Садовое товарищество "Металлург" (СИ)
Шпага тоже… на хрен бы не нужна! Но при моей детской внешности требуется таскать, ибо зримое подтверждение совершеннолетия. Кучи проблем помогает избегать.
– Сашша!
Услышав знакомый голос, заулыбался. Лени из полуросликов, и один из немногих, кто не превышает меня ростом. Да и вообще парень хороший, хотя и застенчивый чрезмерно.
Столовая, несмотря на весь свой средневеково-магический антураж, до боли обыденна. Подносы, столики, самообслуживание…
– Слыхал? – Прожевав, Лени уставился на меня, смешно выпучив большие карие глаза с двойным рядом ресниц, – речники на магиков вышли! Говорят, целое поселение духов!
– А теперь сначала.
– Уу… речники… ну то есть Речная империя, наладила контакт с большой общиной цивилизованных духов. Прикинь? Говорят, аж несколько тысяч, причём десятков видов!
Сердце ёкнуло, но не подаю вида, активировав для верности артефакт, заменяющий валерьянку.
– Да ты что?! Прям тыщи?
– Точно тебе говорю! – Подтвердил тощий коротышка Волиц, – Кузен в Речной работает, представителем Дома Конгов, так что я в курсе происходящего! Боги ведают, какая от них польза, но речники аж кипятком ссутся от восторга.
– Да, необычно, – не могу придумать более подходящей фразы.
– А знаете, почему речники в восторге? – Волиц чуть наклонился, вытянув худую шею, – все перерожденные, прикиньте? Людьми раньше были. Говорят, целый город при межмировом шторме провалился, ну и…
– Это ж сколько остаточной энергии?! – Выпучил глаза Лени, – чтобы несколько тысяч… Нет, не верю! Может семьсот… не суть. Энергии-то остаточной сколько! Неудивительно, что их в духов перекорёжило!
– Лучше уж так, – дёрнул плечом Волиц, покосившись на меня, – но да, интересненько! Многое бы я отдал, чтобы заполучить хотя бы одного в свою лаборатории!
Глава 2
– Сашша! – Истошно завопила Опалениха, так, что слышно было на весь Посад.
– Наткнулась на сюрприз в туалете.
– Сашша!
Из калитки вылетела массивная фигура, оставляя вонючие следы на пыльной и утоптанной узкой дороге, виляющей меж ощетинившихся заборами домов.
– Дерьмодемон! – Ору не менее истошно, закидывая её параличкой, – не подходите, заразиться можно! Вызовите экзорцистов!
Любопытные мгновенно рассосались, но сенсорика подсказывает, что сейчас за ситуацией наблюдают десятки любопытных глаз.
– Почему сразу Сашша? Случилось что, так сразу я. Телёнок двухголовый родился – Сашша! Алиенора тройняшек без мужа родила, снова я! – Бурчу, разливая чай дежурной бригаде экзорцистов, – да я при всём желании столько не успею напакостить!
– А кто Опалениху приложил? – Главнюк, прессуя задницей стул, давится смешком, не забывая подъедать нугу, выложенную горкой на серебряном блюде.
– Параличкой приложил, врать не буду, – с самым честным видом выдаю полуправду, – и что? Вылетает такое… если Опалениха, то так ей и надо – заебала, между нами. А если нет? Вдруг действительно дерьмодемон, принявший облик злобной бабы? А?
– Прошлый раз по всему Посаду гоняли, – робко вставляет голос симпатичная девица-стажёрка из Говорящих-с-Духами, – пока упокоили, шесть домов разрушили, да чуть-чуть до эпидемии не дошло.
– Ты же медик, – деланно журит Аластор, отмахнувшись от девушки, – скажешь, не мог энергетические структуры посмотреть?
– Ну на фиг! Лас, я уже сказал – если Опалениха, то и хер с ней! Ну, полежала с параличкой изговнянная часок… мало она мне гадостей делала, что ли? Одних слухов распустила столько, что в Мемеле влетела бы на полтыщи золотых за клевету, никак не меньше. В Посаде законы попроще, ну и я тоже… попроще. Никак не на полтыщи золтых ответка прилетала, а?! Так… мелкая гадость.
– Ладно… спишем на то, что медик ты только формально, и не обязан реагировать, как полноправный целитель.
– А я о чём! Пастилу возьмёшь?
– Ну… – Экзорцист кинул взгляд на отчаянно кивающих стажёров и махнул рукой, – а давай! Сколько не жалко!
– Пудика два не жалко, – чуть задумываюсь, – нет, правда! Яблок понатащили, и куда их девать? А жалко… и хорошие ведь яблоки! Если денег нет расплатиться за услуги, то уж яблоки или там огурцы самые лучшие принесут!
– Заходите почаще! – Специально для соседей громко пожелал экзорцистам, закрывая калитку. Два года уже живу в Посаде, и отношения с жителями, скажем так, неоднозначные.
Большинство тепло приняло меня, оценив возможность иметь мастера-артефактора под боком, и нужно сказать, надежды их оправдались. Академия, да и гильдии сквозь пальцы смотрят, если какая-то мелочь идёт мимо кассы – по соседски.
Меньшинство же восприняло в штыки, пеняя возрастом и видовой принадлежностью. Не спорю, енот может быть не самым приятным соседом… но вред от нас ограничивается мелкими проказами. В моём же случае проказы компенсируются магической помощью, так что баланс выходит в пользу соседей.
Но нет, нашлись желающие нагнуть меня в свою пользу, требуя за каждую мелочь несоразмерных компенсаций. Нашлись и оголтелые расисты, бывает.
Опалениха сочетала в себе все негативные черты разом, при первой же встрече облив словесными помоями, а при ответке попытавшись вытребовать колоссальную компенсацию за намазанные говном ворота. А я, между прочим, и не при чём был… в тот раз. В Посаде её многие не любят. Активно, так сказать, не любят.
Как поселился в Посаде, так и живу, разве что обзавёлся собственным домом. Крепенький такой двухэтажный домик с первым этажом из камня и вторым из дерева. Небольшой… но это как посмотреть – жилая площадь вместе с мансардой метров под семьдесят, а вот если считать с верандами и хозяйственными постройками, то ого-го!
Посадские почти все выходцы из деревень и их потомки во втором-третьем поколении, с привычкой вести натуральное хозяйство. Курочки, козочки, свинки, коровки… когда по улице идёшь, дерьмецом попахивает так, что никакие противогазные артефакты не помогают. Даже у кого живности нет, всё равно сараюшки какие-то громоздят – контрабанду спрятать, жильцов пустить, самогон гнать.
Такие закоулки выходят… да непременно с тайными подвалами и подземными ходами. Никакого Тайного города под Посадом нет, несмотря на слухи, но катакомбы знатные.
Деревенское мышление не мешает содержать наркопритоны и тайные бордели для извращенцев, заниматься контрабандой, варкой запрещённой алхимии и чернушной магией. Ага, той самой – с жертвоприношениями, вызовами демонов и прочими нехорошестями.
Не то чтобы жертвоприношения вовсе уж запрещены… вот уж нет! Ради урожая прирезать на алтаре чужинца или даже лишний рот из числа родичей способны многие. Просто и цели в таком случае преследуются общественно-полезные, так сказать. Это не афишируется, но и не особо скрывается.
Принесённый в жертву ребёнок… мелочь, право слово! Детям лет до трёх даже имён не дают, а за людей начинают считать лет этак с восьми, не раньше.
В фундаменте любого храма и большинства городских домов из тех, где есть хотя бы два этажа, покоятся человеческие останки. Нехорошие ритуалы из тех, что не оставляют покойному нормального посмертия и заставляют служить убийцам в качестве духа-обережника считаются условно-разрешёнными. Правда, иногда эффект получается обратным… что не может не радовать.
Мне, с моим цивилизованным мышлением, хочется иногда спалить всё дотла… особенно когда сенсорика доносит следы нехорошего. Приходится уговаривать себя, что и на Земле многие культуры и цивилизации были вполне себе людоедские, в том числе и буквально.
Ацтеки, маори, кельты и карфагеняне… и ничего, людьми оставались. Любили жён и детей, прикрывали в бою товарищей ценой своей жизни… Просто другая культура, совсем другая.
От былых хозяев дома досталось мне немало интересного – начиная с десятков амфор давно уже скисшего вина, заканчивая несколькими человеческими захоронениями в саду, сделанными в разные годы у давно не работающего алтаря непонятного божества. Мертвецов перезахоронил, уксус продал, алтарь выкинул, обвалившийся подземный ход закопал и… сделал новый. Пусть будет!