Попаданец для нее (СИ)

Человек, только что спасший его от смерти, протянул ему руку.
— Криков было много. — Сказал, глядя прямо ему в глаза. — Надо уходить, скоро здесь будет стража.
Парень принял протянутую руку и поднялся.
— Я еду с вами, так надо полагать. — Он еще не знал, как ему относиться к своему спасителю.
Дагор бросил удивленный взгляд на парня.
— Не доверяешь. В общем-то, правильно. — Его взгляд как по волшебству стал мягким и располагающим. — Нет, ты не пленник, можешь идти куда хочешь, но поверь, сейчас для тебя нет места безопасней, чем рядом со мной.
Голос незнакомца звучал так, что очень хотелось ему поверить. Андрей кивнул и обвел взглядом двор.
— Судя по результатам, так оно и есть.
Они вышли через калитку никого, не встретив и долго плутая узкими улочками, добрались до незнакомого большого дома. Уже светало. Дагор громко застучал в ворота, и они почти сразу же распахнулись. Видимо их ждали.
Внутри стояла настоящая суета. Посредине большого круглого двора стояли две, уже запряженные, повозки, а слуги в спешке заканчивали их погрузку. Андрей недоуменно взглянул на своего спасителя, но тот лишь пожал плечами.
— Одна моя подруга решила, что путешествовать надо с комфортом. Кто я такой, чтобы ей запрещать. — И уже повернувшись к слугам громко крикнул. — Флора!
На зов тут же примчалась молодая девушка и почтительно поклонилась.
— Поторопись. — Бросил ей Дагор. — У нас нет времени.
Девушка поклонилась еще раз и быстро защебетала, но он не стал ее слушать.
— Не говори ничего. Делай. Через пять минут мы выезжаем.
Небольшой караван выехал из города, когда солнечный диск только-только поднялся над горизонтом. Стража увидев Дагора впереди, пропустила их, не досматривая. И вот снова бескрайняя степь. Перед глазами Андрея змеился степной тракт, и густая зеленая трава колыхалась как море, насколько хватало глаз. В третий раз еду этой дорогой, подумал он, надеюсь последний.
Солнце палило немилосердно. Андрей, повязав голову куском ткани, ехал рядом со своим спасителем. Дагор, покачиваясь в седле, лениво произнес ни к кому не обращаясь.
— С такой скоростью доберемся до посольства только послезавтра к полудню, не раньше, и то если они не тронулись в путь, а все еще торчат у реки.
Он повернулся к Андрею и улыбнулся.
— Кое-кто там очень обрадуется вашему возвращению.
— Кого это вы имеете в виду? — Парень сделал вид, что не понимает.
Парфюмер потянулся и зевнул.
— Я имею в виду одну юную, хрупкую, но очень серьезную особу.
Эта тема занимала Андрея с того самого момента, как он впервые увидел Дагора. Ему не хотелось сознаваться, но он был до последнего уверен, что за ним придет Тайя. Даже, когда Дори шла на него с ножом, его взгляд искал привычную фигуру охотницы. Это злило и раздражало. Не хотелось признаваться самому себе в привязанности к ней, в собственной слабости и зависимости от нее. Он отчаянно не желал никакой патетики, высоких чувств и даже намека на любовь, но чтобы Андрей себе не говорил, как бы не ругал себя в глубине души, он знал, что больше всего на свете хотел увидеть тогда ее. Не Дагора, а свою Тайю.
Андрей обзывал и кричал на себя в душе — ты, здоровый мужик, ждал, что молоденькая девчушка придет тебя спасать, стыдоба. Радуйся, что появился Дагор, про это хотя бы не позорно будет рассказывать. Он убеждал себя и так и этак, но все равно осадок от того, что у нее нашлись более значимые дела, чем он, оставался.
— Если бы она так скучала, то могла поехать с вами. — Андрей даже не смотрел в сторону собеседника, всеми силами делая вид, что ответ ему безразличен.
— Хотела, не скрою. Даже очень, еле-еле успокоил. — Дагор улыбнулся, вспоминая. — Горячая больно.
— Так чего ж не поехала? — Парень спросил слишком быстро и импульсивно, чем выдал себя с головой.
— Я ей запретил.
— А, понятно. — Андрей разочаровано хмыкнул, он то знал, если бы Тайя решила, никто не смог бы ее удержать.
— Вижу, не веришь. — Искорки веселья заиграли в глазах Дагора. — Напрасно. Я умею быть очень убедительным.
Он поднял голову, наблюдая за небом.
— Впрочем, вопрос доверия, это личное дело каждого. Убеждать не буду, поскольку сам никому не верю. — Он весело в голос засмеялся.
Караван располагался на ночь, и слуги суетились, расставляя шатер и распрягая лошадей. Андрей шел мимо повозки, когда крышка одного из сундуков откинулась, и показалась мокрая от пота мордочка служанки Флоры. Она дунула на выбившуюся прядь и, спрыгнув на землю, начала лихорадочно что-то записывать.
— Инвентаризация? — Поинтересовался парень чисто из вежливости.
Девушка подняла на него глаза, словно только заметила. Андрей все еще ходил в рубахе и штанах из некрашеной грубой холстины, так же как и большинство рабов, поэтому почтения у прислуги не вызывал.
— Хозяйка убьет. — Выдала она вдруг, и в глазах ее стоял настоящий страх.
Андрей уже пожалел, что спросил. Теперь просто уйти было нельзя.
— А что случилось, чем же ты так провинилась?
— Не сходится. — Она указала на пергамент. — Пропали три динара.
— Не понял.
— Я осталось старшей по дому, что тут непонятного. — Девушка нервно всплеснула руками. — Сейчас приедем, госпожа потребует отчет, а у меня деньги пропали.
— Дай я посмотрю. — Парень протянул руку.
— Да, что ты в этом понимаешь. — Флора безнадежно вздохнула, но листок все же дала.
Андрей посмотрел на старательно нарисованные палочки, простейшие арифметические расчеты и сразу увидел ошибку.
— Вот здесь. — Он взял у девушки перо и исправил цифру. — Теперь все сходится.
Флора взглянула на отчет, потом на парня и глаза у нее были такие счастливо-ошарашенные, что Андрей не удержался и, взяв пергамент обратно, быстро закончил все ее расчеты.
— На и не грусти. — Парень вернул девушке ее листок.
Та просто взревела от счастья. Только что она была самым несчастным человеком на свете и думала, как будет корпеть все оставшееся время над складыванием нарисованных палочек. А тут в одно мгновение все решилось, да еще и деньги нашлись.
Андрей смотрел на прыгающую от счастья девчонку, и даже самому стало как-то веселее.
— Мне не трудно, надо будет, обращайся. — Ему, наконец, удалось вырваться и он, мельком взглянув на содержимое сундука, пошел дальше.
Сундук был набит под завязку женскими шмотками. Андрей особо не вглядывался, но и непосвященному было понятно, что в этом деревянном ящике целое состояние. Учитывая, сколько стоит кусок шелка или хорошего сукна, подумал парень, там добра тысяч на десять местных динаров, а девчонка убивалась из-за трех. Воистину, справедливости нет не только в нашем мире.
Задумавшись, он буквально налетел на своего спасителя.
— Оказывается, ты, мой друг, математик.
Андрей слегка ошалел, воистину этот человек узнает о событии раньше, чем оно происходит.
— Кто вам сказал? — Он решил ответить вопросом.
Но Дагору ответ был и не нужен.
— Что же ты молчал, с такими способностями в столице не пропадешь. Наш император вечно что-нибудь строит, грамотные люди там нарасхват.
— Вот как. — Произнес Андрей только лишь, чтобы хоть что-то ответить. Вот тебе уже и работу подыскали на будущее, подумал он. Обустраивайся. От этой мысли стало как-то тоскливо и запахло безнадегой. Пока он бегал от смерти, как-то не задумывался, а сейчас после слов Дагора, вдруг с тоской подумал, неужели это все навсегда.
Андрей провел взглядом по суете слуг у повозок, по Дагору, по бескрайнему зеленому горизонту и у него до рези защипало в глазах. Неужели я никогда не вернусь домой, неужели я застрял здесь навсегда.
На следующее утро он проснулся уже другим человеком и, буквально, сразу это почувствовал. Как только он подошел к костру, Флора тут же согнала кого-то, освобождая ему место, а усадив, принесла ему целую миску каши с жирным куском баранины. Андрей, не привыкший к такому вниманию, поначалу оторопел, но увидел, что все остальные воспринимают это как должное и уважительно склоняют головы, встретившись с ним взглядом. Образование начало приносить свои плоды.