Разыскивается миллионер без вредных привычек (СИ)

— Волшебно, — констатировала она и отложила планшет.
— Хочешь, я маму попрошу, и мы вместе этим летом поедем?
— А можно?
Я кивнул. Придётся маму уговаривать. И папу. И вторую маму. И родителей Вероники. Но разве не фигня это по сравнению с тем, что мы с ней будем вдвоём целый месяц? Всех уговорю. И пусть мы только дружим. Идея захватила меня полностью.
— Никит?
Я с трудом вынырнул из своих мыслей. Прикидывал, разрешат ли родители, если я-таки вытяну все экзамены на отлично. Наверняка. Посмотрел на неё — улыбается. Губы тёмные, словно вишни наелась. И тянет меня к ним магнитом. Остановиться — невозможно.
Губы и правда отдавали сладким. Только не вишней, скорее, клубникой, как из маминого джема. Кожа вокруг губ слегка солоновата — покрыта испариной. А вкус нашего поцелуя — пепси. В жизни бы не подумал, что это такой крышесносный коктейль. Вероника напряжена, я боялся, что она отодвинется в любой момент, осмелел — положил руку ей на затылок. Мне хотелось, чтобы наш поцелуй длился вечно. Не уверен, что вообще решусь поцеловать её во второй раз.
— Мама! — раздался звонкий голос. — Ма-ама! Они тут целуются! Фууу, гадость! Хоть бы спрятались, чтобы я этого не видела!
Сашка развернулась, взметнув юбкой, и унеслась в дом — точно маме расскажет, если она ещё её воплей не услышала. Мы с Вероникой оторвались друг от друга, обменялись взглядами и вдруг смеяться начали. Я смеялся так, что слезы на глаза наворачивались, и думал: «Погоди, Сашка, мне в восемь тоже казалось, что фу…»
Конец