Я жажду тебе отомстить (СИ)
Вены на его руках вздулись от напряжения. Влад прижал ладони к щекам, обдумывая, что делать дальше. Я повернулась и посмотрела на Дэвида, потерявшего сознание. Может, если бы я не увидела это своими глазами, то не чувствовала бы себя настолько отвратительно. Я была благодарна Владу за то, что он вчера защитил меня, но, встретившись с новой стороной его характера, испытала только жуткий страх. Он бил без промашек. Без страха. Будто несколько лет оттачивал этот навык.
Наконец-то мужчина нарушил тишину:
— Поднимайся в комнату.
Я тут же воспротивилась:
— Я не уйду отсюда одна. Отпусти Дэвида, и давай оставим эту историю в прошлом.
Он грубо засмеялся и покачал головой:
— Жаль, что ты проснулась так рано.
Мне показалось, будто он собирался добавить что-то еще, но вместо этого Влад кивнул мужчинам, которые по-прежнему стояли у противоположной стены:
— Уберите тут все. А его…вышвырните куда подальше.
Влад взял меня за руку и вывел из помещения. Мы вернулись в комнату, где я проснулась. Пока мы шли, я постоянно и совершенно неосознанно смотрела на капли крови, которые впитались в его белоснежную футболку и оттого еще сильнее выделялись. Они были даже на его шее. Зато черные перчатки остались в идеальном состоянии.
Это для него действительно так просто? Сейчас он переоденется и забудет, что чуть не убил человека?
В голове постоянно всплывали наши счастливые воспоминания из прошлого. Его чудесная улыбка, объятия, в которых я чувствовала себя комфортнее всего, его любовь и доброта. Куда же это все исчезло?
Влад, кажется, только сейчас обратил внимание на то, что я до сих пор в сорочке. Он замер, видимо, совершенно не понимая, как сейчас со мной обращаться. Нас связывало слишком многое…и в то же время было гораздо больше того, что разлучало.
Я оттянула сорочку как можно ниже, чувствуя себя обнаженной под тяжестью его взгляда, и спросила:
— Кто меня переодел?
— Я. Мне надо было оставить тебя в разорванном платье?
Нахмурилась, вызвав у него насмешку:
— Как будто я не видел твое тело раньше. Не строй из себя недотрогу. Уж тебе то точно не привыкать…обнажаться перед другими.
Спустя время я пойму, что моей самой главной ошибкой было то, что я не рассказала Владу правду. Позволяла верить в мою «ночную работу» и этим сводила его с ума. Но я была слишком обижена, расстроена и безжалостна. Не только я причинила ему боль, но и он мне. Однажды он не захотел меня выслушать, теперь же я не была готова открыто с ним говорить.
— Как я здесь оказалась? Откуда ты узнал, где я?
Мужчина снял перчатки и кинул их в какой-то мешок. Открыл шкаф, достал полотенце и непонятное мне средство и вытер кровь с шеи. Я знала, что не должна его бояться, но для меня все это было сплошной дикостью. Я лишь в очередной раз убеждалась, что ЭТОГО человека я не знаю.
— Я отследил твой телефон. Увидел, что ты была у Лилии. Потом решил проверить и ее местонахождение. Когда ты вдруг стала уезжать из клуба, я подумал, что…
Он запнулся, но я прекрасно понимала, что он хотел сказать:
— Ты решил, что я поехала с новым клиентом?
Влад снял футболку и стал искать другую одежду. Я замерла, не в силах оторвать от него свой взгляд. Чем он занимается, раз имеет настолько тренированное тело? От любых его движений мышцы лишь сильнее напрягались. Влад изменил все — манеру поведения, голос и даже внешность. Он сбривал волосы на висках и оставлял непослушные пряди в хаотичном беспорядке.
Я вспомнила наш безумный поцелуй. Произошло слишком много всего. Мне было противно, что неосознанно у меня появился страх. Раньше я боялась только потерять его, а сейчас…не была уверена, должна ли находиться рядом.
— И что бы ты сделал, если бы я была с клиентом? Его бы ты тоже попытался убить?
Влад достал майку и окаменел от моих слов. Медленно повернулся и процедил:
— Хорошо, что мы не узнаем, как бы я тогда поступил.
Он подошел ко мне и скрестил руки на груди. Его торс, плечи, руки — все кричало о несокрушимости и мощи. Разве мог этот человек вчера ласково назвать меня дурашкой? Похоже, ему куда больше шло ломать и разрушать.
Я по-прежнему чувствовала себя не очень хорошо. Шея ныла, но гораздо больше беспокоил затуманенный разум. Мне нужно было подумать и уехать как можно дальше от Влада. Решить, что делать дальше. Очевидно ведь — его поступок говорит лишь о том, что вместе с беспокойством за мою жизнь он продолжает видеть во мне врага. А если бы Дэвид поимел меня прямо в клубе? Тогда бы Влад убил меня?
— У тебя есть какая-нибудь одежда? Не могу же я уехать в сорочке.
— И куда это ты собираешься?
Он нацепил майку, наконец-то перестав отвлекать меня своим телом. Я нахмурилась:
— Домой, куда же еще.
— А я разве тебя отпускал?
Меня раздражало, насколько быстро он сменял маски. В один момент безжалостный, в другой заботливый, а буквально через секунду снова возвращается к тому, с чего все началось — с ненависти ко мне.
— Мне не нужно твое разрешение.
Он демонстративно посмотрел на часы и усмехнулся:
— Сейчас рабочее время. Если тебе не отшибло память, я все еще твой начальник. И я тебя не отпускал.
— Сукин ты сын, Влад, чего еще ты от меня хочешь?
Он подошел ко мне вплотную и невесомо провел ладонью вдоль моего тела, очерчивая контур. Наклонился и почти у самых губ прошептал:
— Отсоси мне.
Я отшатнулась и, оступившись, упала на кровать. Вскарабкалась, перевернулась и подошла ближе к окну. Меня вчера почти изнасиловали, и он мне говорит такие вещи?
— Влад, чего ты добиваешься?
— Ада, ты вроде буквально пятнадцать минут назад умоляла меня не убивать этого ублюдка? Я жду благодарности.
— О чем ты вообще говоришь? Спасибо, что спас меня вчера от нападения, но за отказ от убийства я тебя благодарить не собираюсь. Иди на хер со своими ожиданиями. Я спасла в первую очередь тебя. Или желаешь провести оставшуюся жизнь в тюрьме?
— Да в чем проблема вообще? Постарайся мне отсосать также старательно, как на том видео, и я тебя отпущу.
Он сделал шаг. Еще один. Загонял меня в ловушку и откровенно насмехался. Почему хотя бы сейчас он не может забыть о своей ненависти? Ему нужно постоянно унижать меня?
— У тебя до сих пор остатки крови на теле. Я забуду то, что видела, а ты оставишь меня в покое.
— Тебе так нравится строить из себя недотрогу? Может, вчера ты тоже только притворялась, будто тебе не нравилась его близость?
Я не сдержалась и влепила ему пощечину:
— Можешь думать обо мне все, что тебе угодно, но смей втаптывать меня в грязь. Если я говорю «нет», это значит «нет», понятно? Или ты хочешь уподобиться Дэвиду, которому было плевать на мое сопротивление? Так давай, вперед! Заломи мне руки, ударь. У тебя же это прекрасно получается.
Я по-прежнему дрожала, с трудом отходя от того, что недавно увидела. Окровавленная футболка на полу не давала мне забыть, как Влад хладнокровно избивал человека.
Мужчина подошел к шкафу, достал какую-то одежду и кинул мне:
— Переодевайся. Женских вещей у меня нет, будет велико, но это лучшее, что я могу тебе предложить.
Он поднял с пола футболку и вышел. Я даже не успела спросить, откуда тогда на мне другое нижнее белье, если женской одежды у него нет.
Быстро переоделась, подтянула резинку на штанах и закатала рукава. Завязала низ майки на талии. Нужно было срочно найти телефон и сумку. Я не хотела сейчас находиться рядом с Владом. Пыталась выкинуть из памяти его жестокость, но не получалось.
Открыла шкаф, поискала среди вещей, осмотрела подушки и комод. Безрезультатно.
Зашла в ванну и напоролась взглядом на черный мешок в углу. Подскочила к нему, развернула и обнаружила свою сумку. Зачем прятать ее здесь? Боги, что же он творит.
Достала телефон и вызвала такси. Мне плевать, что думает Влад. Лучше я сделаю все для того, чтобы мы больше не виделись. Если таким образом он теперь проявляет свою заботу о моей жизни, то что же он будет делать, когда решит мстить по-настоящему?