Бойся Дика (СИ)

— Блин, ну я Ральфом хочу быть, — отчаивается Пит, но всё уже решено.
— Хах, Ральфом он хочет быть, — шепчет Джефф. — Миссис Шеферд не ошибается, такого подлюка Роджера только Питу и играть.
Согласен.
========== 21-ая глава ==========
В процессе довольно длительных проб на Джека некоторые получают роль ничего не значащих парней из охотников, и зал понемногу пустеет. Практически все попадают в работу над декорациями. Отстой.
— Итак, записывай, — миссис Шеферд диктует девочке с косичками, которая, очевидно, ее «секретарь», — Билл Филдс будет играть Билла.
— Как неожиданно-то! — выкрикивает Дик, а ведь я уже почти забыл о его присутствии здесь.
На роль Саймона поднимаются всего пять парней, один из которых Джефф. Странно, негодяя Джека хотело играть большинство народу, и я думал, Дик тоже претендует на Джека. Но он приклеился к своему креслу, как и я, собственно, к своему.
Джефф делает глубокой вдох и выдох, прежде чем громко продекламировать:
— По-моему, что-то можно сделать. Нам… — замолк зачем-то и повернулся в сторону, прижимая руку к груди. — По-моему, надо подняться на гору.
Тишина. И миссис Шеферд:
— Зачем же туда подниматься к этому зверю, если уж Ральф и те двое ничего ему сделать не смогли?
— Что же можно еще сделать? — шепотом произносит Джефф, и снова тишина, которая порядком затягивается, похоже, что больше он ничего не подготовил.
— Хм, и почему Саймон? — спрашивает преподаватель.
— Он, — поджимает губы, подбирая слова, — он смышленый и, хоть и трус, но он знал всё наперёд. Мне импонирует этот персонаж больше всего, я хочу быть Саймоном.
Миссис Шеферд задумывается, прежде чем сказать своему «секретарю», что Джефф будет Саймоном, только зачем-то она просит подчеркнуть это.
Как ни странно, но на роль Мориса парней гораздо больше, чем на Саймона и Ральфа. Оказывается, всё то оставшееся сидеть в зале большинство хочет мою роль. Но не Дик.
Чувствую взгляд одного только Дика, когда наконец очередь доходит до меня. Поднимаюсь, сменяя парня, который монотонно бубнил: «Может, к Хрюше вернёмся пока светло? А вдруг там зверь?»
Джефф улыбается счастливо, так как схватил роль, на которую метил, и, проходясь взглядом дальше, я вновь натыкаюсь на Дика, внимательно смотрящего на меня.
— Я… могу начинать? — спрашиваю и после молчаливого разрешения преподавателя начинаю:
— По-моему, Джек верно сказал, каждому может быть страшно, и от страха никого не убудет, ничего тут такого нет. Ну а вот насчет того, что одни свиньи на этом острове водятся, так это он, возможно, и верно говорит, но ведь же он не знает. Ну, то есть наверняка, точно же он не знает… — шумно сглатываю слюну, как Морис это делал. — Папа говорит, есть такие штуки, ой, ну как же их, они еще чернилами плюются — спруты, — так те в сто ярдов бывают и китов пожирают — свободно. — Секундная пауза и стараюсь как можно расслабленнее и естественнее засмеяться. — Конечно, я в зверя не верю. Вот и Хрюша говорит — в жизни всё научно, но ведь же мы не знаем? Ну, то есть наверняка…
Замолкаю, надеясь, что этого достаточно, чтобы я был Морисом, но миссис Шеферд молчит.
— Почему Морис? — вполне закономерный вопрос, я его ожидал.
— Морис — улыбчивый и легкий. Мне нравится в Морисе то, что он знает, где добро и зло, но с простотой делает и то, и то. Он неоднозначный и не ломает себе голову над этим. — Да я готовился.
— Хм, но ведь это именно Морис был одним из тех, кто насадил свиную голову на палку.
— Да, как я уже сказал, он делает и добро, и зло, не думая, — соглашаюсь, уже понимая, к чему ведет преподаватель:
— То есть он легко поддаётся влиянию?
— Скорее он легко вливается. — Это правда. Я смотрю на Мориса именно так.
И преподаватель снова молчит, а потом подходит ко мне и кладёт руку на плечо:
— Но, мальчик мой, ты не Морис. Я бы дала тебе роль Саймона, но она занята… Давай попробуем вот что, — подходит к столу, стоящему на самом краю, берёт с него альбомный листок и вручает мне. — Только с выражением.
 
«— Джек, послушай-ка, ты тогда ведь до самого замка дошел…
Джек вспыхнул:
— Ну и что?
— Ты же по берегу шел — и тут, под горой…»
Это же Ральф.
— Но я не хочу быть Ральфом, я не Ральф, — отрываюсь от чтения и протягиваю обратно лист, но миссис Шеферд не принимает.
  *
Миссис Руфс уходит, а я с кипящей внутри злобой сажусь на свое место потому, что только что меня утвердили на эту чертову роль. Блять. Я не хочу торчать на репетициях как проклятый.
— Так, со старшей группой покончено, теперь окончательно разберемся с охотниками и малышами…
— Миссис Шеферд! — внезапно раздаётся голос Дика, и я затылком «вижу», как он поднимается наконец. — А меня прослушать?
— Хм, мистер Кайзер, — надо же, она его помнит. — А вы на какую роль претендуете?
Дик, не отвечая, поднимается по лестнице и разворачивается лицом к «зрителям».
— Я свиная голова на палке, я — Повелитель мух.
После этого все должны засмеяться, типа «вот чудной-то», но только компания Дика смеет прыснуть со смеху. Наверное дело в том, что Дик сказал это всё дико серьёзно. Прям реально, это мечта всей его жизни — сыграть свиную башку на палке.
— Но… — преподаватель несколько шокирована. — Такой роли нет, нет, — качает головой, — безусловно, Повелитель мух будет, но не одухотворенный. Мы сделаем муляж, и кто-то будет говорить из-за кулис.
— Ну так давайте я и буду говорить. — Легко соглашается Дик.
— Нет, нет, — снова качает головой. — Давайте подберем вам нечто более масштабное.
— Но я хочу играть башку свиньи на палке, — не унимается Дик, и некоторые позволяют себе засмеяться, правда это смех в одобрение, так сказать. Словно они дают сигнал: «Продолжай, ты клёвый, реально».
— Либо Джек, либо Морис, — она дает ему выбор и просит, — а ну-ка, улыбнись.
Дик улыбается, так открыто, естественно, сексуально, бли-и-ин. И до меня доходит, что он, блять, правда Морис.
— Тогда я выбираю Джека, — пожимает плечами Кайзер.
Так легко делает выбор, я бы голову ночь ломал.
Миссис Шеферд даже не просит его ничего зачитать, словно Дик блатной, правда он и есть блатной и, похоже, по всем статьям.
  *
Джефф остаётся на прослушивание, а я сваливаю, они ведь там наверняка до темноты будут торчать выясняя, кто есть кто.
Спускаюсь по лестнице, и осталось всего ничего, чтобы убраться из чёртовой школы. Подумать только, мне дали Ральфа. Самая тупая, многословная и тяжелая роль. Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо…
— Тормози, — слышу над головой, и затем шум чужих ботинок.
— Да нафига? — я всё же его жду у подножия. Жду, блин, пока спустится, и вот уже вижу довольное улыбающееся лицо.
— Злой? — прищуривается и полуобнимает, закидывая руку мне на плечо. — Так не хотел играть Ральфа?
— Конечно не хотел, лучше быть кем угодно, только не Ральфом, да бля, только трехнутые хотели бы его играть, — бурчу, пока Дик отводит меня в сторону, чтобы тот, кто будет спускаться с лестницы, не сразу заметил нас. — Только Пит, блин, вот пусть Пит бы и играл.
— Но ты же слышал, — спокойно отвечает Дик, словно я не оскорбил его друга. — Пит это Роджер, и как ты можешь с этим не согласиться?
Намекает, что Пит и правда психопат?
Пребываю в неком ступоре, пока Дик наминает мне задницу двумя руками. Какого…
— Ты что делаешь, бля? — только на это меня и хватает.
— А вот ты представь, как было бы всё просто, если бы Джек спал с Ральфом, — начинает Дик, будто не слыша моего вопроса. — Никакой охоты, крови, помутнения рассудка…
— Идиот, — отталкиваю, а он только сильнее прижимает.
 
Руки у него загребущие, тело тёплое, и член, блин, стоит. Реально, он возбуждён, мать вашу.
— Хочешь, я тебя от роли Ральфа освобожу? — неожиданно звучит, словно мне кажется вовсе.
— Что? — переспрашиваю, ну реально ж неожиданно было.