Девятихвостая академия (СИ)

— О? А сколько же вам, что уже пора? — удивленно поинтересовался Лео. Парень уже отошел в сторонку, к душу, и стянул с себя «Сварог», который и использовал в качестве ширмы, чтобы не смущать девчонок — благодаря металлическим нитям одежда могла стоять на полу, будто надетая на незримый манекен или вешалку.
— Кику-бака! — прошептала Шакко, замерев и не сразу придумав, что сказать. Раньше она об этом особо и не думала, но теперь, пообщавшись вплотную с человеком, стала осознавать, что для своих лет знает и умеет слишком мало, что ее немного смущало.
— Ну, даже не знаю... У человеческих дам это зачастую запретная тема, поскольку молодость очень быстро проходит, но ведь даже твоя бабушка выглядит от силы на тридцать лет, так что скрывать нечего, как мне кажется, — осторожно продолжил Лео, включив воду. На полке рядом стояло такое обилие флаконов, что он просто растерялся и выбрал обычное мыло, чтобы не промахнуться с предназначением косметики, заодно подумав, что некоторые его знакомые женщины из Ордена за такое богатство убили бы.
— Для нас в этом нет ничего такого, дес! — наигранно громким тоном произнесла Кику, нежась в ванной. — Как ты думаешь, сколько нам, дес?
— Кику! — Шакко даже не раздевалась, боясь прослушать хоть что-нибудь, и теперь навострила ушки в сторону душа.
— М-м... Сложно сказать, когда нельзя ориентироваться на внешность, — задумчиво произнес Лео. — Тебе я бы дал... Лет восемнадцать, без скидки на возраст кицунэ, — с улыбкой вынес своей вердикт парень, конечно же так не думая — если бы он озвучил свое реальное впечатление о Кику, как о подростке, кто-то мог бы обидеться.
— Ах, я так молода душой, дес! — захихикав, черная кицунэ забила ножками по воде, радуясь. — А что же Шакко, дес?
— Здесь сложнее... Я достаточно прожил на свете, чтобы четко знать: на подобные вопросы не бывает правильного ответа, — тихо рассмеявшись, ответил Лео.
Фыркнув, Шакко вздернула носик и, обиженно надув щечки, стала раздраженно расстегивать блузку, когда Лео выключил воду и, обмотавшись полотенцем, прошел из-за самодельной ширмы к ваннам.
— Я думал, что ты уже разделась, — отведя взгляд, сказал Лео, а Шакко, поняв, что стояла полуобнаженной, резко покраснела и тявкнула, отвернувшись.
— Хентай!
— Ничего подобного. И вообще, могла бы уже привыкнуть, — с укором сказал Лео, пройдя мимо лисицы ко второй ванне из трех: в дальней сейчас развалилась Кику, уже практически задремав с полотенчиком между ушками, тогда как возле первой все еще никак не разделась Шакко.
Опустившись в воду, Лео обрадованно выдохнул: все-таки после холодов очень приятно очутиться в теплой, обволакивающей воде, источающей приятный аромат. В эти минуты парень разделял восторг девчонок по поводу своеобразной награды и, устроившись поудобнее, прикрыл глаза. Несколько блаженных, расслабленных минут... Где-то неподалеку послышался шелест соскользнувшей с тела юбки, тихий плеск...
Открыв глаза, Лео увидел Шакко с потемневшими от румянца щечками, сидящую в воде с другой стороны его ванной и неотрывно смотрящую на него.
— И...
— Я должна привыкнуть к присутствию мужчины, — еле слышно пробормотала кицунэ, тревожно шевельнув ушками.
— Ага... И поэтому ты залезла ко мне в ванну? — улыбнувшись, ответил Лео. — Потом сама же будешь кричать, что я извращенец.
— Не буду, если не собираешься делать чего-то странного, — буркнула лисица, чьи ушки продолжали подрагивать. — И вообще, я хотела просто потереть тебе спину! Ты так помог, что это меньшее, что я могу сделать!
Покачав головой, Лео улыбнулся и произнес:
— Так бы и сказала, что хочешь торчать со мной в ванне, но так, чтобы я не смотрел... Я уж лучше тогда подремлю чуток, а спину потру сам.
— Нет! Просто позволь мне... Чуть-чуть позаботиться... Вот, — еле выговорив подобное, Шакко прижала ушки к голове и положила ладошку себе на грудь, словно опасалась, что сердце сейчас выскочит.
— А как обычно кицунэ трут себе спину? — весело уточнил Лео, смотря на смущенную лисичку.
— Подхватываем щетку на расстоянии и трем...
— Тогда я тоже о тебе немного позабочусь, все по-честному, — предложил парень, а Шакко настороженно кивнула, отвернувшись.
Медленно поднявшись, парень выбрался из ванны и уселся на подставленную лисицей небольшую скамейку, после чего Шакко последовала за Лео и, усевшись позади, намылила руки. Коснувшись грубой, покрытой зарубцевавшимися шрамами кожи, девушка украдкой сглотнула и стала втирать мыло тщательнее.
«Такая твердая спина, я могу почувствовать каждую мышцу», — восторженно смотря на парня перед собой, лисица пыталась унять шлепающий влажный хвостик. «Так вот каковы мужчины на ощупь... Сугой!». Добавив немного воды, лисичка приблизилась и подключила к делу еще и локти, испугавшись, что одними пальцами не сможет толком ничего сделать.
— У тебя нежные руки, я не замечал, — усмехнувшись, сказал Лео, а Шакко вздрогнула.
— У-я-я! Ну конечно, я же кицунэ, такая, как я — просто мечта, — со смешком произнесла лисица. — Вот... Наверное, все, — ополоснув спину, девушка немного полюбовалась ее рельефом, поблескивающим в свете фонариков и, быстро развернувшись, замерла, как статуя, прислушиваясь к скрипам скамейки.
— Хм, а как ты потом высушиваешь хвостик? — поинтересовался Лео, намыливая руки.
— Магические воздушные потоки, которые служат для вентиляции ванной комнаты... И немножко лисьего огня, чтобы чуть погорячее, — объяснила Шакко, слегка покачивая слипшейся шерсткой. — А что, ты переживаешь? Уже соскучился по моей пышной шерстке, да? Ведь она непревзойденна! — протараторила лисица, на что Лео ее даже легонько ущипнул.
— Ты слишком явно пытаешься выпросить комплимент.
— У-у-у!
Вздохнув, Лео слегка пощекотал девушку, а как только она звонко рассмеялась и сжалась, сказал:
— Конечно. Нам же спать еще, а хвост в негодном состоянии!
— Я вроде как разрешила меня гладить, но... Ох, — начала было лисичка, но, ощутив касания, осеклась.
«Снова это чувство! Я будто в его власти, когда он так касается моего тела. Как тогда, когда он обнял меня и успокаивал... „Его девочка...“ Пф!» — несмотря на то, что Шакко хотелось всё это вспоминать, как какое-нибудь недоразумение, комфортные ощущения она получала и сейчас, чувствуя, как массирует ее спинку Лео. Покраснев, девушка уже не знала, куда себя деть, когда, наконец, парень ополоснул ее горячей водой.
— Что-то по времени нам, похоже, некогда в ванной валяться и дальше, — разочарованно сказал Лео, обтираясь полотенцем. — Впереди тяжелая ночка.
— Да, но... Погоди минутку! — встрепенувшись, Шакко закуталась в полотенце и, вскочив с места, быстро скрылась в дальнюю, скрытую за ширмами, часть ванных комнат. Парень в это время поглядывал на сопящую Кику и вместе с этим высушивал волосы полотенцем.
«Вот уж кому на все плевать», — усмехнувшись, подумал Лео, а затем увидел, как к нему возвращается Шакко — ее хвост стал гораздо объёмнее, чем раньше: судя по всему, она уже успела его высушить.
— Ты же хотел его привести в порядок своим гребешком? Я разрешаю! — быстро сказала лисица, вздернув носик, чтобы не было видно, как она стесняется предлагать что-то подобное.
— Уверена?
— Полностью! — уже громче сказала Шакко, а Лео, пожав плечами, вернулся к своим вещам и, нацепив хотя бы белье и выудив гребешок, вернулся к устроившейся на скамейке Шакко. Сев позади девушки, Лео разложил ее хвостик у себя на коленях, и, поправив шерстку, осторожно коснулся зубчиками меха.
— Нормально?
— Ага, все хорошо, — облизнув губы, пробормотала Шакко, уже после касаний Лео почувствовавшая, что предлагать подобное было все-таки чересчур.
«Как Кику это выдержала? Она не настолько чувствительна? Или он с ней был нежнее? Или вина во мне... Из-за того, что я знаю, кто именно занимается моим хвостиком», — судорожно соображала девушка, но после очередного касания все мысли рассыпались, как будто их и не бывало.