Я буду помнить этот мир (СИ)

— Вот и все. Пора обратно — сказал Малик.
Развернувшись, мы пошли в обратную сторону. Выйдя на свет магических светильников, висящих прямо в воздухе, нас встретили сначала с улыбкой, а потом с недоумением.
— Вы их как убили? Сами не пострадали? — спросил Кристофер.
— Нет, по одному удару по каждому и все — ответил Малик — а что тут такого?
— Ну вообще-то это хищники, и не самые слабые. У нас на них не охотятся, они охотятся на нас — сказал Горт.
— Они съедобные?
— Да — сказала Олла — но готовить я их буду впервые. Милый — обратилась она к Горту — вы ведь в прошлом походе их ели? Напомни, как их разделывать.
Олла с Гортом начали разделывать тушки, Аниси и Ричер шепотом переговаривались, записывая что-то на бумаге, смотря поверх голов Оллы и Горта, а Кристофер подошел к нам.
— Рохан, я конечно наслышан о ваших подвигах, но на этих тварей назначают награды за убийство. На них ходят впятером, причем войны не слабые, даже я всего раз на них ходил. Не самые удобные и уж тем более не слабые противники.
— Ну мы есть хотели, просто вошли в лес, увидели их и тюк по голове, и все. Особо не переживали на счет того, на сколько они опасны. Просто искали у кого мяса много.
Дальше мы сидели молча. Я разбирался со своими статами, Малик сидел у бедующего костра, и периодически хихикая, укладывал хворост.
— Малик — обратился к нему Ричер, закончивший что-то писать на бумаге — а чего вы смеётесь?
— Да так, вспомнил как вон тот маг костер в последний раз разжигал — ответил ему Малик, сквозь смех — он тогда такой переполох устроил…
— Ага, мы видели. А некромант решил, что приход демонов и принял веру.
— Так это вы за нами следили?
— Так да, вы нас очень удивили, да и много вопросов осталось. Тогда Аниси заикаться начала, благо клирики вылечили быстро.
Долгие разговоры у костра, искренние улыбки и вкусный ужин. Сейчас от чего-то вспомнился отец. Вспомнились летние ночи с отцом, когда мы ходили в поход. Помню, как он учил разводить костер, помню, как я старался поймать самую большую рыбу для мамы, как плавали в озере и как ели свежую рыбы, вкусно закопчённую по папиному рецепту, хоть это и оказалось обманом, ведь отец банально забыл коптильню. Стало очень грустно и одиноко. Я скучал по ним. Хоть прошло не мало лет, но я не думал, что так рано попрощаюсь с семьей.
Мои раздумья прервал Малик.
— Антоха… Все нормально?
— а? — я поднял голову и посмотрел на прикованные ко мне взгляды моих товарищей — что случилось?
Осматривая себя, я заметил, что воздух стал холодным, а под ногами захрустел лед. Такое ощущение, что разлили жидкий азот.
— Ты сначала сидел нормально, а потом от тебя попер холодный воздух, замораживающий все вокруг тебя, благо я вовремя спохватился.
В озадаченных глазах малика не было страха. Он сопереживал мне. Видно было и его искренность.
— Спасибо — ответил я — мне лучше. О доме вспомнил, о покойных родителях… — уже шепотом сказал я.
Глаза защипало. Я мужчина, и плакать мне не пристало, но было очень больно. Я потерял их внезапно, я даже похоронить их толком не смог. На этих мыслях я посмотрел на свои ладони. Они покрывались инеем, мелкие кусочки льда откалывались и падали, после того как я взял себя в руки, они бесследно растаяли, а воздух снова стал теплым, хоть и ночным.
— Ты давай, не раскисай. Нам ещё покорять этот мир, спасать принцессу и убивать дракона. Забыл?
Малик сжал моё плече, я прямо почувствовал его силу и поддержку.
— Спасибо. Я всё…
/Если подумать, то магия — это материализованная энергия, выходящая из человека, а вот её полярность и свойства регулируются эмоциями и фантазией. Получается мне не обязательно придумывать формулы, однако тогда эффект не предсказуемый будет. Но как теория — это интересно.
Деревня Ликтор. Северная граница столицы империи.
Деревня была большой, по местным меркам она была зажиточной. Так как тут проходила большая дорога, да ещё и единственная с севера, то через город очень часто ходили купцы и другие странники, но в последнее время тут больше воинов из столицы. Империя часто использовала такие деревни как перевалочный пункт. С учетом того, что близится война на северных границах империи, то естественно, что пограничный город столицы будет использоваться как форт.
В деревне уже с самого утра стоит гул. Со столицы выдвинулись целых десять отрядов. Обычно было два три отряда по тысячи, а тут десять тысяч воинов. Этого наплыва воинов местные харчевни не могли выдержать, поэтому тысячники приняли решение разбить лагерь за городом, в сторону севера.
Приблизительно через три часа, после прибытия этой десяти тысячной армии, в город стали подтягиваться элитные отряды имперских воинов, всадников, убийц, шпионов и даже особый отряд клириков, но самым большим потрясением было прибытие одиноких путников, как знатных кровей, так и совсем бедных людей. Эти подозрительные личности кучковались у костров, к ним подходили офицеры и что-то записывали, после уходили, а вместо них приходили войны и давали узелки. Как позже стало ясно, это были маги, абсолютно разной силы и очень большое количество, которых было явно за границей бедности. Лагерь был переполнен разношерстным народом. К большому удивлению местных мальчишек и огромному негодованию женщин, среди прибывших отрядов был гвардейский женский полк, о котором ходили не однозначные слухи.
— Капитан! Капитан! — кричал юноша.
Он, бежавший между палаток, ловко укорачивался от выходивших из них воинов, перепрыгивал костры, и буквально за несколько метров до высокого, широкого как скала мужчины, остановился.
— Капитан! В нашу сторону едет сэр Горт. Он будет в штабе. С Гортом еще один воин и очень сильный маг. Их сопровождают люди графини Майли, из отряда «Черное крыло»…
— Это ведь хорошая депеша, так чего ты так дрожишь? — отпивая от огромной кружки пенного напитка, спросил капитан гарнизона.
— Горт с супругой…
Лицо капитана посерело, улыбка холеного война слетела с его лица, а кружка выпала из крепких рук опытного война.
— Олла… гро тебя бери… — оборачиваясь и бегая глазами по палаточному лагерю, капитан судорожно соображал — Внимание! Войны! — прочистив горло, капитан продолжил — Сюда едет Олла!!! Жена Горта!
Лагерь буквально взорвался. Все в панике бросили оружие куда попало. Кто-то схватил котелки и начал драить их стальными ершами, кто-то бросился чистить газоны и переставлять палатки, стараясь выровнять все по одной линии и на равном расстоянии. Недоуменно стояли только женский гвардейский отряд, непонимающе озирающийся по сторонам.
— А что тут происходит? Что за паника? Император лично сюда приедет?
Щуплый маг, внешне походивший на бродягу, судорожно отмывающийся от грязи в тазу, забывшего о стыде, сверкая своим хозяйством, посмотрел в лицо капитана гвардейцев с паникой в глазах.
— Вы не в курсе? Лучше у Капитана гарнизона спросите — мочалкой наяривая себе подмышки, свободной рукой указал в сторону большого командного шатра — там он.
Женский отряд, не понимая, что происходит, решил не выделяться и принял посильное участие в массовой уборке.
Спустя час на дороге появилась телега с горой узелков и ящиков. Параллельно ей ехало пять всадников. Увидев их приближение, часовой на вышке прокричал в сторону командного шатра — Приехали! Кончай приготовления! — на что народ еще сильнее засуетился, и уже буквально к моменту как тега остановилась, у частокола палаточного лагеря, все делали вид, что всё это время нечего не делали и сидели у костров. Не знавший чем себя занять, молодой воин взял первый попавшийся предмет в руки и, делая старательное лицо, елозил предметом по земле.
Олла слезла первая с телеги. Помогая мужу слезть с телеги, она притягивала кроткие взгляды всего лагеря. В гробовой тишине даже дыхание кобыл было громким.