Метаморфозы Катрин (СИ)
Первые сюрпризы начались на подъезде к его землям — раскатанная дорога, по которой днем катили в сторону графства крестьянские возки. Их обогнали несколько хороших дорогих зимних карет. С графскими и баронскими гербами на дверках. Не понятно, что случилось в Роморе, что туда направляется столько народу? Граф остановил крестьянский возок и расспросил мужика.
— Дак я эта, вашсиятельсва, с вашава жа села-та… С Глинища я. Так эта… возил, так сказать, изделию всякую, на продажу! Мы по договору возим когда в Ромор, когда в друго место. Вот я свозил на торги в Бронск изделию свою, теперя следущий раз в Роморе торговать буду, а Гудус, напротив, в энтот раз в Роморе торговал, а теперя поедет в Нерос. Это нам господин гвайр Бланд такую очередность установил. Говорит — сама графиня лично распорядилась этак-та делать. И завсегда распродаем все до последней плошки!
От удивления Марк отпустил крестьянина, так больше ничего и не спросив. Катрин следит за местами продаж? Зачем?! Может, он, Марк, чего-то не понимает?
Довольно много странных вещей он встретил по дороге домой. Но самая приятная странность ждала его на месте последней ночевки. Он, как обычно, остановился в избе старосты Шуга. Последний раз он там ночевал, когда вез Катрин в графство. Завтра уже он будет дома, осталось только перетерпеть эту ночь.
Но особо терпеть и не пришлось! В доме старосты было тепло, стояла странная закрытая печка, сверху, на железной плите, томился горшок с кашей для солдат. Кашу щедро сдобрили солониной! Ему на стол выставили жареную курицу! Курицу! И не ту, что случайно померла своей смертью от старости в глухом углу курятника, а молодую и вкусную жирную птичку. Хороший свежий хлеб, молока вволю для всех и яичница на завтрак. Яичница его просто добила. Он прекрасно помнил, что в прошлый приезд для солдат нашли только по одному вареному яйцу на человека. А здесь, хозяйка, одетая по случаю приёма гостей в шерстяное нарядное платье, несколько смущаясь, поставила на стол еще и горшочек меда.
— Кушайте, ваша светлость, кушайте на здоровье. Мёд мы при церкви брали, вкусный, этого года.
— А молоко откуда?
— Дак во всех деревнях у старост коровы общинные есть. Графиня прислала. Молодые еще, молока мало дают, но уж для вас то расстарались. А так раздаем в семьи, где дети малые есть. Аккурат через день получается на семью кувшинчик. У нас село то маленькое, так сейчас всего восемь голов общих. А телят гвайр Бланд велел по семьям раздавать. Летом быка с графской фермы приводили. И шесть телят годовалых по семьям раздали. И проверяет он каждый раз, как живность содержим. Слава Богу, получше стали жить, чем в войну-то! — староста Шуг рассказывал обстоятельно и неторопливо.
Последние версты до замка улыбка не сходила с лица графа. Он ехал верхом, оставив карету в конце обоза. Не хватало еще ему в карете, как даме, в свои земли въезжать! Хотя сидеть и было тяжеловато, нога побаливала. Но пока может — он для своих людей всегда останется сильным. А там, глядишь, и дети подрастут на смену!
Люди, встречающие его на крыльце, почти все были ему незнакомы.
Две дамы в очень дорогих платьях, падре в тонкой шерстяной сутане, молодой парень, который робко держался за спиной гвайра Бланда и капитан Кирк. В красивой, несколько непривычной форме. Но цвета — его — основной синий, черный и золотой. И у всех солдат во дворе и на постах — такая же форма. Это Марк отметил сразу. Молодец, девочка! Личное войско не прихоть, а, частенько — жизнь. Солдат нужно кормить и ценить.
Падре Кор представился и представил свою жену.
— Знакомьтесь, ваша светлость, леди Тара Кор, управляющая вашим замком.
Леди вежливо поклонилась.
— А где графиня и леди Ровена?
— Обе дамы уехали в баронство Ирус, ваша светлость. Мы ожидаем их примерно через неделю.
Представление людей продолжалось.
— Леди Росса, управляющая мастерской госпожи графини.
Ну, леди Россу граф прекрасно знал по прошлым временам. Но выглядела леди гораздо привлекательнее! Свежее лицо, кажется, леди даже помолодела. Смотрит в глаза и улыбается! Дорогое бархатное платье, удивительной красоты воротник и манжеты. Жена падре, кстати, одета не менее дорого! Такую новинку только в прошлом году первый раз привезли в столицу из Грижска! Дамы при дворе просто с ума сходили и платили совершенно шальные деньги! Неужели управляющие могут себе позволить такую роскошь, которая не всем столичным модникам по карману?! Гвайр Бланд представил своего помощника. С ума сойти! Дворянин! Дворянин, который служит под началом обычного гвайра! Мир перевернулся! Это сколько же ему платят?!
Ванная его уже ждала. Граф успел только заметить, что камин в его покоях сохранили, но в углу, в стену, соседнюю с ванной комнатой, вделана странная печка. Пока граф мылся с помощью тетушки Шапо, незнакомый лакей приготовил ему роскошный мягкий халат.
Лакей отлично побрил его и надушил интересными духами. Приятные, не сладкие дамские, как у придворных модников. Скорее — именно мужской запах. Хвойный и немного кедровый. Кажется, есть ноты мандарина? Очень приятный.
— Это, ваша светлость, графиня специально для вас делала. Я, пока вас не было, приставлен к вашим покоям был. Ну и другую работу делал по дому. А сейчас, если вам угодно, буду только вам прислуживать. Меня Сит зовут, ваша светлость. Раньше я в Грижске работал, а потом хозяин умер, и мне место падре Кор помог найти.
На кровати атласное, толстое и легкое как пух одеяло. И упаковано в странный мешок с отверстием. Красиво, но непривычно. Тонкое белье с вышивкой! Да, нужно сказать, что Катрин оказалась прекрасной хозяйкой для его замка! Если она справилась с землями хоть в половину так же хорошо, то даже не понятно, чем отблагодарить жену!
Пиршественная зала добила графа. Голубые стены, рисунок на стене за высоким столом. Новая мебель. Да не абы какая, а покрытая синим лаком. Двойные стекла, верхняя часть с витражом!
Его старое кресло обновили, золоченый герб и графская корона просто светятся.
Высокий стол покрыт белоснежной новой скатертью. И у каждого своя тарелка. Вся посуда — тонкий дорогущий фарфор и серебро. К каждой тарелке — отдельный странный нож с округлым кончиком. И вилки в два раза меньше привычных. Ими теперь не накладывают еду себе в тарелку, а едят. В каждое большое блюдо положена или ложка, или щипцы, прямо как за королевским столом! И у слуг на руках белоснежные перчатки! Немыслимая роскошь какая-то…
Даже нижний стол выставлен по другому — в три полосы. Теперь у каждого свое, отдельное кресло, своя тарелка и на столе мясо. Да и вообще, не слишком еда отличается от господской. И солдаты теперь сидят в зале за отдельными столами, а не едят свое на кухне и в казарме. А за третьим нижним столом — как и раньше, горничные и лакеи. Но не все. Часть обносит блюдами господ и остальных. Гвайр Бланд сказал, что завтра лакеи поменяются. Кто сидит сейчас — завтра будет работать и есть после всех. Но кормят всех отлично, не бывает, что бы чего-то не хватило второй смене едоков.
Гвайра Бланда и капитана Кирка Марк посадил рядом. Но беседа была рваная, всё время сбивались на разные новости. Главное, что он уяснил — всё хорошо с землями. Долгов нет, крестьяне не голодают и что графиня ему писала — так и есть, даже лучше!
Ремонт в остальных частях замка и мастерские потрясли его не меньше. В жилые покои Катрин граф зашел с каким-то трепетом. Здесь его непонятная жена жила все эти годы.
Красиво. Тепло и удобно. Кабинет и еще одна комната закрыты на ключ. Сопровождающая его леди Кор сообщила, что ключи есть только у госпожи. Странно, что никакой особой роскоши он не заметил. Ни драгоценных ваз, ни золоченых кресел. Зеркало старое. Все так же, как и в его комнатах. Разве что у него в спальне на полу возле кровати сшитые новые шкуры, а у Катрин — небольшой коврик.
Бумаги в кабинете граф изучал два дня. Объемы изменений его потрясли просто! Да что у Катрин? Три головы и шесть рук? А спала она когда? Когда она столько успела-то?!