Быть ближе к тебе (СИ)

"Не могу. Мне к врачу сегодня".
"На целый день? Мы собираемся в пять вечера! Какой врач? Юлька!"
Я будто наяву услышала ее веселый возмущенный тон.
Покачала невольно головой и накатала в ответ:
"Марин, у меня договор с Егором. Пока его нет — я из дома никуда".
"Чего-о-о?" — *пыхтящий от злости смайлик*
Ой! Кажется, это было лишним.
Рука зависла над экраном, пока я думала, как выкрутиться из дурацкой ситуации. Чую, Маришка сейчас напридумывает себе!
И, словно в доказательство моей догадки, тут же высветилось:
"Тебя там реально в заложницах держат? Я перезвоню, ты можешь говорить?"
Вот зачем я это написала, а?
Тьфу ты!
Ну блин!!!
Я шумно выдохнула, цедя воздух сквозь зубы. Злясь непонятно на кого. То ли на себя за глупость, то ли на чересчур заботливую подругу.
"Марин, у меня все в порядке, не придумывай! Я сама не хочу никуда идти. Все, точка! Звонить не обязательно".
С минуту стояла тишина, а после Маришка подозрительно спокойно спросила:
"Стрелецкий надолго уехал?"
"На неделю".
То, что он может вернуться раньше, уточнять не стала. Меня уже начинала раздражать ее привычка все преувеличивать во вселенских масштабах, поэтому в нашем с ней общении стоит взять паузу.
Наверное, я сама виновата в происходящем. Ведь если бы изначально не посвящала подругу в детали своего положения, не жаловалась и не просила о помощи, Марина сейчас не паниковала и не рисовала бы себе всякие ужасы относительно моего положения.
А так, как неравнодушный человек, она чувствует свою ответственность за меня и рвется в бой.
На несколько секунд в голову ворвалась мысль, что вроде ничего не поменялось, планы Стрелецких по-прежнему остаются мутными, но стоило Егору начать вести себя со мной по-человечески, как я уже доверяю ему больше, чем кому-либо.
Странно это.
Наверное.
Но интуиция молчит, а значит, я все делаю правильно.
Не дождавшись больше сообщений от подруги, я бросила телефон на кровать, схватила заколку, за которой сюда шла, и выпорхнула из спальни.
Вопреки своим сомнениям, я умяла практически весь завтрак. С аппетитом и большой благодарностью. Альбина Игоревна — как она представилась мне чуть позже — готовила бесподобно. Даже та же овсяная каша, что вызывала неприятие одним своим видом, на вкус мне показалась пищей богов.
— Ну вот, а говорила — не справишься! — забирая грязную посуду со стола, улыбнулась домработница. — Я троих детей родила! Четверых внуков помогаю растить. Поверь моему опыту.
Я удивленно вскинула взгляд, еще раз примерно пытаясь определить возраст женщины. По моим подсчетам, ей и сорок-то с натяжкой дашь. Какая из нее бабушка?
Но спрашивать прямо постеснялась. Да и зачем ей врать?
— Спасибо большое за завтрак, было нереально вкусно, — помогая убрать со стола, поблагодарила Альбину Игоревну.
— Не за что. Егор Валерьевич нечасто сюда приезжает и гостей практически не водит. Девушек так точно ни одной тут не видела, — подмигнула заговорщицки она.
— Я не девушка Егора, — смутилась, не зная, как реагировать на подобные откровения.
В принципе, ничего удивительного. Есть такой тип мужчин, которые не любят светить своим жилищем, предпочитая для случайных встреч номера в отелях. А вот тот факт, что домработница не знает, кто я на самом деле и кем прихожусь Егору, показался странным.
Судя по словам той же Маринки, после аварии из каждого утюга муссировались подробности. Кто, когда и с кем.
Почему и откуда.
А тут человек, работающий на их семью, и не в курсе? Или это профессиональная этика?
— Неважно, — отмахнулась женщина, — главное, что мои труды теперь не насмарку. Я ведь ежедневно готовлю. Свежее, как полагается. А в итоге все уходит в мусорку. Как иначе, если хозяин бывает тут пару раз в неделю, и то мимоходом? У меня каждый раз душа болит, когда вижу, столько продуктов зря переводится. И по-другому никак. В договоре все четко прописано.
Пару раз в неделю? Мне казалось, что он живет в этой квартире. Выходит, основной дом Егора не здесь.
Я попыталась помочь помыть посуду, но Альбина Игоревна напрочь отказалась, напомнив мне о том, что через полчаса я должна быть в клинике.
Переодевшись в сарафан и собрав волосы в тугой хвост, набрала номер водителя, который оставил Егор, и уже через десять минут я ехала в шикарной комфортабельной машине по направлению к больнице.
В салоне приятно пахло кожей, работал кондиционер, в окне мелькали фасады дорогих новостроек и коттеджей, а меня не покидало чувство, что вся эта роскошь и комфорт вокруг не более чем золотая клетка.
Кто-то всю жизнь мечтает об этом, стремясь всеми доступными способами к цели, а меня она душит.
На одном из перекрестков мелькнула знакомая фигура. Я даже не сразу поняла, кто это, как глаз зацепился за цветастое платье и короткую стрижку темных, с частой проседью волос.
— Мама! — вырвалось неосознанно. — Остановите, пожалуйста, машину! Здесь. Ненадолго, — всполошилась я.
Мама шла, немного ссутулившись, но ровной твердой походкой. В руках пакет с продуктами, среди которых видны были очертания стеклянной бутылки.
Сердце сжалось от тоски, от странной вины, словно это из-за меня, из-за моей ошибки маме теперь плохо.
Мне нужно снова попытаться с ней поговорить. Сейчас она явно трезвая, а значит, шанс на нормальный разговор гораздо выше.
Я должна узнать, что происходит и за что она меня так ненавидит.
— Вам плохо? Тошнит? — обеспокоился водитель, бросая на меня встревоженный взгляд в зеркало.
— Нет. Просто остановите машину на пару минут. Там моя мама. Я хочу с ней поговорить.
Он проследил за тем, куда я так пристально всматриваюсь. Нахмурился:
— Извините, но у меня строгие указания насчет вас от Егора Валерьевича. Никаких посторонних встреч без него.
— Но… — попыталась возмутиться.
— Особенно в отношении вашей родительницы! — отчеканил мужчина и, как доказательство, прибавил скорость. — Ради вашей же безопасности!
Всего один поворот, и торец незнакомого дома скрыл мамину фигуру из вида. Я скрипнула зубами от бессилия, глядя на мелькающие мимо рекламные вывески, магазины, автобусные остановки.
Пожалуй, я поторопилась, обещая Егору, что выполню его просьбу.
  
Глава 23
 
Неделя выдалась продуктивной, хоть и сил было потрачено немало. Последние штрихи, подписи — и основные проблемы улажены, и новый отель на побережье моря наконец-то, после долгих мытарств и борьбы с конкурентами, введен в эксплуатацию и начал функционировать.
Мы больше двух лет бились за свое право работать здесь. Всеми возможными путями, пуская в ход важные связи, пока на нашем пути вставали новые сложности.
В какой-то момент я так устал, что готов был сложить руки, отступить. И только врожденное упрямство не давало мне раскиснуть и отказаться от своей цели.
Но именно сейчас рабочая поездка была более чем желанной. Мне требовалась смена обстановки, перезагрузка. В последнее время я особенно остро ощущал это. После того как размеренная и выверенная до мелочей жизнь дала сбой. Треснула по швам, обнажая слабые стороны.
Я все чаще срывался на работе, совершал ошибку за ошибкой и отвлекался на то, что, по идее, вообще не имело права владеть моим вниманием.
Но оно это делало!
Вернее, она.
Бывшая пассия моя брата.
Юля.
Девчонка, перевернувшая все вокруг с ног на голову и при этом ни черта не помнящая из своего прошлого. Невинный ангел с глазами роковой искусительницы.
Я все чаще и чаще мыслями возвращался к ней, меня тянуло в квартиру, которую я и домом своим никогда не считал. Туда, где находилась эта Юлия. Сначала в больницу к ней, теперь в свою берлогу.
Увидеть, убедиться, что все в порядке, сблизиться…
Черт, я уже сам запутался, что к чему. В своих чувствах и целях. Гнал от себя дурацкие выводы, которые напрашивались сами собой.