Право на счастье

Вечер пролетел незаметно. Кухня оказалась выше всяких похвал, а обслуживание было приятным и неназойливым. Их вкусы сходились почти во всем, исключая вино. Оживленный диспут о французском шампанском и вине того же качества, но произведенном в Калифорнии, завел обоих.
— Пьер, вы должны будете как-нибудь посетить Напу. Я познакомлю вас с одним из самых замечательных виноделов, и он вам докажет, что Калифорния далеко ушла вперед по части технологий.
— Технология? Совершенно неподходящее слово для производства вина. Виноделие — это не технология, это искусство! — Рассмеявшись, он добавил: — И тем не менее я с удовольствием принимаю приглашение. Когда я могу приехать?
— Я туда собираюсь в самое ближайшее время. У моего сына вскоре должен родиться первенец. Может быть, вы сможете присоединиться к нам на недельку, когда будет отделан домик для гостей?
— Прекрасно. Но до этого когда я вас смогу вновь увидеть? Завтра? Послезавтра?
Пич поняла, что сама сделала аванс на продолжение их отношений, и сейчас не знала, как ей быть.
— Простите, Пьер. Завтра сочельник, и до конца года я буду занята.
Пьер перегнулся через стол и взял у нее из рук бокал для шампанского, который она начала судорожно сжимать в руке. Затем он взял ее руку в свою и нежно провел ею по своей щеке.
— Следующий год… Звучит так, будто это где-то далеко-далеко, — сказал он тихо и, взглянув ей в глаза и поцеловав кончики пальцев, один за другим, прошептал: — Проведи ночь со мной.
Пич благодарила судьбу за то, что Джейсон должен ждать ее дома и таким образом уберечь от искушения. Пьер был весьма сексапильным и решительным мужчиной, и без посторонней помощи ей было бы трудно найти силы для отказа.
— Прошу вас, Пьер, не надо. Не сейчас.
Она высвободила руку, и он не стал ее удерживать.
Она решила быть честной.
— Простите, но я не могу одновременно быть в определенных отношениях с двумя мужчинами. Мне не следовало принимать приглашение на ужин.
— Прошу вас, — возразил он, — не надо. Я пригласил вас поужинать, и только. А все остальное… Разве вы не верите в спонтанность чувств?
— Правда в том… что Джейсон приехал в Лос-Анджелес только сегодня, и поздно ночью мы с ним должны встретиться, — произнесла она срывающимся от смущения голосом.
Он улыбнулся:
— Моя дорогая, как вы наивны. Вы, женщины, пока совсем не готовы к истинному освобождению. Нет ничего плохого в том, чтобы ужинать с одним, а спать с другим. Мужчины занимаются этим на протяжении целых веков.
— Может быть, но мне это несвойственно, и даже говорить об этом стыдно.
— Скажите мне, моя прелесть, этот Джейсон был единственным, с кем вы спали с тех пор, как умер муж?
Она кивнула.
— И в браке вы хранили верность?
Она снова кивнула.
— И замуж вышли девственницей?
— Да, и ни капельки этого не стыжусь, — решительно ответила Пич.
— Конечно, не стоит этого стыдиться, но и не стоит нести это перед собой как знамя славы. Старые времена меняются. Вам не следует хранить вышедшие из моды представления. Не стоит связывать себя моралью вчерашнего дня.
Беседа стала ее раздражать.
— Пьер, мы прекрасно провели время, но сейчас мне пора. Вы не попросите счет?
Пич уже хотела встать, когда он прикоснулся к ее руке:
— Прошу вас, одну минуточку. Я еще не все сказал. Я покорен вами. Не только вашей красотой, но и вашим умом и обаянием. Мое желание обладать вашим телом не должно испортить наши отношения. Я готов общаться с вами на том уровне, на котором захотите вы. Прошу вас, не вычеркивайте меня из своей жизни.
Не дожидаясь ее реакции, он встал, и они вышли из ресторана.
Он привез ее к дому и, когда швейцар подошел к машине, нажал кнопку блокирования, так, чтобы дверцу нельзя было открыть.
— Прошу вас, сделайте для меня одно одолжение: спросите вашего молодого друга, верен ли он вам. Вы сделаете это для меня?
— Вы потребуете отчета? — фыркнула Пич.
— Нет, потому что я заранее знаю ответ. Это вам должно быть интересно. Спокойной ночи. Я скоро вам позвоню.
 
Пич быстро пошла к себе. Было уже почти двенадцать, и ей хотелось переодеться до того, как приедет Джейсон, но она опоздала. Майлз сообщил, что Джейсон сидит с Сарой на кухне. Не успел он произнести последнее слово, Пич почувствовала, как сильные руки подхватили ее и оторвали от пола.
— Джейсон, отпусти меня! — с шутливым укором вскрикнула Пич.
Майлз тактично испарился.
— Ты опоздала, негодница… Я жду тебя уже сто лет.
Джейсон поставил ее на пол и повернул лицом к себе. Они целовались долго и страстно, когда он немного ослабил объятия, Пич прижалась к нему, уткнулась лицом в грудь и прошептала:
— Держи меня крепче. Я так по тебе скучала, мне так много надо рассказать тебе.
— Давай сначала займемся насущным делом… поговорить мы можем и позже, — проговорил он, озорно улыбаясь.
— Неплохая идея, пойдем в спальню.
— О, разве мы не можем заняться этим прямо здесь, на полу? — поддел ее Джейсон.
— Не стоит усваивать плохие привычки, — ответила Пич, таща его за руку, — и, кроме того, сегодня мы не одни.
В спальне они быстро раздели друг друга. Когда Пич осталась обнаженной, она попробовала расстегнуть изумрудную сережку, но Джейсон остановил ее:
— Не надо. Драгоценности на голом теле выглядят сексуальнее.
Они любили друг друга страстно и жадно. Потом Джейсон укрыл их одеялом, и Пич свернулась у него на плече.
— Так хорошо вновь оказаться с тобой, — сказала она. — Ты надолго?
— Двадцать шестого надо быть в Нью-Йорке. Мне предложили ведущую роль в пьесе Томпсона. В ней играл Джон Войт, но сейчас он занят в фильме, и я его заменю.
— А это не помешает твоему рекламному турне по Европе?
— Мой агент улаживает эти вопросы с Бертом. Если пьеса будет иметь успех, мы станем играть по очереди с Войтом и у меня останется время для посещения одной-двух стран в неделю. Фильм и без того здорово раскрутили, так что буду я появляться на экранах телевизоров или нет, большой роли не сыграет.
— Ты будешь так занят, что мы с тобой вообще не сможем видеться, — удрученно вздохнула Пич.
— Тебе ли говорить, моя богачка. Ты можешь полететь в Нью-Йорк, чтобы быть там со мной. По контракту я занят в спектакле только два раза в неделю.
— Джейсон, я этого не сделаю.
— Почему? Нью-Йорк замечательный город. Никому в нем нет ни до кого дела. Мы могли бы все дни проводить вместе. У тебя же есть там квартира, не так ли?
— Да, но у меня и здесь есть дела, — ответила Пич, рассказав о встрече с Хорасом и Домиником.
Джейсон был поражен ее храбростью и проницательностью. Долго они говорили о том, сколько хорошего может она сделать. Пич поделилась радостью по поводу того, что теперь в ее жизни появилась цель. Больше она не будет праздной лентяйкой. Немного погодя Джейсон снова начал ее ласкать, но вопрос Пьера не давал ей покоя, и она решилась задать его, чтобы прояснить все раз и навсегда.
— Милый, ты мне не расскажешь кое-что? Это твое личное дело, отвечать или нет, и настаивать я не могу.
— Ты можешь спрашивать меня о чем угодно.
— Ты был мне верен?
В тот момент, когда вопрос сорвался с уст, она успела пожалеть о том, что его задала. Звучало глупо и напыщенно.
После мгновенной паузы он спросил ее в ответ:
— А ты?
Пич была ошарашена:
— Я? Конечно.
— А что ты понимаешь под верностью? — спросил он, и Пич не понравился его тон. — Ты хочешь знать, трахал ли я кого-нибудь еще?
Пич испуганно отшатнулась:
— В общем, да. Может, и в несколько грубой форме, но именно это я хотела узнать.
— Тебе надо знать правду? Тебе будет от этого лучше? Или я должен солгать, чтобы сделать тебе приятное?
 
— Лгать тебя никто не заставляет.
— Сейчас ты на меня злишься, не так ли? Тебе не следовало задавать этот вопрос, поскольку на самом деле тебе совсем не хочется знать ответ. Я думал, мы понимаем друг друга. Мы могли бы любить друг друга, не связывая обещаниями… быть вместе до гроба. Хочу напомнить, это твои собственные слова.