Черная вдова (СИ)
— Уже влажная для меня? Я возьму тебя сейчас. Можешь быть тихой? Твой ассистент прямо за этой стеной.
Я могу только кивать. Не могу произнести ни слова. Я хочу сказать да, но не могу. Мысль, что кто-то будет находиться за стеной, пока меня будут трахать, возбуждает еще сильнее.
Я чувствую, как Престон улыбается:
— Тебе это нравится, да? Плохая девочка.
Я киваю, а он жестко входит в меня. Глубоко. Удерживает за бедра и не шевелится.
— Теперь я буду двигаться в тебе. Я хочу довести тебя до полуобморочного состояния. Ты захочешь кричать мое имя, но будет нельзя.
Кусаю губу, снова кивая, даю ему немое согласие на все и знаю, что буду наслаждаться каждой секундой.
Его тело врезается в меня и отступает, я прижата к стене, а мысли сосредоточены на том, чтобы не проронить ни звука. Престон берет мои руки, кладет на стену и накрывает их своими ладонями, тем самым полностью контролируя мои движения. Его член во мне, но Престон не дает мне шевелиться и это сводит с ума.
Я стараюсь подмахивать ягодицами, чтобы было хоть какое-нибудь движение, но он снова шепчет мне на ухо:
— Нет, нельзя. Тебе нельзя двигаться. И тебе это нравится, правда? Нравится, что мой член глубоко в тебе, и стоит мне только продвинуться на дюйм, ты кончишь?
От этих слов из меня вырывается низкий рык. Тогда Престон перехватывает обе мои руки одной, а другой накрывает мой рот.
— Ты должна вести себя тихо. Я дам тебе то, что нужно. Что ты хочешь. Всегда. Запомни.
И он дал. Он действительно продвинулся буквально на дюйм, и я взорвалась. Моя киска жестко и крепко держала его член в своих тисках. Рука Престона зажимает сильнее мой рот, так как я не могу себя сдерживать. Через секунду он присоединяется ко мне.
— Я нужен тебе так же, как и ты мне. Не отталкивай меня больше. Пожалуйста.
Глава 17
Камии
GPS направляет меня в Окленд. Я еду искать Тревора по адресу, который дал Престон. В Окленде живут как и очень хорошие соседи, так и очень плохие. К несчастью для меня, Тревор выбрал место жительства с плохими соседями.
Когда я искала его дом, я подготавливала себя к худшему. Дом был заброшен. На крыльцо было опасно даже наступать. Некоторые ступени полностью сгнили, не говоря уже об облезлой краске на других. Слава богу, поблизости нет никого.
Когда я сказала Престону, что собираюсь ехать искать Тревора, он попросил меня взять с собой парочку помощников юриста. Причем мужчин. Но я не согласилась. Я была лучшей, так как именно я провела все расследование. В этом деле есть маленькие несостыковки и на чей-то взгляд они могут показаться незначительными. Но благодаря именно этим деталям, я собираюсь доказать невиновность Престона.
Когда я подошла к двери, то заметила, что дверной звонок не просто отсутствует, а буквально вырван из стены, и теперь свисал с нее проводами. Поэтому мне пришлось открыть дверь-сетку, висевшую на одной петле, и стучать по ней.
В комнате послышался шорох, но никто мне не ответил. Я стучу еще раз громче, чтобы было понятно, что никуда я не уйду без разговора.
Через минуту дверь открывает высокая женщина с длинными темными волосами и кристально голубыми глазами. Ее появление застало меня врасплох. Не потому что она красива, или потому что в ее глазах пустота, а потому, что она не вписывалась в обстановку.
Здесь что-то не так.
Я прищуриваюсь, представляя, какая маска бы ей подошла. Ее волосы и рост определенно принадлежат женщине, которая приставала к Престону в клубе. Боже, почему я ее тщательнее не рассмотрела?
— Что Вам нужно? — девушка буквально выплевывает эти слова с таким выражением, будто предлагает трахнуться. Ладно, возможно здесь все как раз таки в порядке. Ее поведение уж точно подходит к этой местности.
Я не стала с ней заискивать и ответила в том же тоне:
— Я здесь не из-за вас. Мне нужен Тревор.
— О да, как же вам повезло, — говорит она с усмешкой.
— Где он?
— В тюрьме, — отвечает она абсолютно равнодушно.
— А вы кто тогда?
— Слушай сюда, сучка. Я не знаю, кто ты такая или зачем сюда пришла, но так как ты даже не знаешь, что он в тюрьме, то это вообще не твое сучье дело, кто я. А теперь выметайся на хрен с моего крыльца, пока я не вытащила ружье.
Я молча развернулась и пошла к машине. Поскольку я давно уже занимаюсь такими делами, то сразу понимаю, когда битва проиграна. С этой сукой я не собираюсь больше связываться.
Во время поездки домой я звоню своей помощнице:
— Энджи, поищи в судебных записях Тревора Пирсона. Он в тюрьме. Мне нужно знать, когда и за что его посадили.
Она мне сразу же отвечает:
— Принято, — слышно, как Энджи начинает печатать на клавиатуре. — Здесь сказано, что он арестован за незаконное вторжение в Сан-Франциско и на данный момент ожидает суда.
— Когда арестован?
— Дата преступления 3 сентября.
Бекку убили десятого сентября. Черт.
— Ладно. Спасибо.
Нажимаю на отбой и звоню Престону.
— Тревор здесь ни при чем, — говорю я, когда он отвечает на звонок.
— Понятно. И тебе привет, — смеется он.
— Извини. Торопилась поделиться новостью. Когда Бекку убили, Тревор уже сидел в тюрьме.
— Блядь. Неудивительно. И за что?
— Незаконное проникновение в дом. Теперь он ждет суда.
— Ладно. Что теперь?
— Продолжаем искать дальше. Постарайся вспомнить, кому еще выгодно подставить тебя. Составь список тех, кого, по твоему мнению, ты мог раздражать, или кто может быть зол на тебя и таить обиду. И еще включи в этот список тех, кому ты отказал в членстве в Бридж.
— Есть один человек. В его заявлении я заподозрил что-то неладное. У меня просто было какое-то предчувствие. И когда Бекка тоже ничего не нашла на него, мы отказали.
— А ты не думал сразу мне рассказать об этом? — я даже не пытаюсь скрыть раздражение.
— Извини. Действительно, нужно было сразу тебе сказать. В эти дни мой мозг не может работать четко.
— Ну, это понятное дело. Престон, я не смогу тебе помочь, если ты не будешь со мной абсолютно откровенным. Найди то заявление и отправь на мою почту.
— Как на счет того, что ты приедешь ко мне на обед?
— Престон, я…
— Я говорил тебе. Не отталкивай меня. Я иду сегодня в «Бридж», но ты мне нужна.
Делаю паузу и молчу дольше положенного, что подтверждает мое желание быть с ним и что я поторопилась ему отказать.
— Сейчас пришлю тебе адрес и жду к шести, — говорит Престон и вешает трубку прежде, чем я успеваю что-либо ответить.
Престон
Черт побери.
Не могу уже без нее, и ничего с этим не поделаешь. С той самой секунды, когда я увидел Камии, я знал это. И вот стою на кухне, готовлю для Камии ужин, вместо того, чтобы идти в клуб. Когда-то я думал, что только клуб будет приносить мне удовольствие.
Единственное, что приносит мне удовольствие сейчас, — это Камии.
И моя свобода.
Забавно. Получив одно, я получу и другое.
Надеюсь.
Захожу в гостиную, чтобы включить какую-нибудь музыку, и замечаю свет из ближайшей двери. Как черт побери опять такое произошло? Захожу, достаю до выключателя и выключаю свет. Немного мотаю головой, чтобы понять, почему это вышло на первый план.
Смотрю на часы на кухне, уже половина седьмого. Камии подъедет с минуты на минуту, поэтому открываю бутылку вина и тянусь за двумя бокалами. Они стоят, а должны висеть на барной установке, которую я вмонтировал над столешницей.
Я так никогда не оставляю бокалы. Не могу вспомнить, когда бы я так беспечно оставил бокалы на столе, и эти попытки просто взрывают мозг. Прошло уже несколько месяцев, когда мы с Беккой сидели за этим столом и обсуждали открытие клуба.
Бокалы никак не могли так долго здесь находиться незамеченными. Они должны висеть на барной установке…