Тени Шенивашады (СИ)
— Эрия, теперь ты свободна. Я не знал, что и как произошло. Если бы я знал, то ни за что бы не пошёл на эту сделку.
— Ты выкрал Диск? — спросила Эрия, и тон её был столь спокоен, что Тагур даже немного насторожился. Только что, рассказывая свою историю, она словно снова переживала все события той злополучной ночи, а сейчас вдруг резко успокоилась.
— Да, — осторожно ответил Тагур.
— И где же он был?
— У мастера-древневеда, валялся в одной из коробок, словно какая-то малозначительная безделушка.
— Ран-Ир-Ракаш не пострадал? — строго спросила Эрия.
— Эрия, я честный вор, а не грабитель, — оправдался Тагур. — Я бы не причинил вреда никому ради этого дела.
— Ну что ж. Я рада это слышать. Но почему энноранцы не забрали тебя с собой? Ты не захотел улетать без меня?
Тагур не ждал такого интересного поворота мыслей Эрии. Он думал, она сразу догадается, что его просто предали. Сказать сейчас Эрие правду? Или соврать? А с другой стороны, зачем уже о чём-то врать? В кармане лежит билет, и сегодня он отправится домой.
— Эрия, сегодня я отплываю из Итуэдоза и отправляюсь в Кеторий, — собравшись с мыслями, признался Тагур.
— Нет! Зачем? — воскликнула Эрия.
— Пора домой, — сухо ответил Тагур.
— И ты хочешь сказать, что оставишь меня здесь?
— Конечно, оставлю.
— Но ты не можешь этого сделать!
— Почему это?
— Да потому, что я люблю тебя! — выпалила Эрия. Повисла тишина. Но Эрие казалось, что стук её сердца сейчас слышен всем. Она наконец-то смогла собраться с силами и признаться во всём Тагуру. А Тагур стоял и молча глядел на неё. Теперь в его голове встали на места все мелкие события последних дней, когда Эрия так настойчиво зазывала его в гости. Он и сам какое-то время назад был готов поддаться соблазну, но здравый смысл всё же не дал ему совершить ошибку. Наконец Тагур выдавил:
— И что прикажешь мне с этим делать?
— Не надо ничего делать! Просто останься со мной, — Эрия попыталась схватить руку Тагура, но он не дал ей этого сделать.
— Эрия, разве ты не понимаешь, что несёшь чушь? — Тагур тоже повысил голос. — У меня есть в Кеторие невеста. И я люблю её.
— Нет, Тагур, ты не её любишь, а состояние её отца! — по тону Эрии Тагур понял, что она вот-вот расплачется. Что ж, она ждала совсем другой реакции от Тагура…
— Об этом не тебе судить! — строго отрубил Тагур. — Но даже если бы я был одинок, какую жизнь ты видишь для нас? Я не останусь в Итуэдозе на правах слуги тзай-тарров, а ты не выживешь вне Итуэдоза.
— Но ведь живут как-то ренегаты! Ради тебя я готова даже на такую жизнь! — Эрия всплеснула руками.
— Эрия, здесь не о чем говорить. Ты не можешь любить меня, а я тебя. Мы из разных миров. Может быть, если бы мы встретились раньше, при других обстоятельствах… Но сейчас всё уже решено. Ты дома. А я отправляюсь домой. Не преследуй меня.
— Но Тагур! Это всё… — Эрия упала на колени и в голос зарыдала. — Это всё потому, что я никогда не смогу подарить тебе сына!
— Эрия, это всё потому, что ты не знаешь, как выразить мне свою благодарность. Это не любовь. Это просто очень большая благодарность. Хватит терзать и меня и себя. Хватит рыдать. Поднимайся и возвращайся к себе. А я пойду искать свой корабль.
— Нееет! — Эрия продолжала рыдать, как ребёнок. Но Тагур даже не пытался её успокоить. Это сделало бы всё только хуже. Но раз уж и Эрия призналась, теперь и ему было нечего скрывать.
— Эрия, послушай меня, — Эрия несколько раз всхлипнула и затихла, и Тагур, дождавшись этого, заговорил снова. — Я бы солгал, если бы сказал, что не испытываю к тебе никаких чувств. Но это не любовь. Влечение — может быть. Но это не то, что нужно и тебе, и мне. Сейчас нам нужно просто разойтись в разные стороны. И больше никогда не встречаться. Но я хочу, чтобы ты помнила, что я тебя никогда не забуду. И я знаю, что ты тоже будешь помнить меня.
— Тагур, подумай о том, как я буду жить без тебя, — тихо произнесла Эрия, глядя куда-то вдаль. — Я ведь не выживу. Одна.
— Выживешь. В тебе ещё слишком много от ребёнка, поэтому ты так говоришь. Но ты выживешь. Но я прошу тебя — никогда не появляйся в Вилении и особенно в Кеторие. Я сам едва не сделал ошибку. И не хочу, чтобы мне снова выпала такая возможность.
— Мне очень больно от того, что ты считаешь наши отношения ошибкой, — Эрия принялась вытирать слёзы.
— Эрия… у нас с тобой не было никаких отношений.
— Ты так в этом уверен? Ты уверен, что сможешь спокойно сейчас уйти, вернуться в Вилению и никогда не вспоминать обо мне и о тех днях, что мы провели вместе?
— Я уже сказал, что никогда не забуду тебя. Но на этом всё. Я ухожу. Я делаю единственную правильную вещь, какую можно сделать в этой ситуации.
— Может, во мне и много от ребёнка. Но в тебе слишком много от торгаша. Всё вычисляешь, как будет выгоднее. Уходи, — Эрия поднялась и резким жестом указала на порт.
— Торгаш возвращается с дырой в кармане. Большего позора для виленца придумать сложно.
— Уходи, — повторила Эрия. — Я разочаровалась в тебе, Тагур Киэлли. Ты оказался жалким и трусливым человеком. Уходи и моли всех, кого можешь, чтобы мы больше не встретились.
— Эрия, не говори слов, о которых вскоре пожалеешь. Я прощаю тебя. Я понимаю, что говорит в тебе сейчас.
— Уходи, — снова произнесла Эрия. — Или я сейчас пойду и расскажу, что ты обокрал Ран-Ир-Ракаша.
— Я уже ухожу, — сообщил Тагур и направился в порт. Но пройдя пару шагов, остановился и добавил:
— Вот поэтому я и не хотел, чтобы мы с тобой виделись в мой последний день здесь. Прощай!
Эрия ничего не ответила. Она стояла на берегу, с красными от слёз глазами и плотно сжатыми губами, и морской ветер трепал её уже успевшие отрасти волосы. Такой её и запомнил Тагур, одновременно и гордой, и жалкой.
* * *Второй день пути подходил к концу. На небе уже стали появляться первые звёзды. Сегодня идти пришлось больше, чем вчера, ведь вчера они вышли только вечером, а сегодня — на восходе. Эрклион видел, что люди сильно устали. Но Ли ри-Шань почему-то всё не спрашивал разрешения остановиться на ночлег. Тогда Эрклион сам спросил его, когда же они сделают остановку.
— Вы устали, господин? — спросил Ли ри-Шань.
— Я в порядке, но наши спутники явно очень устали, — ответил Эрклион.
— Все они крепкие люди, и я уверен, что они осилят путь до конца. Тем более что мы уже почти пришли, и никакого смысла в остановке нет, — объяснил Ли ри-Шань.
— Вот как, — удивился Эрклион. — Почти пришли…
Эрклион помнил, сколько времени заняла у него дорога от усыпальницы до Этурены сразу после пробуждения. И учитывая, что тогда он часть пути проделал на повозках, он всё равно добирался дольше, чем сейчас. Конечно, возможно, тогда он двигался кружными путями, а сейчас они идут прямой дорогой. Но всё же что-то настораживало Эрклиона. Места эти были ему совершенно незнакомы.
— Смотри! — шепнул Салерди на ухо Эрклиону, указывая в небо. Эрклион поднял глаза, и увидел в вышине небоход, направляющийся в ту же сторону, что и они. Огни небохода не горели, и хотя Эрклион разглядел его без особых проблем, он понимал, что для простого человека заметить что-то в ночном небе — не такая простая задача. Можно было только удивиться остроте зрения терин-ара.
— Вы заметили что-то необычное? — спросил Ли ри-Шань, заметив, куда смотрят Эрклион и Салерди.
— Да, там небоход, — рассказал Эрклион.
— Это наши, они сейчас сядут где-то возле усыпальницы и выйдут к ней, — сообщил Ли ри-Шань.
— Зачем нам небоход? Придётся быстро уходить отсюда? — уточнил Эрклион.
— Всё возможно, о великий, — неопределенно ответил Ли ри-Шань. — Но небоход привёз нам кое-какой подарок прямиком из Итуэдоза.
— Из Итуэдоза? — воскликнул Эрклион. — Это предательство?
— Нет, нет, господин! — поспешил успокоить Эрклиона Ли ри-Шань. — Предатели из Итуэдоза похитили некий предмет, способный открыть двери усыпальницы, и мы должны были вернуть его, чтобы ты мог войти в усыпальницу.