Пьяная вишня в шоколаде (СИ)

— Что значит «такая дамочка»?!
— Не то хотел сказать, — а потом вдруг махнул рукой, — а ну тебя, как знаешь.
Дима развернулся и направился к друзьям, а Ксения осталась стоять. Она добилась своего, но что дальше? Новиков учил, что в критическом положении нужно остановиться на мгновение, поменять угол зрения, посмотреть на проблему с другой стороны. Расширить границы.
Всегда есть выбор. И только от тебя зависит, насколько этот выбор велик.
— Стой! — она схватила Диму за рукав. Он обернулся и удивлённо вытаращился на неё.
Ксения не отвела взгляд. Теперь она смотрела на него не глазами женщины, к которой клеился подвыпивший мужик, а глазами человека, попавшего в беду.
Видок у Димона был ещё тот — небритый, с фингалом. Но одежда приличная и чистая, взгляд прямой, открытый. От него не исходила опасность. Ко всему прочему, весь его облик был неуловимо знаком. Ксения всегда имела хорошую зрительную память, поэтому была уверена, что уже где-то видела его. Почему она не обратила на это внимание сразу?
— Ты женат?
— Нет. Но на тебе не женюсь, — быстро ответил он.
— Живёшь один?
— Да, — он смотрел на неё уже заинтересованно. — Предупреждаю сразу, красть у меня нечего.
— Слушай! Сейчас мы вместе вернёмся в зал, ты закажешь всё, что пожелаешь. Там мы пробудем не больше получаса, а потом поедем к тебе домой. Своим друзьям можешь сказать, что хочешь. Но я тебя предупреждаю: между нами ничего не может быть, — на одном дыхании выдала она. — Согласен?
Он кивнул.
Дальше всё происходило по сценарию. Лишь на улице Ксения на мгновение засомневалась в правильности своего плана, но мороз сразу лишил её воли поменять решение.
Идти до дома Димы было недалеко, но Ксении показалось, что прошла целая вечность с тех пор, как они покинули кафе. Она сбилась во времени и в своих ощущениях, потому что сконцентрировалась только на своём спутнике. На улице он натянул шапку и поднял воротник, хотел взять её под локоть, чтобы помочь идти по заваленному снегом тротуару, но она так резко отпрянула в сторону, что чуть не упала в сугроб. Больше он таких попыток не делал. Дима выглядел сконфуженным и растерянным. Похоже, для него такая ситуация тоже была неоднозначная.
44
Замёрзли руки, ноги и даже спина. Ксения проснулась. В комнате было темно и тихо. Она прислушалась. С улицы не доносились привычные звуки — шум машин и гул голосов. Город спал.
Губы пересохли. Она пошевелилась, голову пронзила резкая боль.
Холодно. Нестерпимо холодно. Плотнее закуталась в одеяло, но это не помогло. Хорошо бы сейчас под горячий душ, а потом обратно под одеяло. От мыслей о горячей воде стало как будто теплее. Иллюзия. Самообман.
«Ещё немного полежу и пойду в ванную». Она закрыла глаза и провалилась в беспокойный сон.
Когда Ксения проснулась, в окно заглядывало мутное утро. Серое небо без намёка на солнце. Наверное, опять идёт снег. Вчера тоже шёл снег. И было очень холодно. А сейчас жарко. Очень жарко. Ксения прислушалась к себе. Так и есть! У неё высокая температура. Как она умудрилась заболеть в такой непростой момент своей жизни? Хорошо хоть вчера ей повезло познакомиться с Димой. Несмотря на непривлекательный внешний вид, он оказался вполне приличным человеком. Привёл к себе домой, постелил на диване, а сам ушёл спать в соседнюю комнату.
Ксения медленно села, спустила ноги с дивана. В голове пульсировала тупая боль, горло раздирало, словно колючей проволокой. Надо взять себя в руки. Она стиснула кулаки и встала.
Квартира нового знакомого была однотипной двушкой в старой пятиэтажке. Точно в такой квартире Ксения жила вместе с дочкой, мамой и сестрой. Две маленькие комнатки, крошечная кухня и совмещённый санузел.
С кухни доносились запахи яичницы и кофе. Она тихонько прошмыгнула в ванную.
Когда Ксения вошла в кухню, Дима стоял у плиты, спиной к двери, и не сразу её заметил. В тёмно-синей футболке и старых потёртых джинсах он выглядел мужественным. Широкая спина, сильные руки, точные движения. Что это с ней? Она им любуется? Чтобы отогнать от себя навязчивые мысли, Ксения огляделась. Холодильник, плита, раковина, два навесных шкафчика и стол. Стандартный набор малогабаритных квартир. Ничего особенного, но чисто и аккуратно. У Саши тоже было чисто, но по-другому. Здесь ощущалась жилая чистота.
— Привет, — сказала она.
Дима повернулся на звук её голоса и кивнул.
— Садись, будем завтракать, — пригласил он.
На столе уже стояли две тарелки и чашки, лежали вилки.
Аппетитные запахи парализовали волю. Ксения покорно села за стол. Дима разложил по тарелкам пышный омлет с помидорами и зеленью, налил в чашки кофе и намазал на хлеб масло. Она накинулась на еду, будто не ела целую вечность. Вкус не чувствовала, глотала с трудом, но ела впрок. Неизвестно, когда получится поесть в следующий раз.
Ксения подняла на него глаза, когда тарелка и чашка опустели. Дима к своей порции ещё не притронулся, сидел и смотрел, как будто в душу заглядывал. Глаза у него красивые, пронзительные. И цвета необычного — каре-зелёного.
Вчера их знакомство казалось безрассудством, сегодня всё по-другому. Стыдно как-то и неловко.
— Спасибо за завтрак… и вообще спасибо, — осипшим голосом поблагодарила она. — Мне пора.
Уходить не хотелось. Оставаться не было повода.
Она прошла в прихожую, он последовал за ней. Медленно наклонилась и обула ботинки, потом взяла куртку.
— Всё в порядке? — он встал напротив входной двери и прислонился к стене, руки в карманах джинсов.
— Как будто, — неопределённо ответила она. Как признаваться незнакомому человеку в своём отчаянном положении? Да и не имеет она права втягивать его в свои дела.
— Не похоже, — проявил он проницательность.
— Голова болит. У тебя найдётся что-нибудь от температуры?
— Подожди, я посмотрю, — он скрылся на кухне, но быстро появился с таблеткой и стаканом воды.
Она, не разжёвывая, проглотила белую таблетку, почувствовала горьковатый вкус парацетамола. Сделала три больших глотка воды и вернула ему стакан.
— Может, останешься? — предложил он.
Ксения замерла и посмотрела на него внимательно. Остаться хотелось нестерпимо, ведь идти некуда. Ей и надо-то всего дня три-четыре, чтобы спокойно подлечиться и подумать, что делать дальше.
— На каких условиях? — спросила она, чтобы сразу всё прояснить. Хватит с неё этих игр с мужчинами.
— Без условий, — взгляд прямой и открытый.
— Просто так? — переспросила она. Но уже предчувствовала, что Дима — тот самый нормальный мужик, готовый помочь женщине «просто так».
— Угу, — кивнул он в знак согласия и улыбнулся. Какая красивая у него улыбка, яркая, а в глазах словно звёзды зажглись.
— Хорошо, — быстро согласилась Ксения, боясь, что он передумает. — Только мне нужны лекарства.
— Говори, какие именно.
Она быстро набросала список, прямо в прихожей на листке из блокнота.
— Дима, — представился он, натягивая куртку поверх футболки.
— Ксения.
— Вот и познакомились.
Он ушёл в аптеку, а она вернулась в комнату.
  
Продолжение 45-47
 
45
Швецов вышел во двор. Достал сигареты. Закурил. Холодный ветер обжёг лицо миллионом колючих снежинок. Со вчерашнего дня мороз усилился. Он выбросил недокуренную сигарету в снег. Шарф не взял, а зря, пришлось поднять воротник куртки, чтобы прикрыть шею, натянул шапку до самых глаз, руки спрятал в карманы. Бодрым шагом он заспешил в аптеку, которая находилась в квартале от его дома.
По тротуару быстрыми перебежками сновали озабоченные люди, словно не замечали мороза. Сегодня суббота, выходной день, но народ не отдыхает. Целыми семьями, с детьми и родителями они совершают набеги на гипермаркеты. Магазины заменили все развлечения. Люди покупают и покупают, нужное и ненужное. Наступила эра потребителей, вот товарищи потребляют и потребляют.