Принцесса и деспот (СИ)

Я горжусь тобой.
От внезапно нахлынувшего счастья Дана на несколько секунд забыла о дыхании.
Идиллию разрушило деликатное покашливание врача. Девушка вздрогнула и отстранилась — подумать только, как только сюда вошёл Бейд, она и забыла про постороннего человека в своей комнате! Румянец покрыл ее щеки.
— Мы закончили осмотр, да? — пробубнила она. — Не думаю, что нужны следующие. Я в порядке.
Так и было. Она чувствовала себя превосходно. Намного лучше, чем до этого. А возле Бейда внутри нее и вовсе все переворачивалось от чувства счастья и полноценности. Что одновременно делало ее состояние спокойным и умиротворенным. Словно все так, как и должно быть.
Врач окинул ее беспокойными взглядом, а потом перевёл его на Бейда.
— Состояние девушки требует… обсуждения с ее отцом. Где я могу его найти? — спросил мужчина, прочистив горло.
— Что с ее состоянием? — тут же напрягся Бейд.
— Я бы хотел говорить с Дей…
— Я её муж — это моя забота, — перебил его Бейд. — Я слушаю.
Дана запыхтела от возмущения, а доктор глубоко вздохнул и сдался, прочитав что-то в глазах Бейда, что было не видно ей.
А потом в один момент перевернул ее жизнь. Подарил опустошение и чувство безграничной скорби по тому, что могло бы когда-то быть.
  
Глава 39
 
— То вещество оставило необратимый след в ее организме, — начал доктор, избегая взглядом шокированное лицо девушки. — Мне жаль, но…
— Какой ещё след? — зарычал Бейд. — Я получил гораздо большую его дозу — никаких последствий! Чем вы ее тут лечили?!
— Вы тоже? — вскинул голову мужчина. — И совсем ничего?
— Что должно было произойти?
— То вещество… оно блокирует животную сущность оборотня и препятствует обороту, — задумчиво проговорил мужчина, с интересом разглядывая Бейда. — Кто вас обследовал? Вы что-то принимали?
— Никто. Я могу оборачиваться, — ответил оборотень. — Почти сразу смог. Как можно ей помочь?
Дана сидела в изголовье кровати и переводила глаза с врача на Бейда, крепко стискивая в руках простынь. Мир в буквальном смысле уходил у неё из под ног, а зацепиться было не за что. Всё рушилось на глазах: ее мечты, планы, признание остальными, гордость семьи. Бейда. Теперь стало больно вспоминать его восхищённой взгляд в тот момент.
— Нет, — прошептала она, когда врач оправдывался перед взбешённым волком, разводя руками. — Нет, пожалуйста… Хватит…
Никто не слышал.
— Как вы ее лечили, мать вашу? Убили ее зверя?! Она должна была уже прийти в норму!
Бейд шумно дышал, сжимая и разжимая кулаки. Глаза приобрели янтарный блеск, подтверждая его полное выздоровление.
— Я не сделал ничего… — попытался оправдаться доктор.
— Значит, нужно было что-то делать, когда ты не сделал ничего!
Слезы потекли по лицу девушки. Никто. Она опять никто.
— В-возможно, дело в силе и изначальных способностях, — забегал глазами врач. — Ее животная сущность едва ли пробудилась, когда это произошло. Девочка была очень слаба… В отличие от вас же.
— Но она пробудилась! Я чувствовал в ней сильную волчицу! Какая к черту!…
Мир вокруг поплыл, а голоса споривших были слышны словно сквозь поролоновую стену. Хотелось спрятаться ото всех, никого больше никогда не видеть. Особенно тех, кто признал ее. И кто теперь будет страшно разочарован. Хотелось умереть.
— Хватит! — заплакала Дана. — Хватит! Хватит! ХВАТИТ!
Она закрыла уши ладонями и принялась мотать головой из стороны в сторону. Больше ничего не имело смысла.
Грудь Бейда сильно вздымалась, а глаза горели огнём, когда он повернулся к ней:
— Дана, всё будет хорошо…
Жалость в его голосе окончательно ее добила. Прежнее восхищение и гордость остались где-то позади. И больше не светят такой, как она.
Она вскинула голову и посмотрела в животные янтарные глаза.
Где-то глубоко внутри подняла свою уродливую голову зависть. То чувство, которое она давила в себе, глядя на оборачивающегося брата. Глядя на папу, с гордостью похлопывающего Кайла по спине.
Почему она? Ее мечта была так близко, но умерла на кончике ножа Зака. Вот так просто.
— Уходи.
Бейд нахмурился, смотря прямо в пустые глаза своей пары. В них больше не горела надежда. В них не было ничего.
— Дана, мы справимся… — он кивнул доктору на выход.
Тот кинул сочувствующий взгляд на девушку, чем вогнал ее в ещё большее отчаяние.
— Уходи тоже, — просипела Дана, когда за врачом хлопнула дверь. — Просто уходи!
Бейд замер, так и не дойдя до своей пары, когда она вскинула руку, останавливая его.
— Дана, я… — он хотел ещё что-то сказать, но девушка зажмурилась, качая головой:
— Просто уйди, Бейд! Убирайся! Не хочу видеть тебя… Не смотри на меня! Не прикасайся ко мне! — у неё начиналась истерика. — Уходи из моего дома и не возвращайся!
Рукой она нащупала подушку и запустила не глядя в то место, где стоял мужчина.
Был ли он виноват в том, что случилось? Дана не знала. Она возненавидела мир, который так обошёлся с ней. Опять никто. Неполноценная дочь альфы. Как же тошно было видеть сочувствие в их взглядах. Особенно во взгляде Бейда.
Дана не открывала глаз, пока не услышала тихий хлопок двери.
Пустая комната. Пустота внутри. Теперь все было правильно. Это заставило Дану поднять голову вверх и зарыдать уже в голос, до боли сжимая в руках белые простыни и высвобождая свою боль.
  
Глава 40
 
Кулаки Бейда сжимались и разжимались от бессильной ярости.
Она не хотела видеть его. Была полностью раздавлена произошедшим.
— Стой! — он догнал врача своей пары и остановил его. — Наверняка можно что-то сделать! Не может быть, чтобы не было хоть мизерного шанса…
Он был готов заплатить любые деньги, лишь бы не видеть страданий на лице Даны. Они смогут всё исправить.
— Я не смогу ничего сделать, — сглотнул мужчина, выглядя испуганным таким напором. — Пробуждение животной части девушки — чудо само по себе. Я склонен полагать… — он оглянулся вокруг, понижая голос, — что уничтожение второй ипостаси сохранило ей жизнь. Она была слишком слаба, чтобы пережить воздействие того яда.
Вот как. Бейд отшатнулся и перевёл взгляд в сторону комнаты Даны.
— А вот если бы животная сущность не пробудилась… Или она попала в наше отдаление слишком поздно… — мужчина покачал головой.
— Я понял, — резко остановил его Бейд. Он не желал слушать о других вариантах. Глубоко вздохнув, он вытянул бумажник из заднего кармана брюк. — Вы помогли ей.
— Нет-нет, — тут же поднял руки врач его пары. — Это моя работа, а альфа всегда был добр к нашей семье.
Бейд мысленно закатил глаза и впихнул деньги в руки всё ещё отпирающегося доктора. Ему всегда было легче «сказать спасибо» материально, чем выражать благодарность в словах. Или извинения. Так у его матери появилась новая машина, когда Бейд нечаянно заставил всех думать, что погиб вместе с отцом. И, кажется, эту привычку он перенял от Блэквилла старшего.
По безделушке за каждый эпизод «разбитого сердца» его матери. Она выручила огромные деньги в ломбарде, когда сбежала от Калеба в первый раз. До конца жизни хватило бы. Не сложилось — от оборотня бесполезно сбегать, тогда она этого ещё не знала.
Бейд нахмурился, подходя к комнате Даны. Оттуда доносился надрывный плач его пары. Женскую истерику он ненавидел больше всего. Просто потому что не знал, что с этим делать. В детстве мама часто плакала, прижимая его к груди, а теперь он просто не переносил слез.
— Черт! — тихо выругался Бейд, дергая дверь на себя.
Дана сидела там же, где он ее оставил и прижимала к себе вторую подушку. Первая валялась на полу.
Мужчина сглотнул и подошёл ближе, пока Дана не услышала его и не подняла заплаканное лицо вверх. Темные ресницы слиплись, а кончик носа покраснел, но она все равно оставалась для него самой желанной из всех. Как это работает? Бейд не знал. Но почувствовал непреодолимое желание привлечь девушку к себе и успокоить, перебирая светлые волосы пальцами.