Джек Ричер, или Сплошные проблемы и неприятности
– Понятия не имею, – ответил он.
– Вы уверены?
– Совершенно.
Мани поставил портфель на колени, открыл его, вытащил лист бумаги и протянул Ричеру. Текст на листе выглядел каким-то расплывчатым и невнятным. Копия копии, полученной по факсу. Сверху было написано: «Министерство национальной безопасности». Но не официальным шрифтом. Скорее, заголовок был скопирован из компьютерного файла. Простой шрифт DOS. В документе сообщалось, что человек по имени Эйдриен Маунт вылетел самолетом «Бритиш эруэйз» из Лондона в Нью-Йорк. Билет заказан две недели назад, а сам полет состоялся три дня назад. Первый класс, в одну сторону, из Хитроу в аэропорт Джона Кеннеди, место 2К, последний вечерний рейс, очень дорогой билет, куплен по кредитной карте. Забронирован через сайт «Бритиш эруэйз» Великобритании, хотя совершенно невозможно установить, в каком именно месте на Земле нажимали на кнопку мыши.
– Это пришло по почте? – спросил Ричер.
– Сохранилось в памяти факса. Сообщение пришло две недели назад. В аппарате не было бумаги. Однако мы знаем, что две недели назад Санчеса и Ороско уже не было в Вегасе. Из чего следует, что запрос сделан по меньшей мере на неделю раньше. Мы полагаем, что они поместили несколько имен в неофициальный список наблюдения.
– Несколько имен?
– Нам удалось найти исходный запрос. Они, как и Франц, посылали письма по почте. Четыре имени.
Мани вытащил из папки второй лист бумаги, фотокопию страницы с неразборчивым почерком Ороско. «Эйдриен Маунт, Элан Мейсон, Эндрю Макбрайд, Энтони Мэтьюс, проверить прибытие через МНБ». Быстрый небрежный почерк, строки написаны в спешке; впрочем, почерк Ороско никогда не отличался аккуратностью.
Четыре имени, а не пять. Настоящее имя – Эзари Махмуд – отсутствует. Видимо, Ороско знал, что Махмуд, кем бы он ни был, путешествует под разными именами. Зачем иметь дополнительные имена, если ты ими не пользуешься?
– МНБ, – сказал Мани. – Министерство национальной безопасности. Вам известно, как сложно гражданскому лицу заручиться его содействием? Ваш приятель Ороско имел серьезные связи. Или тратил большие деньги на взятки. Я должен знать зачем.
– Возможно, это как-то связано с игорным бизнесом.
– Не исключено. Хотя система безопасности Вегаса не слишком тревожится, если плохие парни прибывают в Нью-Йорк. Те, кто попадает в Нью-Йорк, охотнее отправляются в Атлантик-Сити [9]. И становятся головной болью совсем других людей.
– Возможно, они помогают друг другу. Возможно, речь идет о сети. Они могут сначала нанести удар в Джерси, а потом в Вегасе.
– Не исключено, – повторил Мани.
– Эйдриен Маунт действительно прибыл в Нью-Йорк?
Мани кивнул.
– Компьютер СИН [10] показывает, что он прошел через Четвертый терминал. Седьмой терминал был закрыт на ночь. Рейс прибыл с опозданием.
– И что потом?
– Он остановился в отеле на Мэдисон-авеню.
– А после этого?
– Исчез. Больше никаких следов.
– Но?
– Мы двигаемся дальше по списку. Элан Мейсон летит в Денвер, штат Колорадо. Снимает номер в отеле в центре города.
– И что потом?
– Пока мы больше ничего не знаем. Продолжаем проверять.
– Но вы считаете, что это один и тот же человек?
– Очевидно, речь идет об одном и том же человеке. Его выдают инициалы.
– Ну, тогда я главный прокурор Верховного суда, – сказал Ричер.
– Вы ведете себя именно так.
– Так кто же он?
– Понятия не имею. Инспектор Службы иммиграции и натурализации его не помнит. Парни с Четвертого терминала видят по десять тысяч лиц в день. Служащие из отеля в Нью-Йорке тоже его не помнят. Мы еще не обращались в Денвер. Но и там, наверное, его никто не запомнил.
– Разве у СИН нет его фотографии?
– Мы работаем над тем, чтобы получить фотографию.
Ричер вернулся к первому факсу. Сведения из МНБ, информация о пассажирах.
– Он британец, – предположил Ричер.
– Необязательно, – ответил Мани. – Просто у него есть по крайней мере один британский паспорт, вот и все.
– Какие у вас планы?
– Мы составим собственный список наблюдения. Рано или поздно Эндрю Макбрайд или Энтони Мэтьюс где-нибудь появится. И тогда мы будем знать, куда он следует.
– Чего вы хотите от нас?
– Вы слышали какие-то из этих имен?
– Нет.
– У вас нет друзей с инициалами Э. и М.?
– Что-то не припоминаю.
– А врагов?
– Вряд ли.
– Знал ли Ороско кого-то с такими инициалами?
– Понятия не имею. Я не общался с Ороско десять лет.
– Я ошибался относительно веревки, которой были связаны его руки и ноги, – сказал Мани. – Я передал ее специалисту для изучения. Веревка оказалась не совсем обычной. Это лубяное волокно сизаль с Индийского полуострова.
– Где можно достать такую веревку?
– В Соединенных Штатах подобный товар не продается. Вероятно, его можно найти там, где экспортируют товары из Индии.
– Какие, например?
– Ковры, необработанные ткани из хлопка, ну и так далее.
– Спасибо за информацию.
– Никаких проблем. Приношу вам свои соболезнования.
Мани ушел, и они поднялись в номер Диксон. Без особой цели. Они все еще находились в тупике. Но так не могло больше продолжаться. О’Доннел отчистил от крови нож, а потом с обычной тщательностью проверил добытые «хардболлеры». Их производила фирма «АМТ» неподалеку от Ирвиндейла, штат Калифорния. В них имелись обоймы, полностью снаряженные патронами калибра 0,45. Пистолеты находились в отличном состоянии, чистые, смазанные и ухоженные. По-видимому, они были украдены совсем недавно. Продавцы наркотиков обычно не слишком аккуратно обращаются с оружием. У пистолетов имелся один существенный недостаток: они были скопированы с модели 1911 года. Их обойма вмещала всего семь патронов, что было совсем неплохо в мире шестизарядных револьверов, но выглядело не лучшим образом рядом с современными пистолетами с обоймами на пятнадцать или даже больше патронов.
– Два куска дерьма, – презрительно фыркнула Нигли.
– Все лучше, чем просто бросать камни, – возразил О’Доннел.
– Они слишком большие для моей руки, – сказала Диксон. – Я предпочитаю «глок-девятнадцать».
– Я люблю все, что работает, – ответил Ричер.
– В обойме «глока» содержится семнадцать патронов.
– Но для каждой головы требуется только одна пуля. Мне никогда не противостояли сразу семнадцать человек.
– Всякое бывает.
Темноволосый сорокалетний мужчина, называющий себя Эндрю Макбрайдом, находился в поезде метро, курсирующем в аэропорту Денвера. Ему нужно было убить время, и он ездил между главным терминалом и залом С, последней остановкой, получая удовольствие от музыки шумового оркестра. Он испытывал удивительную легкость и свободу. Он избавился от тяжелого чемоданчика, и при нем остался минимальный багаж: небольшая сумка с туалетными принадлежностями и портфель. Транспортная накладная лежала в портфеле, вложенная в книгу с твердым переплетом. Ключ от замка он спрятал в потайной карман на молнии.
Мужчина в темно-синем костюме, сидевший в темно-синем «крайслере», позвонил по сотовому телефону.
– Они вернулись в отель, – сказал он. – Все четверо.
– Они приблизились к нам? – спросил его босс.
– У меня нет ответа.
– А интуиция?
– Да, мне кажется, они нас настигают.
– Ну что ж, пришло время разобраться с ними. Оставь их и приезжай. Мы сделаем свой ход через пару часов.
Глава 41
О’Доннел встал и подошел к окну в номере Диксон.
– Итак, что у нас есть?
Обычный вопрос из прошлого. Существенная часть их методов работы. Неизменная привычка. Ричер настаивал на регулярном подведении предварительных итогов. Он считал необходимым снова и снова возвращаться к найденным фактам, их изучению под новыми углами, с учетом изменившейся ситуации. Но сейчас никто не ответил на призыв О’Доннела, лишь Диксон произнесла: