В его власти, или Беременна от монстра (СИ)

— Мне нужно знать, насколько этот ребенок мой. Я не собираюсь ждать девять месяцев, чтобы убедиться в этом. Мне нужен тест ДНК.
— Врач же ясно дал понять, что это опасно! — от возмущения я даже на месте усидеть не смогла.
Мы прожигали друг друга ненавидящими взглядами несколько долгих секунд.
— Сядь, — с металлическими нотками в голосе приказал Марат.
— В данном конкретном случае я бы не рекомендовал делать инвазивный тест, — прервал нашу перепалку Петр Васильевич, стараясь разрядить обстановку и не допустить скандала. Пришлось сесть назад, чтобы дослушать врача, — Анна Сергеевна говорила, что пережила несколько попыток ЭКО и несколько выкидышей. Боюсь, что такой метод слишком опасен для нее.
— Значит, вы будете очень осторожны.
— Ты с ума сошел?! — внутри все кипело от гнева, я даже забыла, что из-за обиды на «вы» к нему обращалась, — Я не буду рисковать жизнью своего малыша из-за того, что ты захотел в чем-то там убедиться! Я вообще не напрашиваюсь к тебе в содержанки, соберу вещи и уйду сразу после возвращения! С огромной радостью воспитаю ребенка сама!
Вцепилась в подлокотники кресла до боли в пальцах, настолько сильно было желание вцепиться Покровскому лицо и ногтями сцарапать эту дурацкую ухмылку на губах! Пусть малыш еще не родился, но я не дам его в обиду и рисковать его жизнью не стану. Ради него я готова была голыми руками драться хоть с десятью такими козлами.

— Успокойтесь, Анна, прошу, вам нельзя волноваться. Во всем этом нет нужды, ведь можно сделать неинвазивный тест. Этот метод абсолютно безопасен, так как мы будем обследовать кровь матери.
— И как мы в таком случае узнаем, мой ли это ребенок? — удивленно вскинул брови Марат.
— У матери и плода общий кровоток. Это значит, что ДНК ребенка находится в обычной венозной крови. Нужно только выделить эти фрагменты и сравнить их с вашим биоматериалом. Уверяю вас, точность этого метода такая же высокая. Вероятность установить отцовство или опровергнуть его практически стопроцентная. В любом случае, если вы сомневаетесь, после рождения ребенка можете сделать повторный тест и убедиться, что результат был верным.
Я молча кусала губы, готовая сбежать из больницы прямо так, если вдруг Марат решит зачем-то помучить меня и отправить на анализ с проколом живота.
— Хорошо. Давайте для начала проведем этот тест, — наконец кивнул Покровский.
— К сожалению, он применяется только с девятой недели беременности, когда плод подрастет и сформируется. Только в этом случае можно получить точный результат.
Марат чертыхнулся.
— И какой у нее срок сейчас?
— Сколько времени прошло с нашего секса — такой сейчас и срок, — не выдержала я и кивнула доктору, — извините.
Вылетела из кабинета пулей и вернулась в холл. Ну что за невыносимый человек?! Я уже пожалела кучу раз, что вообще сказала Марату о беременности. Спокойно бы собрала свои вещи и уже уехала подальше от Покровского. Нет же, дурочка, пожалела его, думала, он переживает, что никогда не сможет иметь детей! Кто же знал, что он такой мудак!
Я стояла у окна, нервно кусая губы и обнимая себя за плечи. За всеми этими мыслями даже шагов за спиной не услышала, поэтому вздрогнула, когда сзади раздался очередной холодный приказ:
— Поехали.
Развернулась на пятках и выпалила:
— Никуда я не поеду! Я собираюсь остаться в больнице и пройти все нужные обследования.
— В таком случае, я пришлю за тобой своего водителя, — Марат взглянул на часы. Видимо, из-за меня он уже безбожно опоздал всюду. Так ему и надо!
— Я не собираюсь возвращаться в ваш дом, господин Покровский. Потом приеду на такси забрать вещи — и всё.
Марат взметнул вверх брови и взглянул на меня так, будто только что я призналась, что у меня третья нога есть. А после шагнул ближе и вкрадчиво произнес:
— Пока есть вероятность, что ты носишь моего ребенка, ты будешь жить в моем доме и под моим присмотром. Это не обсуждается. Исчезнуть даже не пытайся, иначе сделаешь только хуже.
— Ты что, угрожаешь мне? — опешила я, отшатываясь от мужчины.
— Предупреждаю. Станешь хитрить и пытаться сбежать от меня — запру и всюду будешь выходить под охраной. Если тест ДНК покажет, что ребенок не мой — сможешь пойти на все четыре стороны. Держать не собираюсь.
— А если покажет, что ребенок твой? — холодея от ужаса, спросила я. Знала, что так и будет, но все равно задала вопрос именно так.
— В таком случае в моем доме тебе придется задержаться. По крайней мере, на тот срок, пока ты не выносишь моего наследника. Или наследницу.
Тон Покровского не сулил ничего хорошего. У меня пересохло горло, так страшно было спрашивать, что будет дальше.
— Я сейчас позвоню водителю. Даже если закончишь здесь раньше, жди его. Никакого общественного транспорта и такси, поняла меня?
Я робко кивнула.
— Вот и умница. До вечера.
Марат развернулся и быстро скрылся из холла. Без сил я опустилась на мягкий диван, стоявший в холле. Боже мой, во что же я ввязалась? И главное, чем все это грозит мне и малышу?

  
Глава 7
 
Обследование заняло весь день, но именно сегодня посещение любых врачей и сдача анализов мне только в радость. Потому что ради малыша я готова хоть тысячу таких процедур и осмотров пройти. Да и возвращаться в дом к Марату не очень хотелось. Какой же я была слепой, когда думала, что влюблена в него! Слишком жестокий, холодный, закрытый, эгоистичный. Раньше он мне казался таким надежным и серьезным мужчиной, а теперь… Надо было не жалеть этого монстра, а просто сбежать сразу, как только сделала тест! Правильно говорила мама — локоть вот он, а не укусишь.
Кстати, о побеге я и думала. Даже когда на улице меня встретил огромный, похожий на шкаф, охранник, который неотступно прошагал за мной прямо до двери машины. По-моему, он даже в затылок мне дышал, так близко шел. Как под конвоем, ей-богу! А что же будет дальше? Нет, надо сбегать от Покровского. Неизвестно, что у него на уме. Раз он уже ограничивает мою свободу, то точно ничего хорошего.
Главное, усыпить его бдительность и все тщательно продумать. Ни одной ошибки больше быть не должно: если сбегу, Марат не должен меня найти. Иначе, я просто нутром чувствовала, добром это не кончится.
За окном уже стемнело. Не знаю, сколько точно времени, но с готовкой ужином я уже опоздала. Покровский вообще перфекционист, по нему часы можно сверять. Во всяком случае, завтракает и ужинает он в строго отведенное для этого время. Я злорадно улыбнулась: может, голодный походит и мозги на место встанут?
Уже дома хотела незамеченной проскользнуть в свою комнату, но Марат как будто специально поджидал меня. От неожиданности я вздрогнула, натолкнувшись в темноте на его фигуру в прихожей.
— Простите, что не успела приготовить ужин, — не чувствуя ни капельки сожаления, сказала вместо приветствия.
— Я заказал ужин из ресторана. Идем, стол уже накрыт.
Я так опешила, что не сразу поняла, что стою почти на пороге дома, открыв от удивления рот. Это кто, Покровский накрыл на стол?! И собирается есть ресторанную еду?? Сколько его знаю, Марат всегда старался есть только дома и терпеть не мог ни кафе, ни крутые дорогущие рестораны.
Быстро мою руки и прохожу в столовую. Не верю своим глазам, но так и есть — стол накрыт на двоих, приборы разложены, Покровский как всегда во главе стола. Только вот… с каких пор мы едим вместе? Я, как прислуга, всегда питалась отдельно, на кухне.
— Садись, — приказывает мужчина.
— Я не голодна, спасибо.
Взгляд Марата тяжелеет и в голосе снова слышится металлический отзвук:
— Я сказал, садись.
Сжимаю зубы, чтобы не нагрубить в ответ на этот приказной тон, но все же опускаюсь на отведенное мне место. Мне так неуютно, что я постоянно ерзаю на стуле. Покровский ведет себя, как ни в чем не бывало, а вот мне не по себе от этого ужина. Даже кусок в горло не лезет, хотя я старательно ковыряюсь вилкой в тарелке и делаю вид, что ем. Лишь бы снова не начал командовать.