Тайны Сикорских (СИ)

— Хорошо здесь, — уклончиво улыбнулась Катерина. — А ты какими судьбами здесь?
Скрипнула дверь. Шаг, второй, замер. Несколько секунд спустя бледный, словно полотно, Павел обнимал свою бывшую одноклассницу. Обесцвеченное лицо. Складка боли, неверие. Вспышка болезненной радости.
— Ты ее задушишь, — хихикнула Ксюша. — Неделю не виделись, а ты так радуешься, словно с того света вернулась.
Паша дернулся, как от пощечины. Он посмотрел на Катерину, пытливо изучающую его, и покачал головой. Одними губами прошелестел: «Она не в курсе». Молящий взгляд, требующий молчания. Катя кротко кивнула и подыграла:
— Да-да, все кости мне переломает. А вас каким ветром сюда занесло?
Ксения смутилась. Опустила глаза. Румяные розы распустились на нежной коже лица.
— Вот… — показала кольцо на заветном пальце. — Обручены мы.
Катя, оторвавшись от своих невзгод, с неверием смотрела на молодых. Как так?! Павел все-таки отец ребенка и решился взять на себя ответственность, поступить по-мужски?
— Поздравляю, — искренне обняла обоих Катерина. — Очень рада за вас!
— Свадьбы пока не было, — как-то слишком уж весело, с надрывом прощебетала светловолосая девушка, прохаживаясь по террасе и пряча глаза. — Но вот помолвка.
Призрак, безмолвно, словно часовой, стоящий за плечом своего медиума, нахмурено наблюдал за происходящим. Вместо радости за сестру он был погружен в тяжелые, вязкие мысли.
Только поздно вечером, отправив утомленную Ксению спать, Катя смогла поговорить с Павлом.
Ночной покров звездного неба способствовал откровенности, словно предоставляя возможность тайно обсудить острые вопросы, не давая пораниться. Холодный ветер, дующий с моря, приносил свежий колючий воздух, оставляющий соленый привкус на языке. Чтобы спрятаться от пронизывающего холода приходилось с ног до головы кутаться в теплые плащи, но только на террасе была возможность поговорить без посторонних ушей.
Катя коротко пересказала историю своего выживания и чудесного спасения.
— Сикорский не поскупился тебе на защиту, — потрясенно смотрел на собеседницу Павел. Катя подавила горестный вздох. Для нее эти слова были сродни издевательству.
— Он отказался меня спасать. Похитители требовали принятия их условий, но Артем Николаевич отказался, — женщина, кутая худенькую фигурку в плащ, стояла неестественно ровно, высоко вскинув подбородок.
— Когда ты поймала проклятие, предназначенное Ксении, Артем вложил огромное количество сил в оберег, который не дал тебе разбиться и не позволил сбыться части пророчества о львах, — серьезно сказал мужчина, пытаясь переубедить подругу. Катя криво усмехнулась, промолчала. Она слышала уже эти слова от призрака, но факт оставался фактом — ее жизнь разрушена, возвращаться к дочери слишком опасно. Стоит выйти из-под укрытия надежного убежища — и весьма вероятно за порогом ее ждет смерть.
— Я знаю, о чем ты думаешь, Кать, — Павел мягко взял напряженную, ощетинившуюся, словно застигнутый зверем еж, женщину за плечи. — Поверь, тебе не стоит хранить обиду на Сикорского…
— Да. Не стоит, — отчеканила женщина. Ее жгучие глаза, казалось, начнут метать молнии. — Пусть так. Я жива. Относительно невредима. Только что прикажешь мне делать дальше со своей жизнью? Ее отняли у меня. Моя дочь. Она в безопасности? Я могу к ней вернуться? Или всю жизнь проведу в этом относительно безопасном доме, боясь выйти за порог? Это насмешка. Будь я менее малодушной, то желала бы гибели, отказалась от такой участи.
— Будь ты более малодушной — желала бы. Но ты боец, даже думать не смей сдаваться, — сердито встряхнул Катерину Павел. Он не отпускал ее плечи, смотрел прямо в глаза, пытаясь донести смысл каждого произнесенного слова. — Где та храбрая женщина, что не побоялась отправиться на поиски мужа? Где та смелая Катя, которая смогла уберечь Ксеню от гибели? Где?..
— Что бы не произошло, все привело нас именно в эту точку. А здесь тупик, — зло зыркнула на мужчину разъяренная Катерина. Капюшон слетел, ее волосы выбились из тугого узла и теперь злостно трепались все усиливающемся ветром.
— Катя, ты можешь обратиться ко мне, я не откажу в помощи, — в который раз мягко предложил призрак.
— Да ты надоел уже со своими советами! Как мне верить тебе? — вспыхнула, словно спичка доведенная до исступления женщина. В ней долго накапливались злость и обида и теперь рвались наружу, готовясь обрушиться на головы всех, кто окажется рядом.
— С кем ты говоришь? — удивленно оглянулся Павел, проследив за взглядом Кати, и никого не заметив.
— Да есть тут один… пр-ризрак, — презрительно выплюнула Катя. Она старалась отделать зерна от плевры — не смешивать Сикорского, предавшего ее, и призрака, который вроде бы не имел к этому отношения. Хотя… Привидение ведь пришло из будущего, а значит уже несет ответственность за принятые ранее поступки и решения, хотя и явилось помочь в самые страшные мгновения жизни.
Не в силах простой смертной женщины быть выше подобных обстоятельств. Все старания быть объективной разбивались об обломки растоптанной жизни.
— Не нужно его посвящать, — осторожно вклинился Сикорский.
— Я сама буду решать, что мне делать! — взвинтилась Катя.
— Ты… кого-то видишь? Помимо меня? — осторожно спросил Павел.
— Правильно осторожничает — сейчас и ему достанется, — пробормотал Артем, поудобнее устроившись в свободном кресле и наблюдая за происходящим.
— С недавних пор я вижу одного призрака. Он часто является мне. Сначала я думала, что схожу с ума, но некоторые события доказали, что это не так, — Катя рассказывала с облегчением, словно снимая с себя часть непосильного груза.
Павел устроился в кресле, внимательно слушая собеседницу. Женщина не сказала, кого именно видит и при каких именно обстоятельствах. Но даже то, что она рассказала об этой мучающей ее тайне, оказалось громаднейшим облегчением для нее.
— У тебя способности медиума, Кать, — Павел смотрел на подругу с затаенной грустью.
— То есть это не случайное стечение обстоятельств?
— Нет.
— То есть я тоже обладаю какими-то сверхъестественными способностями? — Катя спрашивала, заранее понимая, каким будет ответ.
— Да. Но… Как давно ты видишь призраков?
— Одного. В ноябре впервые.
— О-о, — Павел протянул, оттягивая тягостный момент. — Ты, я так понимаю, никому не рассказывала о случившемся?
— Нет.
— Тогда ты не знаешь…
— Что не знаю, не томи, — требовательно заявила Катя. Она не представляла, какая информация может добавить еще больших проблем в ее изломанную жизнь.
— Нужно пройти процедуру инициации. Если ты уже больше месяца видишь призрака, это не разовое явление, ты можешь с ним говорить, он тебе отвечает… — Павел становился все мрачнее, получая утвердительный кивок Катерины на каждое свое предположение. — Тогда инициация необходима. Твои способности не настолько малы, чтобы их игнорировать. Если не дать выход накапливающейся в тебе энергии — она сожжет тебя изнутри. В лучшем случае одаренные, вовремя неинициированные, погибают от болезней. Их тело не выдерживает объемов нерастраченной силы.
— И что нужно сделать для инициации? И что после этого будет? — брюнетка накинула капюшон и, плюхнувшись в кресло, приготовилась стойко принять очередной удар.
— Ну… эм-м… как бы тебе сказать. Для инициации проводится определенный ритуал. Их совершают высшие — главы кланов одаренных. После процедуры одаренный, который получил силы не с рождения, не по праву рождения, а приобрел в уже в зрелом возрасте, снимает печать со своих способностей. То есть, возможно, ты сможешь видеть не одного призрака, а больше, а может получишь какую-то иную способность. Никто не знает, какой объем энергии предназначен для поздно посвященных.
— Так, а какой ритуал? Я могу его не проходить? Отказаться?
— Для каждого возраста он свой. Зависит от способностей, пола и еще множества факторов.
— Ритуалы кровавые?