Возвышение (СИ)
Это оказалось как нельзя кстати. Том перехватил телекинезом одно из щупалец и чуть сместил его, подставив под луч. Завоняло горящей плотью, конечность демона отвалилась, а он бешено заорал, неистово колотя во всё вокруг.
— ГАД! ГНИДА! ТВАРЬ! — надрывался он.
А Том в этот момент использовал геомантию. Его сил хватило, чтобы ослабить основание самого большого сталактита, и от очередного удара кусок горной породы откололся. Тяжёлая глыба понеслась вниз с огромной скоростью, а Том слегка подкорректировал её падение, и это импровизированное каменное копьё вонзилось прямо в шарообразное туловище Балтамола, пронзив и расплющив его.
Конечности демона замерли, поднявшись вверх, а потом рухнули в воду, ставшую чёрной от демонической крови.
Упав от усталости на колени, Том, наконец, смог отдышаться.
— Я не чувствую в нём жизни. Оно мертво, — сообщил Корвус.
— Не представляешь, как я рад, — иронично отметил Волк.
— Быстрее, Том! Надо найти маяк Квиллы!
Корвус превратился в ворона и полетел в сторону туши демона.
— Вот здесь! Я чувствую его!
Том переместился к Корвусу и осмотрелся.
— Ни черта не вижу.
— Да вот же! — ворон клюнул мясистый нарост на теле Балтамола.
Анк схватился за него и потянул изо всех сил, разрывая плоть чудовища.
— Фу-у-у! — поморщился он от вони.
Прямо под плотью что-то сверкнуло, и Волк ухватился за это. Он потянул ещё и с чавкающим звуком извлёк на свет…
— Это золотой фаллос, — нахмурил брови Анк.
— А ты чего ждал? — не понял Корвус.
— Да чего угодно, но не этого!
— Ты придираешься, — ворон подпрыгнул и клюнул золотой артефакт клювом.
Яркая вспышка озарила сознание Тома, а потом наступила темнота.
* * *
В этот раз пробуждение прошло быстро и легко. Том открыл глаза и обнаружил себя стоящим посреди леса. Только лес был какой-то неправильный. Засохшие деревья, покрытые колючками, выглядели безжизненными и мрачными. Вокруг стояла мёртвая тишина — не слышно ни пения птиц, ни звуков другой живности. Даже ветра не было.
— Где это мы? — спросил Том.
Рядом возникло чёрное облачко, принявшее форму человека, и Корвус ответил:
— Должны быть в чертогах Квиллы. Вот только что здесь случилось?
Он огляделся по сторонам:
— Мрак какой. Это не в её духе.
Волк осмотрел себя и ощупал белую тканую жилетку и штаны, которые на нём оказались, а потом довольно ухмыльнулся:
— Я очень рад, что в чертогах появляется одежда. Сражаться с демоном с голой сракой было неуютно.
Он повернулся к Корвусу:
— Итак, что дальше?
Дух посмотрел на кроваво-красное небо и хмыкнул:
— Без понятия. Пошли вперёд, авось, найдём кого-то. Странно, что нас не встретил ни один дух. Уверяю, прекраснее нимф Богини Любви ты ещё никого не видел!
Через несколько минут путники вышли к озеру, вернее, к той луже, которая осталась вместо него. Водоём просто пересох.
— Эге-гей! Есть кто живой? — крикнул Корвус.
Тишина была ему ответом. Волк и дух переглянулись, и пошли дальше. Вдруг ил на дне высохшего водоёма зашевелился.
— Корвус, смотри! — указал Волк.
Из-под него показалась грязная костлявая рука, которая пыталась ухватиться хоть за что-то твёрдое. Потом из грязи вынырнула вторая рука, они нащупали опору и вытолкнули на поверхность худощавое, покрытое слоем глины женское тело. Выглядело это по-настоящему жутко.
— Смертный! — прошелестела старческим голосом женщина. — Ты пришёл закончить начатое? Уничтожить нас?
Том подошёл ближе.
— Я здесь, чтобы помочь. Кто ты?
— Помочь? Смертный хочет помочь? — удивилась незнакомка. — Ты… Другой. Не тот.
— Какой не тот? — не понял Волк.
— Помоги нам. Мы умираем. Поспеши… Там! — она махнула в сторону плотных зарослей сухостоев. — Там наша Богиня. Спаси её. Освободи!
Её кожа засыхала прямо на глазах под лучами красного солнца. Видно было, что женщине с трудом даётся каждое слово, и едва она закончила, сразу поспешила зарыться в грязь.
— Том, это была одна из нимф! — опешил Корвус. — Кто мог сотворить такое?
Волк пожал плечами и направился в указанном направлении. Он ободрал себе руки и ноги, продираясь через колючки, но вскоре выбрался на большую, покрытую жухлой травой поляну. По центру стоял высокий столб, из которого торчали стальные кольца, и к нему цепями была прикована молодая светловолосая девушка. Да ещё какая!
У неё была идеальная фигура, осиная талия, длинные стройные ноги и восхитительной формы грудь. Без сомнения, это была самая красивая представительница прекрасного пола из всех встречавшихся Тому на пути. И она была в оковах. Цепи плотно охватывали её грудь, талию, ноги и шею, не давая пошевелиться.
Когда Волк приблизился, она открыла глаза и взглянула в сторону гостя.
— Ты не Харрум, — голос её был уставший и печальный, но в нём было столько ласки и нежности, что на глаза Тома навернулись слёзы.
Кто мог сделать такое с этим созданием? Кто мог обидеть ангела во плоти?
— Квилла, — тихо прошептал Анк, коснувшись цепей.
Оковы были прочны, и он не видел ни одного замка, словно цепь была цельная. Как же их снять?
— Ты — апостол моих братьев? — спросила девушка удивлённо.
— И сестры, — кивнул Том, продолжая осматривать цепи.
— Ужасное злодеяние! — воскликнул Корвус, оказавшись рядом. — Пленить Богиню! Немыслимо!
— Корвус, нужно снять эти цепи.
Дух осмотрел оковы и хмыкнул:
— Я чую магию демонов. Дайка-ка…
Он обратился в чёрную дымку и окутал собой звенья цепи. Несколько мгновений, и цепь покрылась ржавчиной, а ещё через минуту осыпалась рыжей крошкой.
— Готово! — довольно сказал дух. — В Чертогах Богов мои силы не скованы законами мира людей.
Девушка начала падать вперёд, и Волк успел подхватить её на руки, осторожно уложил на траву. Едва Квилла коснулась земли, как волны живительной энергии разошлись от неё, наполняя силой почву и воздух. Растения сразу начали оживать, трава стала зеленеть, а на деревьях начали набухать почки. Послышалось пение птиц, а небо из кроваво-красного снова стало голубым. Тело Богини засияло, и на ней появилось белоснежное платье, прикрывшее наготу, а коже вернулся здоровый румянец.
— Ох… — Квилла открыла глаза и с любовью посмотрела на Тома, отчего сердце его затрепетало. — Мой спаситель! Я была в заточении так долго.
Том выпрямился и помог ей встать. Корвус потрогал его плечо и сказал:
— Волк, смотри!
В чаще леса раздался шорох, а потом на поляну выбежала группа зайцев. С другой стороны показались олени, несколько птиц, и пара скарлов. Животные вышли приветствовать свои Богиню, и Квилла лучезарно улыбнулась.
— Вскоре этот лес будет прекрасен, как никогда, — мягко сказала она. — Идём со мной.
Она пошла в сторону озера, и Волк и Корвусом молча последовали за ней.
— Мой храм ограбили, похитили мой артефакт и лишили возможности вернуться в мир людей после того ужасного сражения.
— Вы про битву с Архидемоном, госпожа? — спросил дух.
— Да. Я была заточена в своих Чертогах. Как видите, я создала маленький уютный мирок и ждала часа, когда кто-то из Теи укажет мне путь. И двести лет назад явился смертный. Как я узнала потом, он поработил одного из духов, чтобы попасть сюда.
На плечо Богини запрыгнул большой пушистый кот, и Квилла погладила его по довольной мордашке.
— Что было потом, госпожа? — спросил Корвус.
— Я могу изгнать любого смертного. Могу влезть в разум, изменить его, обуздать. Но этот человек привёл с собой демона, и я оказалась бессильна. Здесь кругом Пустота, из которой демоны черпают энергию. Он одолел меня и заточил у столба, вырезанного из Тысячелетнего Дуба, который служил мне домом. Так я, Богиня Любви, превратилась в рабыню.
— Кто был этот человек?
На лице Богини отразилась злоба, и это было так неожиданно и не естественно, что у Волка холодок пробежал по спине.