Сказка для злой мачехи или в чертогах Снежной королевы (СИ)

— Ма?
— Рит?
Удивленно позвали меня мои беспокойные сопровождающие, когда я, засмотревшись на детей, весело играющих в снежки, а потом на небо в рваных облаках, замерла, наслаждаясь снизошедшим на меня покоем.
— Ма, с тобой все хорошо?
— Нормально, — усмехнулась я в ответ.
— Тогда чего мы встали? — нахмурился бывший Тень.
Я смущенно улыбнулась и пожала плечами:
— Задумалась.
Алекс сильнее обнял меня за плечи, наклонил голову и, ребячась, боднул лбом мой висок:
— Судя по твоей улыбке, тебя отпустило. Я рад. Ма, поверь, ты все сделала правильно.
Улла, стушевавшись, не решилась повторить подвиг Алекса — ни рук, ни роста у нее все равно бы не хватило, — а только подергала меня за рукав шубы.
— Знаешь, Рит, я давно тебе хотела сказать…
Я удивленно приподняла брови. Что еще она хочет мне сказать?
— Спасибо, — тихо, но уверенно произнесла Улла, — Спасибо тебе за все. За меня, за дедушку, за Вигго, за всех. За весь Лиен. Мы перед тобой в неоплатном долгу. Спасибо тебе, Рита.
— Не за что, — хмыкнула я, и уже сама потянула их в библиотеку, где мы, едва раздевшись, втроем оккупировали библиотекарскую кухню, стремясь наготовить кучу разных вкусных блюд от супов до десертов. Что поделать, после всего случившегося у меня разыгрался зверский аппетит, к тому же возникло колющее чувство тревоги, что новости о зеркале меня не порадуют, поэтому решила наесться до отвала, чтобы смягчить удар. Давно заметила, что на сытый желудок плохие новости воспринимаются философски.
Через несколько минут к процессу готовки присоединилась наша принцесса, заглянувшая спросить, куда мы ходили и почему не взяли ее, но услышав ответ, скуксилась — она то надеялась узнать, как дела у Риты, то есть у меня. Пришлось заверить, что всё у "Риты" хорошо — она тоже, как и я — Ринари болела и сейчас отдыхает. Улла увидев, кто к нам пришел, предложила принцессе присоединиться к общему веселью. Снежка с радостью согласилась, примкнув к ней в вырезании фигурных печенюшек, оставив меня с моими булочками в гордом одиночестве.
Вечером меня ожидали странные и тревожные новости. Дилан долго не решался подойти ко мне, но когда сам предложил поговорить мы поднялись наверх и закрылись вместе с развлекающимся с новой игрушкой магом, поэтому Ирон не сразу нас заметил. Дилан рассказал, что благодаря приятелям Вигго, ему удалось вычислить антиквара, который за хорошую плату согласился на неопределенный срок подержать у себя волшебное зеркало. Нагрянув к нему, Дилан и завсегдатаи Медвежьей лапы, перерыли весь склад, но нашли только створки. Дело в том, что ушлый антиквар, принимая зеркало на хранение, заметил, что его неприметные "владельцы" не особенно‑то церемонятся с волшебным артефактом, и решил подзаработать. Снял створки, и прикрутил их к не волшебной копии, коими промышлял уже не первый год, а зеркало тщательно упаковал в несколько слоев плотной ткани, для создания иллюзии, что все на месте. Хорошенько тряхнув престарелого жулика, Дилан выяснил, что зеркало забрали все те же люди и разминулись мы с ними на целую неделю, на ту самую болезную неделю. Случайность? Очень в этом сомневаюсь.
Что делать дальше Дилан не знал. Ирон тоже идеями не фонтанировал, поэтому я предложила всем нам лечь спать и подумать об этом завтра на свежую голову. День был тяжелым, а нам, как ни крути, пора бы уже возвращаться в Ристан.
Ночью мне снилось, что я лежу в своей королевской постели под балдахином и вроде бы сплю, а у окна, — я этого не вижу, но знаю, — стоит Безликий и смотрит в ночь.
— Лик? — позвала я.
— Спи, девочка, спи, — повернул он голову, — Сегодня вся постель твоя.
— Но…
Безликий подошел к постели, протянул руку и коснулся моей щеки.
— Сладких снов, — прошептал он.
Я слабо улыбнулась, и закрыть глаза.
— И тебе, Лик… Спокойной ночи.
В ответ мужчина усмехнулся:
— Это уж как получится.