Северное Сияние (СИ)
— Артур! У нас мало времени, — прозвучал в голове ставший привычно мерзким голос английского профессора.
Только сейчас я осознал, что ощущаю вокруг мысли и эмоции своих товарищей по команде — вспоминая звучавшие только что голоса Валеры и Эльвиры. Также понял, что давно слышу и сэра Галлахера, который обращался ко мне при помощи мыслеречи уже не первый раз.
— Что? — вслух произнес я, все еще не слыша себя.
— По справедливости, его смерть принадлежит тебе. Но моя обязанность тебя предупредить, что это слишком опасно, — вновь зазвучал в голове голос сэра Галлахера. — Слишком опасно, — повторил профессор для убедительности.
— Ты вряд ли в таком состоянии сможешь справиться с его силой, мой господин, — следом в голове раздался и шелестящий голос моего демона-хранителя.
Несколько секунд я смотрел на извивающегося под пятой Василия лорда-повелителя демонического пламени. Демона с отрубленными крыльями, руками и многочисленными ранами от магических пуль — который и в таком состоянии, как оказывается, является для меня призом, который не могу забрать.
Причем забрать, как сказал сэр Галлахер, именно по справедливости — все же три копья демонического пламени демон потратил на меня, а баньши и Василий, как ни крути, сделали большую часть работы по его нейтрализации.
Думая об этом, краем глаза я видел и гуркхов. Закончив с остатками шушеры в виде бурбонов и гиен, горцы собирали тела своих погибших товарищей. Погибших для того, чтобы спасти и вытащить меня и моих спутников их пекла нижнего мира.
Не скрою, меня манил кусок, который я могу сейчас откусить — убив инфернала, и заимев шанс на часть его знаний и способностей. Но, что прискорбно, я к этому совершенно не готов и этот кусок сейчас слишком велик. Велик настолько, что он сам легко может меня откусить — как раз тот случай, когда до самого конца не понять, кто здесь выступает в роли охотника, а кто по плану жертва.
И по уму, мне бы необходимо уступить право на смерть лорда-повелителя сэру Галлахеру. Но я же тогда спать спокойно никогда не смогу — зная, что мог попробовать сорвать большой куш. Мог попробовать, и не сделал этого.
«Если вечным сном не заснешь» — разумно подсказал внутренний голос.
— Минуту, — произнес я вслух наверное очень громко, потому что все еще себя не слышал. И развернувшись, похромал по зрительским скамьям к месту гибели баньши, благо тут было недалеко.
— Артур, у нас мало времени! — вполне обычным, без мерзких язвительных ноток, произнес мне вслед сэр Галлахер.
— Сорок секунд, — благосклонно уменьшил я время, вновь не услышав себя.
Останки призрачной девушки превратились в серебристые, с черными кляксами лужицы раскаленного металла. Испарявшегося — я заметил над ними легкую серебряную дымку.
Разлилось расплавленное серебро совсем недалеко от места, где в защитном коконе построенной еще фон Колером гексаграммы находилась Эльвира. Сибирская царевна сейчас выглядела очень плохо — часы в пекле мертвого мира даром для нее прошли. Даже сквозь колышущуюся защитную пелену я видел ее сухие, потрескавшиеся губы, глубоко запавшие глаза и общий изможденный вид. Эльвира выглядела краше в гроб кладут, но она смогла подняться на ноги, вглядываясь в меня. Дышала широко открытым ртом — да, кислорода здесь не хватает.
Кроме Эльвиры на ногах сейчас был только Валера. Модест сидел привалившись спиной к камню, обессилев, а вот Надежда и Илья оба лежали, не подавая признаков жизни. Она навзничь и прижимая руки к груди, словно пыталась от чего-то защититься, а он ничком, безвольно вытянув руки вдоль тела. Все это я заметил краем глаза, присев рядом с оплавившимся — от останков баньши, камнем. И положил открытую ладонь прямо в серебро раскаленного металла.
Призрачная девушка-близнец матери Олега, когда мы переходили границы миров, была моей частью — я прекрасно помнил вспышку боли рвущейся плоти, когда она бросилась в атаку, отделяясь от меня. Да, кожа у меня осталась цела, но баньши, созданная моей ангелом-хранительницей, совершенно точно стала частью моей астральной проекции. И оттого, что в этом мертвом мире физическая и астральная оболочка едины, мне было так больно, когда баньши начала действовать самостоятельно.
Моя догадка оказалось верной — предсказуемо, серебряный металл останков призрачной девушки впитался в мою кожу как вода в губку, наполняя тело жизненной энергией. Не только энергией, но и бодростью духа — я словно армейского стимулятора вкатил конскую дозу, заполнившего меня невиданной эйфорией гордости победы и желание продолжать боевые действия. Едва удержался оттого, чтобы не крикнуть небесам подогнать мне еще парочку лордов-повелителей.
Несмотря на прилив сил слух не вернулся. А вот нога начала вполне нормально сгибаться. Специально я на нее не смотрел, чтобы не расстраиваться — очень уж там неприятная рана была. Но мельком заметил, что вроде бы кровавая мешанина исчезла, оставив только рваную ткань формы инквизитора.
Вернулся я к распростертому ничком инферналу очень быстро, прыгая по ступеням скамеек. Последним прыжком преодолев сразу несколько. После спрыгнул с бортика ограждения на песок арены и подошел ближе к агонизирующему инферналу.
Сэр Галлахер вновь напоминал вышедшего на прогулку в осенний английский лес пожилого и немного смешного аристократа. Только побледневшая кожа и остатки Тьмы в глазах показывали, что профессор совсем недавно прилагал максимальные психоэмоциональные усилия при плетении и заклинании конструктов. Одна темная стрела чего стоит.
Коротко глянув в возвращающиеся в нормальный вид глаза сэра Галлахера, я вытянул руку, заставляя материализоваться в ладони клинок кукри. Подбросил его и поймал обратным хватом, а потом перехватил нож обеими руками. Подмигнув английскому одержимому, я резко опустился коленом на шею умирающего демона-инфернала.
Чувство эйфории и бурлящая сила меня никак не отпускали — хотелось петь, танцевать и одновременно раскладывать врагов штабелями.
— Вы сказали, что это может быть опасно для меня? — уже понемногу различая свой голос, поинтересовался я, поочередно глянув в желтые глаза Василия, все еще придерживающего слабеющего лорда-демона, а после переведя взгляд на сэра Галлахера.
Ни профессор, ни демон мне ничего не ответили. И я снова заговорил, коленом еще сильнее вжав шею демона в песок.
— Когда эта тварь еще только под стол пешком ходила я, лорд Артур, убил великого лорда-повелителя Рагнароса, служившего древним богам. И вы хотите сказать, что эта грязь их-под ногтей может быть опасна для меня?!
По эмоциям английского профессора я понял, что он предельно поражен моими словами. Потому что понял — я не вру.
Параллельно, по своим эмоциям, я понял, что охватившая меня эйфория сейчас может оказаться явно лишней, мешающей принять взвешенное решение и откровенно вредной для здоровья. Да, я не соврал — действительно убивал смертоносного огненного лорда-повелителя Рагнароса. Только делал это, во-первых, не в одиночку, а в составе многочисленного рейда; в во-вторых, что, наверное, тоже немаловажно, происходило это в компьютерной онлайн-игре.
Еще остатками холодного разума на задворках сознания я осознал, что возможно сейчас совершаю серьезную ошибку. Но время назад уже было не отмотать — кукри опустился вниз, раскалывая череп агонизирующего лорда-повелителя демонического пламени.
Глава 11
Татьяна Николаевна всхлипнула. Пытаясь удержать непрошенные слезы, она глубоко вздохнула, ощущая как трепещет грудь. Выдохнув, она попыталась сглотнуть вставший в горле комок. Не получилось — шею словно висельной петлей перехватило, а мышцы просто отказывали повиноваться.
Открыв рот, глубоко и часто задышав, Татьяна Николаевна попробовала все же прийти в себя и вернуть контроль над собственным телом. Чуть погодя сглотнуть все же получилось, после чего по всему телу прошел морозный озноб, а плечи невольно передернуло. Пальцы начали ощутимо подрагивать, но руки, несмотря на сковывающий исподволь страх, все же слушались.