Последняя Надежда (СИ)

– Не думаю, что такая милая маленькая девушка сможет нанести мне большой урон. – Сквозь гогот выдавил он из себя.
Теперь заржали мы с Геком, вызвав у Хохрикова недоумение.
– Вижу, что не думаете. – Фыркнула Анжелика.
Яков повернулся ко мне.
– Не, она что реально может проблем доставить? – Не поверил он.
Я широко улыбнулся.
– Она полгода назад двух граждан, которых интерпол несколько лет найти не мог, прибила. – Сдал я информацию.
Лысый бородач посерьезнел.
– Да не виновата я. – Насупилась Лика. – Они сами об танк стукнулись.
– Об танк? – Тупо переспросил Яшка.
– Ну да. Они за нами гнались, а там танки наперерез, и вот… Но ведь двое же выжили. – Возмутилась девушка.
– Ага, только их переслали в ту страну, где смертная казнь разрешена и расстреляли уже. – Напомнил Корсаров.
– А еще она маму при первой встрече чуть шваброй не прибила. Темыча едва не зарубила топором, а меня отделала вот этой печатью. – Я указал на стоящую на столе конструкцию.
– Теть Сашу шваброй? – Хохриков несколько офигел от таких новостей.
– Это была не швабра. – Огрызнулась она.
Яшка со стуком захлопнул рот и замолчал. Минут на пять. Мы не мешали ему переваривать полученную информацию.
– Может быть, о работе поговорим, – робко предложил Гек, когда пауза затянулась.
Теперь я был точно уверен, что Хохриков возьмется за это дело. Он давно мотался по стране, пытаясь развеять скуку. В Тивже скуки не было и подавно, и до него это только что дошло. Более того, расписанный Анжеликой бизнес-план действительно был на высоте.
К пяти вечера я отправил Яшку в дом Гарина, выдав ключи, так как свободного жилья пока не было. Сам же собрался ехать за Надей. Да еще и Дюха маму привез в контору, чтобы я ее до дома доставил. Пока одевался, зазвонил телефон. Нахмурился, увидев номер директора школы. Внутри появилось нехорошее предчувствие.
– Где Надя? – Спросил вместо приветствия.
– Понимаете, десять минут назад ей кто-то позвонил, и она быстро ушла из школы. – Услышал в ответ.
Сбросил вызов и быстро вышел из конторы. Мама уже забиралась в машину, так что я просто помог ей и сел на водительское сиденье. Я торопился найти Надю, поэтому решил рвануть сначала к дому Анны Николаевны, а уже потом искать непокорную учительницу в других местах.
Подъезжая к дому баб Нюры, я увидел саму пожилую женщину, быстро семенящую к какому-то темному предмету, который в сгустившихся сумерках было не рассмотреть. Резко затормозил и выпрыгнул из машины, чтобы спросить Анну Николаевну о Наде. Вот только старушка склонилась над чем-то, бессвязно приговаривая.
Аккуратно отодвинул ее в сторону и в отблеске включенных фар увидел лежащую на снегу Надю с закрытыми глазами.
– Да что ж это такое-то? – Ужасалась позади меня бабуля.
Я присел на корточки, дрожащими руками прикоснулся к ее шапке и чуть повернул голову, как-то тупо смотря на пропитавшуюся от крови светлую ткань. Снег под ее головой тоже был окрашен кровью. Паника, смешанная с ужасом, прокатилась по позвоночнику.
– Нет-нет-нет-нет… – Запричитал не хуже стоящей позади старушки, за что получил увесистый подзатыльник.
Не поворачиваясь, узнал руку мамы.
– Поднимай ее и в машину. Я за руль сяду. Здесь все равно скорых нет. – Родительница открыла заднюю дверь, пока я со всей осторожностью располагал Надину голову на своем предплечье.
В очередной раз порадовался, что она такая легкая, и поднял ее с заснеженной дороги. В машину влез с трудом, так как боялся лишний раз тревожить ее голову. Успокаивало лишь то, что Надя дышала. Вот только дыхание было поверхностным и рваным. Мне даже показалось, что она один раз приоткрыла глаза.
Анна Николаевна умостилась на переднем сиденье с Надиной сумкой, и стоило нам всем разместиться, как мама сорвалась с места. За нашу сохранность я не переживал, так как именно мама учила нас с братом водить в свое время. У нее всегда было много увлечений в жизни и водит она так, что любой инструктор по вождению позавидует.
До больницы добрались за считанные минуты, в течение которых на меня волнами накатывала паника, и я ничего не мог с ней поделать. Лишь то, что Надю нельзя трясти, меня как-то приводило в чувство.
Тупая медсестра, встретившаяся нам первой, никак не могла понять, чего нам от нее надо, и только стеклянными глазами смотрела на бессознательную Надежду.
– А, так вам врач нужен? – Наконец, сообразила она, услышав от меня порцию отборного мата.
После еще одной порции, она быстро убежала за врачом. Сухощавый седовласый мужчина с молодым лицом появился через минуту. Едва увидев Надю, он узнал ее, быстро осмотрел голову и распорядился.
– Каталку. – Требуемое нашлось через пару секунд. – Ждите здесь. – И увез Надю в отделение хирургии.
Я дополз до ближайшей обшарпанной скамейки и сел, так как колени дрожали, и ноги не держали. Мама сочувствующе посмотрела на меня и повернулась к бледной Анне Николаевне, которая отдала Надины документы подошедшей медсестре.
– Нюр, что случилось? Она упала, или что? – Они присели на соседнюю скамейку.
– Нет-нет. Я на крыльце прибиралась. Улицу-то слышно, а не видно. Свет везде зажгла. Размахиваю себе веником, никого не трогаю, вдруг слышу Надюшкин голосок. Ну, думаю, домой идет, говорит с кем-то. Голос только недовольный. Прислушалась, ей глухой мужской отвечает что-то сипло. На Виталькин не похож, я веник отложила да с крыльца пошла на улицу, поглядеть, чего там делается. – Она потеребила платок. – Пока вниз шла, слышу, Надюшка вскрикнула. Я быстрее посеменила, как чуяла неладное. Смотрю, лежит на дороге, никого рядом нет и в помине. Пока бежала, вы и подъехали. – Она громко выдохнула и всхлипнула. – Ох, молодая ведь такая…
Я вскинул голову, оторвав взгляд от крови на своих руках, и попытался прояснить мысли.
– Вы – родственники девушки? – К нам выбежала медсестра, правда уже не та тупая, а другая.
– Да. – Я подскочил с места.
– Ее готовят к операции. У нее травма головы от удара тупым предметом. Удар был очень сильный, подразумевается сильнейшее сотрясение. На голове рассечение и большая гематома. Сейчас она на рентгене, врач проверяет целостность костей черепа… – Она протянула мне бумаги. – Подпишите разрешение на операцию. – Быстро поставил закорючку. – Жаль, что у нас томографа нет, ей бы МРТ сделать. Но врач у нас хороший. Он нейрохирургом в столице работал, а потом у его ребенка аллергия началась, пришлось сюда к нам переехать. Жена у него отсюда. – Вещала женщина, сжимая бумаги в руках. – Ой, еще для операции у нас есть все, но на период восстановления нужно будет много лекарств. У нас в больнице их попросту нет.
– Я куплю, – еле выдавил пересохшим горлом.
Она, отчего-то испугалась и убежала за дверь. Я встряхнулся, оглядел больницу и выхватил из кармана телефон. Набрал Толика.
– Ты еще в городе? – Спросил отрывисто.
– Да. – Недоуменно ответил он. – Обратно собираюсь.
– Мне срочно нужен томограф, и не важно, сколько он будет стоить. – Рявкнул в трубку.
– Обоснуй. – Тут же потребовал мой жадный друг.
– Надя в больнице с травмой головы. И врача еще какого-нибудь найди хорошего. Чтобы к ночи все было здесь. – Распорядился и сбросил вызов.
Набрал Корсарова.
– Догилев, я еще на работе, – отчитался тот. – Чего звонишь?
– На Надю напали, мы сейчас в больнице, она без сознания. Ударили по голове рядом с домом Анны Николаевны. – Принялся перечислять я.
– У меня есть в городе знакомый следователь. – Тут же среагировал Гек. – Участкового сейчас найду. Евгению Лаврентьевичу еще позвонить надо, у них собаки хорошие.
Дюхе сообщать не хотелось, так как Анжелика неизвестно какой фортель может выбросить, еще и беременная… Но объяснить ситуацию надо, а то дойдет от кого другого в искаженном виде.
Набрал сообщение и отправил. Никакого ответа не последовало, а это значило лишь одно – Андрей скоро заявится в больницу со своей ненормальной женой.