусывая нижнюю губу. В конце концов, она оглядела своих спутников и произнесла:
– Богиня, то есть… эти твари могут размножаться? – девушку передернуло. Видимо она представила себе, как может выглядеть совокупление упырей. На самом деле Джейми сам не знал, как происходит этот процесс и если честно надеялся остаться в неведении.
– А ты думала, они из земли вырастают? – хмыкнул Стефан и сплюнул травинку под ноги. – Помнишь того упыреныша, Джейми? Мелкий ублюдок чуть мне пальцы не отхватил.
***
Джейми уже почти пару месяцев таскался по округе, перебиваясь случайными заработками, едва хватающими на еду и скудный кров. Идти ему было некуда – все его копье осталось лежать земле, а родной городок вместо невесты и матери встретил лишь опустевшими домами да почерневшими развалинами. Так что он попросту пошел дальше, сам не ведая, куда хочет дойти.
Четверть луны и несколько пятаков, которые он припрятал в сапоге, растаяли, не успел он оглянуться, и Джейми не имел ни малейшего представления, как заработать хоть бы пару медяков. Он не умел вспахивать почву, чинить кровлю, ковать железо или возводить дома, а меч – единственное, что у него осталось, за исключением шрамов – вряд ли мог помочь заработать ему на жизнь.