Девятихвостая академия (СИ)

— Тц, — отвернувшись, серебристая кицунэ вообще отошла в сторонку и занялась пистолетом, изредка поглядывая на гостей.
— И все же... Вы разве не из Культа? — поинтересовалась Шакко, закончив глазеть по сторонам.
— А как же, из Культа, — закивала Кику. — Но это не значит, что мы едины, впрочем, как и мёбу в своих забавных школах, грызущиеся за благословение, хи-хи, — посмотрев по сторонам, Кику выудила из воздуха сакэ и налила себе чашечку. — Будете? — добродушно сказала лисица. — Ну как хотите, я предлагала из расчета, что вы откажетесь, — снова хихикнув, лисица припала к чашечке и радостно зашелестела хвостом.
— Мама, пусть они уходят, — буркнула Рэй, надув губки и обняв свой хвост — пистолет уже был снова подготовлен и лежал рядом. — Убью.
— Нехорошо убивать тех, кто помог мне потискать доченьку, — радушно улыбнувшись, ответила Кику и погрозила пальцем серебристой кицунэ. — Да, пожалуй, мне стоило бы представиться, — привстав, лисица слегка поклонилась и сказала: — Рейко, дес.
— Очень... Приятно, — вздрогнув, Шакко машинально схватилась за хвостик. — А я...
— Нет нужды, я ведь уже знаю. Лео-кун, ты, как иноземец, обо мне не слышал, но я — Призрачная Кицунэ, — с улыбкой сказала Рейко. — Когда-то меня очень забавляло играться с человеческими душами, но теперь куда занятнее собирать осколки былого по всему миру.
— Она может быть сильнее даже старейшин, — шепнула Шакко парню, и Лео кивнул, чувствуя себя неуютно.
Рейко тем временем продолжила:
— Конечно, я бы могла просто выпроводить вас из города, учитывая, сколько вы успели натворить... Но город уже и без вас потерян — люди под гнетом ёкай и полукровок, скоро банды сами изничтожат все в округе... Но я не могу вернуться так просто. Взвалила на Рэй-тян такую непосильную задачу...
Серебристая кицунэ усмехнулась и, зыркнув исподлобья, сказала:
— Ничего страшного, мама. Этот город боится меня. Я видела его истинное лицо, улицы — продолжение сточных канав, а канавы заполнены кровью. И когда стоки будут окончательно забиты, то вся эта мразь начнёт тонуть... Когда скопившаяся грязь похоти и убийств вспенится им до пояса, все полукровки и ёкай посмотрят вверх и возопят: «Спаси нас!», а я прошепчу: «Не-е-ет».
Рейко нахмурилась и постучала ноготками по столешнице.
— Дорогая, ты же не пыталась изучать искусство Древних? Там много нехороших вещей.
— Реальность полна разочарований, — пожав плечами, ответила Рэй и отвернулась.
Почесав за ушком, Рейко вздохнула и вновь развернулась к удивленным гостям.
— Если вам сложно поверить в структуру Культа, я бы хотела привести пример... Вы ведь понимаете, почему мы поклоняемся синигами? — заинтересованно посмотрев на Шакко и Лео, сказала кицунэ, обновив напиток в чашке.
— Потому что на фоне других ками-сама синигами сейчас гораздо могущественней? — сказала Шакко, а Рейко даже похлопала в ладоши.
— Браво! Как и ожидалось от дочки Бьякко! — усевшись поудобнее в невидимом кресле, лисица продолжила, смотря в сторону. — Даже самые свирепые хищники достаточно умны для того, чтобы убивать столько, сколько им нужно для пропитания. Жертвы — часть их собственной сущности, без них сама суть их существования бессмысленна, — изрекла философским тоном Кику-Рейко, а Шакко и Лео переглянулись.
— Очень непривычно от нее слышать что-то умное, — прошептала лисичка.
— И не говори...
— Кхм! Я поторопилась, когда вас хвалила, — с укором сказала Рейко, постучав по столу чашкой. — Вы ведь даже ничего толком не знаете о своей спутнице, а посмеиваетесь!
— О? Но разве что-то.., — начала было Шакко, и Рейко раздраженно ударила по столу кулаком, отчего куча барахла тревожно зазвенела.
— Что-то! — передразнив, сказала лисица. — Ями-сан связала свою судьбу с одним дзинко, и у них родилась маленькая Кику-тян. Вот только так вышло, что дзинко тот был фанатичным приверженцем Культа. Такое вы знали? — сложив руки под грудью, грозно спросила Рейко.
— Нет, — в один голос ответила Шакко и Лео.
— Тот дзинко не был плохим — в отличие от большинства лисов, он старался для своей дочери, в своей особенной манере, но старался, — со вздохом сказала Рейко, поднявшись и став ходить по комнате. — Вы ведь знаете, кто такие личи?
— Маги, обманувшие смерть, — отозвался Лео. — Они помещают свою душу в особый предмет, филактерию, и пока она цела, никто не способен убить лича.
— Будь у тебя побольше денег, ты бы стал весьма известен в Ордене, — одобрительно сказала Рейко, а Шакко в это время с любопытством слушала. — Да, все так. Дзинко решил обезопасить дочку, превратив хоси-но-тама в филактерию. Чтобы маленькая Кику смогла жить вечно, не беспокоясь о своей безопасности.
Шакко даже сглотнула, поразившись подобному, и стиснула руку Лео крепче.
— Вот только подобное никто бы не одобрил, и ритуал прервали, — произнесла Рейко с грустью. — Дзинко убили, а Кику... Осталась где-то посередине. Она и не лич, и не кицунэ в прямом понимании. Ее магическая сила оставляет желать лучшего, поэтому по меркам ваших бесполезных преподавателей такая, как она, лишь обуза, не способная ни на что. Но она может говорить с духами и с легкостью их призывать... В себя, обычно. Так я впервые и смогла захватить тело кицунэ, — невесело усмехнувшись, сказала Рейко. — Если обзаведется большим количеством хвостов, сможет усилить свои магические способности, но ее волю уже затюкали умники-преподаватели... Тогда как мать, которая ей была так нужна, винила во всем Культ и полностью посвятила себя мести. Неудивительно, что Кику-тян стала такой нашей фанаткой, просто чтобы позлить ее.
— Мы бы все равно не пропустили ее к толковым делам, — подала голос Рэй, все еще обиженно поглядывая на мать.
— Цыц. Только не стоит все это вываливать на Кику-тян, она ведь не знает, почему такая, — улыбнувшись, добавила Рейко, погладив сама себя по голове и примяв ушки.
— Хорошо, — прошептала Шакко, чувствуя, что у нее повлажнели глаза — она и не думала, что у ее яко все было так сложно.
«Лео был прав... Я просто комнатный цветочек. Психовала на пустом месте, а тут даже у знакомых такое...».
Лео же просто кивнул — ему было не так важно прошлое лисички, он хотел ей помочь в любом случае, ведь в отличие от многих других она была честна с собой и остальными.
— Так и с Культом: смерть напрямую связана с жизнью, это неизменный круговорот, лежащий в основе мироздания... Но всякие ногицунэ не хотят быть умными хищниками.
— Она хочет убить всех? — удивленно сказала Шакко. — Это же безумие.
— Не стоит забывать, в чем суть ками-сама, — с улыбкой сказала Рейко. — Понятие о синигами пришло на эти земли не столь давно, ведь ранее считалось, что души бессмертны и просто переходят в другое состояние... Стоит сказать, что это все на уровне домыслов, конечно, но синигами вполне реальны, если захотите меня спросить, — хитро улыбнувшись, добавила лисица.
— Вы их видели? — поинтересовался Лео.
— Ах ты мой юный скептик, не увижу — не поверю, правда? — снисходительно ответила Рейко. — Но это не относится к делу... Проблема в том, что ногицунэ... Была связана с человеком, — красноречиво приподняв брови, Рейко посмотрела на парочку, но Лео и Шакко сделали вид, что не понимают. — Как и многие другие кицунэ, ведь это в нашей природе, быть красивыми и обольстительными. Вот только плод любви от такой связи не является даже ханъё[68], он — просто талантливый полукровка. С практической точки зрения разница невелика, но для матери.., — многозначительно сказала Рейко.
— Пережить своего ребенка должно быть ужасно, — упавшим голосом прошептала Шакко, стиснув руку Лео сильнее.
— Да, ты права, юная лисичка. Это касается и нас, кицунэ, ведь мы не можем быть неуязвимы, но в случае с людьми смерть — лишь вопрос времени.
— И ногицунэ хочет как-то исправить это? — осторожно спросил Лео, уже догадываясь, что лисий мечник был сыном кицунэ, а не просто обожаемым мужчиной.