Тайны Сикорских (СИ)

— Сначала мы промоем волосы щадящим шампунем для окрашенных волос, хорошенько массажируя корни. Теперь насухо выкрутим волосы, чтобы они впитывали не влагу, а питательные средства маски, вот так. Оставим на пару минут. Теперь намазываем бальзамом, он не отягощает волосы, но убирает излишнюю пушистость. Шампунь раскрывает чешуйки, маска наполняет их полезными веществами, а бальзам закрывает чешуйки, оставляя влагу и витамины в середине волоса. Давайте сушиться. Есть круглая расческа и фен?
Получив в распоряжение фен и расческу, Катя мигом соорудила голливудские локоны, закрепив прикорневой объем небольшим количеством лака для волос.
— Это магия! — восторженно воскликнула Ксения, увидев блестящие упругие локоны, которые красиво обрамляли ее лицо.
— Нет. Это просто правильно вымытые и хорошо уложенные волосы, — улыбнулась Катерина. Место было ее.
Спускаясь по полукруглой широкой лестнице из белого мрамора, она ликовала. Работа получена, можно собирать необходимую информацию. Сейчас заберет вещи и вернется в медвежье логово хитрой лисой.
— Катька, ты? — удивленный возглас, словно холодная змея, упавшая за шиворот, выдернул женщину из розовых мыслей.
— Вы ошиблись, — строго ответила она и ускорила шаг, старательно отворачивая лицо от бывшего одноклассника Павла. И зачем его сюда нелегкая принесла?! Десять лет не видела и еще столько бы не видела!
— Катя, это я, Павел, не узнала?! — не унимался светловолосый презентабельный мужчина, в которого превратился высокий, в юности немного нескладный одноклассник, похожий на цаплю.
Катерина почувствовала, как внутри колючим ежом скрутилось раздражение. Если их услышат, вся ее операция пойдет насмарку!
— Нет. Меня зовут Елена и я вас вижу впервые и надеюсь в последний раз. Что вы ко мне пристали? Вас не учили вежливости или проблемы со слухом?! — дернулась Катя, чувствуя, как готовится к распрямлению сжатая пружина, сдерживающая накал эмоций.
— Ну ладно-ладно, что Вы так бурно реагируете, извините… Елена, — шуточно поднял руки вверх в движении «сдаюсь» Павел.
— То-то же, — Катя резко развернулась и поцокала прочь из здания, которое должно было стать ей домом на ближайшее время. Но сейчас ей хотелось одного — вырваться из этой тюрьмы, еще хоть раз вдохнуть свободы, поцеловать дочь перед тем, как со скромным чемоданом переехать в сотворенную ею легенду и с головой нырнуть в безнадежную авантюру — поиски пропавшего мужа. Ей есть ради кого жить, а значит нет права на поражение.
Павел задумчиво смотрел вслед уходящей худенькой фигурке. Женщина неосознанным, но таким до боли знакомым движением заправила за ухо уже набравшийся влаги и от этого начинающий завиваться, словно макаронина «Мивина», разглаженный утюжком локон. Он не мог ошибиться. Вопрос, почему Катя представилась Еленой и сделала вид, что не узнала его.
  
Глава 2. Мелкие неприятности
 
— …невидимки, заходить в помещение, когда там кто-то находится — строго запрещено, — гугнявила Клавдия Олеговна, настоятельно вращая круглыми и выпуклыми, словно у рыбы, светлыми глазами. Катя пыталась ее слушать внимательно, поглощая правила поведения в доме и тут же усваивая их, но их было такое несметное количество, что часть указаний, словно стрелы нетрезвого стрелка, пролетали где-то мимо ушей.
— Не волнуйся, я дам тебе распечатку, — заговорщицки шепнула невысокая миловидная девушка, пробегая мимо с тазиком выстиранных вещей.
— Алла, стойте. Хочу познакомить Вас с Еленой, нашей новой домработницей. Она будет проходить испытательный строк в течении следующей недели.
— Это очень здорово, потому что октябрь подходит к концу и скоро будет бешеная неделя. Еще ничего не началось, а мы с Яной уже сбились с ног, — сделала очаровательный книксен Алла.
— Что не началось? — переспросила Катя.
— Это Вы узнаете, если пройдете испытательный срок, — чопорно сказала Клавдия Олеговна, окинув недовольным взглядом Аллу. Женщина достала из кармана выглаженного белоснежного передника крохотный кнопочный мобильный телефон и по памяти набрала чей-то номер. — Яна, будьте добры, спуститесь на кухню и заберите Елену. Выдайте ей форму и проконтролируйте выполнение заданий по списку. Сегодня наш стажер под вашим руководством.
Алла подмигнула Катерине и убежала с тазиком куда-то на улицу.
— Заметьте, Артем Николаевич любит свежесть постельного белья, высушенного во дворе в специально отведенном для этого месте, не вздумайте развесить простыни в прачечной, — прокомментировала Клавдия Олеговна так строго и укоризненно, будто уже застала Катю за вывешиванием пододеяльников в затхлой кладовке. — И, если Вы поняли меня, отвечайте, хорошо, слушаюсь.
— Хорошо, слушаюсь, — попробовала на языке условленную фразу согласия и принятия команды к исполнению Катя.
— То-то же, — наконец на всегда недовольном лице Клавдии Олеговны проскользнула тень удовлетворения. Ее допотопный телефон зазвонил снова, и женщина ответила на звонок. «Да, да, иду». Помолчала, оценивающе просканировав Катю, будто попечитель малолетнего нарушителя. — Вы сможете побыть несколько минут одна, пока не придет Яна?
— Да, конечно, — Катя постаралась не выдать своей радости. Ей давно хотелось остаться одной и осмотреться в этом огромном доме.
— Ничего не трогайте, никуда не уходите, ни с кем не разговаривайте. Пройдите в малую столовую и ждите там, — строго отдала указания Клавдия Олеговна и уплыла из кухни.
Катя удовлетворенно выдохнула. Очутившись в соседствующей с кухней столовой, огляделась — везде скрипящая на зубах чистота, идеально расставленная в сервантах посуда, овальный стол на двенадцать персон, украшенный вазой со свежими цветами. Прислушалась — сквозь приоткрытую дверь звуки шагов будут слышны. Подошла к громоздким сервантам.
Пил ли ты из этих красивых хрустальных бокалов, ел ли из этого роскошного фарфора? Взяла один из утонченных бокалов для вина — его вряд ли касались твои губы, ты любишь бренди, хотя здесь, наверное, принято за ужином выпивать бокал-второй Хванчкары.
Резкий звук напугал Катерину, и стеклянная посуда, словно неуловимая медуза, проскользнула сквозь пальцы и с мелодичным звоном рассыпалась на множество мелких осколков.
— Я вернулась за… — Клавдия Олеговна, прошедшая в столовую не через кухню, а вошедшая через до этого прикрытую дверь из коридора, ведущего вглубь дома. Она не договорила фразу с ужасом уставившись на осколки.
— Вы разбили бокал? — задала очевидный вопрос чопорная домоправительница, хотя сама только что была свидетельницей произошедшего. — Это часть уникального набора на двенадцать персон, теперь у нас некомплект! Один бокал стоит четыреста долларов, но найти ему замену будет нелегко и это накануне…
Клавдия Олеговна недоговорила, подавившись возмущением. Катя выдохнула — четыреста долларов, где ей взять лишние четыреста долларов? Она сейчас беднее церковной мыши. Но даже не это самое ужасное — ее сейчас уволят. И все ее геройство насмарку.
— Значит придется принять девушку на работу, чтобы она возместила убытки, — раздался приятный густой баритон. Он принадлежал мужчине, красивому и стильному, словно сошедшему с обложки журнала. Его голубые глаза были узнаваемы — Артем Николаевич имел такие же, хотя они и не смотрели на мгновенно смутившуюся Катю так обволакивающе, заинтересованно. Очевидно, это его брат Алексей.
Катерина дала себе мысленную пощечину — нельзя так смущаться, как неопытная девочка. Ей тридцать, не вчера родилась. Она хладнокровная и коварная хищница, а не доступная жертва. По крайней мере должна такой быть.
— Но Алексей Николаевич… — попыталась возразить Клавдия Олеговна.
— Еще мгновение назад мне казалось, что хозяин в этом доме я и мне принимать решение, — осадил ее мужчина, не отводя взгляда от полыхающей, словно светофор, Кати. — Нам нужны будут люди, Вы же знаете. Проведите… как Вас зовут?
— Ек… лена, — чуть было не выдала свое настоящее имя Катя, еще раз мысленно отвесив себе пару лещей.