Сказка для злой мачехи или в чертогах Снежной королевы (СИ)

— Совсем? — удивился суккубус, вздернув темные брови.
— Да, — буркнула я, чуть подсластив: — но ты всё еще остаешься очень привлекательным мужчиной.
Это его успокоило, а уже через мгновение передо мной возник все тот же суккубус, но переодетый в простую линялую рубаху и серые штаны. На ногах тапки в красную шотландскую клетку на босу ногу, на носу смешное пенсне, которое, как ни странно, его не портило.
— Ты не против? — спросил он, заворачивая рукава.
— Н — нет, — оторопела я.
Заметив мое состояние, мужчина улыбнулся.
— Я подумал, что если я буду в домашнем, говорить будет легче. Я не буду флиртовать, ты не будешь отвлекаться.
— А — а — открыла я и закрыла рот, — что было ранее?
— Прости, — нацепил дружелюбную улыбку суккубус, — Привычка.
— А — а, — снова протянула я и глазами поискала камень, который могла бы взять в руки.
Мужчина хмыкнул.
— Между прочим, это невежливо.
— Что именно? — приподняла я брови.
— Пытаться разбить меня, даже не выслушав.
— Тебе это не повредит.
— В отличие от тебя, — парировал мужчина, на что‑то намекая.
Я раздраженно фыркнула и оглянулась, обдумывая, что бы мне использовать для эксперимента.
— Хорошо, хорошо, — примирительно вздохнул суккубус, — хочешь попробовать разбить, возьми кусок льда. Да, не этот, дурёха! Положи немедленно! Положи, я сказал! Надорвешься! Вон, у основания лестницы лежит. И отойди подальше. Но, все равно это бесполезно.
— А я попробую, — поджав губы, сжала кусок льда, замахнулась и кинула в стекло.
Лед не долетел всего чуть — чуть, вспыхнул и разлетелся на мелкие кусочки. Меня чудом не зацепило. Хорошо, что это был не камень.
— Довольна?
— Нет, — честно ответила я и поджала губы.
Мужчина небрежно пожал плечами.
— Но, хотя бы, перестанешь крутиться и начнешь меня слушать.
— Знаешь, — потерла я переносицу, — вы в Лиене все так любите поговорить. Кстати, меня зовут Рита.
— Я знаю. Я Бальфар.
Я посмотрела на, скрестившего на груди руки, суккубуса и призналась:
— Я как‑то иначе себе представляла демона.
Мужчина чуть пожал плечами.
— Мы, суккубы, ближе к людям с темным даром, чем к демонам. Нам подвластны чары обольщения, но Тьма нам не подчиняется, мы сами ее слуги.
— О чем ты хочешь со мной поговорить? — непроизвольно копируя его позу, уточнила я, — Предупреждаю сразу, я все равно тебя разобью — я упрямая.
Глаза демона на мгновение стали мечтательными.
— Да. Ты это сделаешь, — он тепло мне улыбнулся, — Я с нетерпением жду этого момента.
— Ты, что, — нахмурилась я, — хочешь, чтобы я тебя уничтожила?
Бальфар снова пожал плечами.
— Смысл моего существования умер у меня на руках много лет назад. Я хочу исчезнуть, но печать алхимика крепко держит меня в зеркале, самому мне ее не разрушить.
Шутит? Не похоже. Он на самом деле хочет, чтобы его уничтожили. Я озадаченно почесала за мочкой уха.
— Странно, что Лаира не послушалась тебя, ведь ты предупреждал, что плач ребенка, убьёт ее.
Мужчина зло поджал губы и отвел взгляд.
— Нас никто не слушает. Таков закон Тьмы. Особенно если мы говорим правду или хотим помочь.
— То есть? — округлила я глаза.
— То есть, чтобы мы, темные, не делали, чтобы совершить хороший поступок, все выходит с точностью наоборот. Я хотел предупредить, а получилось, что зародил в Лаире желание иметь полноценную семью. Поэтому я не виню Эмиля, он пытался отговорить ее как мог, но Лаира всегда была упрямой.
— Что с Эмилем? Почему он стал помогать ведьме? Он все еще заколдован?
— Он безумен, как и Сейда. Он считает, что Лаиру можно вернуть.
— Как? — вырвалось у меня, хотя я и не пропустила упоминание имени королевы.
— Призвав ее душу, и вселив ее в тело молоденькой девушки.
— Но это же безумие?!
— О чем я тебе и говорю, — по лицу суккубуса пробежала тень.
Я насторожилась. Мужчина не старался скрыть эмоции, поэтому я и заметила мелькнувшее на его лице разочарование.
— Постой, хочешь сказать, что это возможно?!
— Это было бы возможно, если бы у Лаиры была душа.
 
Брови мои поползли на лоб.
— А я слышала другую точку зрения.
Бальфар пристально посмотрел на меня, после чего деловито поправил пенсне.
— Это относится не ко всем снежным. Лаира потеряла свою душу раньше, когда была человеком.
Вот это новость! А Сейда‑то, сама того не зная, попала точно в яблочко. Ну и семейка, что мать, что дочь. Не удивительно, что они обе управляли зимой именно в Сумрачном королевстве. Думаю, Старшая, знала, что подвигло этих двух стать снежными, поэтому и выделила именно этот участок. Ох, как же все запутано.
— А Эмиль об этом знает?
— Я говорил ему и говорил Сейде, но…
Мужчина развел руками. Я кивнула своим мыслям.
— Понятно. Они тебе не поверили.
Бальфар начал покачиваться с пятки на носок.
— Эмиль категорично нет, но другого я от него и не ожидал, а Сейда… Эта снежная…, — на лице демона появилось выражение брезгливости, — Я давно вычислил, что она ее мать, но что‑то не замечал я в ней материнского инстинкта, хотя за Лаиру она держалась крепко.
— Знаешь, можешь считать меня черствой, но меня больше интересует, как она смогла вспомнить. Снежная магия дала сбой?
Демон взглянул на меня, чуть сдвинув пенсне, и хрипло рассмеялся. Вот засада! От его смеха у меня вмиг вылетели все мысли из головы. Страшно представить, чтобы было, если бы суккубус на самом деле хотел меня соблазнить. А я ведь уже и дышать чаще начала, и руки по швам опустила, но почему‑то вспомнила массаж Лика, застопорилась на этом видении, пришла к выводу, что ни Бальфар, ни Лик для меня недосягаемы, мысленно махнула на взбесившееся либидо рукой, и шумно выдохнув, вернулась к реальности, чем и удивила мужчину. Он даже пенсне снял. Потер переносицу, поморгал, и, подумав о чем‑то своем, нахмурился.
— У тебя кто‑то есть? — спросил он.
— В каком смысле? — не поняла я.
— Ты странно реагируешь. Бережешь себя для кого‑то?
Я выпучила глаза и закашлялась. Интересные у него выводы, однако. Мотнула головой.
— Нет? — еще больше удивился Бальфар, — Совсем никого?
Разговор с демоном стал походить на наш первый спор с Безликим. Он так же был больше заинтересован моей личной жизнью, чем тем, что мы оказались вдвоем в одном сне.
— К — хе, — прикрыла я рот рукой, — слушай, я тебя не понимаю, причем тут это?
— Просто боюсь, как бы ты не оказалась той самой, — и лицо у него стало обеспокоенным.
— Той самой — кем? — раздраженно тряхнула головой.
Бальфар подошел к стеклу, нас разделявшему, и осмотрел меня с ног до головы. От его взгляда мурашки побежали у меня по коже.
— Не — е, вряд ли. Ты, конечно, красива, по — своему, но не в его вкусе.
Я замерла, сжав ручку сумки, и очень надеюсь, глаз у меня не дернулся.
— Что‑то разговора у нас не получается. Пойду‑ка я. Мне еще Уллу спасать. И Вигго. И Дилана.
— Стой! — крикнул Бальфар, но я упрямо шла к лестнице, — Стоять, я тебе сказал!
Ноги словно приклеились к полу. Сколько ни пыталась сделать шаг — бесполезно.
— Развернись, — приказал демон, и мое тело, игнорируя меня, подчинилось.
— Т — с-с, — зашипела я.
Проклятье! Что же эта за магия такая? Совсем не могу ей сопротивляться. Я заглянула в глаза Бальфару и увидела клубящуюся в них тьму. Возникло ощущение, что это не я, а она смотрит на меня и ухмыляется.
— Вернись, — резко приказал демон, и я послушной марионеткой подошла к зеркалу, — Прости, девочка, но я не могу позволить тебе уйти.
Я зло заскрежетала зубами. Ловушка? Снежинка Сейды завела меня в ловушку? Черт, как это всё понимать?
 
— Скажи, ты стал со мной разговаривать, чтобы усыпить мою бдительность? — тяжело вздохнув, спросила я у Бальфара.
— Почти, — склонил он голову к плечу, — Барьер вокруг тебя силен, и он хорошо защищает тебя, но и в нем есть брешь, хотя чтобы подобраться к ней, пришлось постараться, нужно было, чтобы ты доверилась мне.