Северное Сияние (СИ)

Пока наблюдал за белоснежными, подсвеченными холодным синим сиянием постройками, пытался догадаться зачем она меня вызвала к себе. Директор же по-прежнему разглядывала пейзаж за окном, напряженно вглядываясь вглубь своих мыслей. Сам внимания к собственной персоне не привлекал. Марьяна Альбертовна даже несмотря на кукольную внешность — ясные глаза и смешные кудряшки, производила впечатление человека, с кем связываться не стоит.
Поэтому я дисциплинированно ожидал. Только теперь разглядывал красно-оранжевый флаг с гербом гимназии — орлом и солнцем, висящий над столом директора. Мне тоже есть не только о чем подумать, но и над чем поспать с открытыми глазами.
— Артур Сергеевич, — обернулась ко мне наконец хозяйка кабинета.
— Да, Марьяна Альбертовна, — встрепенулся я, переводя взгляд от раскинувшего крылья орла гимназии и возвращая собранность.
— Вы помните наш разговор в начале учебного года, состоявшийся в присутствии Валерия Георгиевича?
— Прекрасно помню, — просто ответил я.
Еще бы не помнить. Директор тогда устроила нам обоим довольно чувствительный разнос, потому что мы оба, став старостами своих классов, самоустранились не только от клубных, но и от общественно-полезных дел — сената, визитов вежливости в другие школы для обмена опытом и прочих знаковых мероприятий. Хотя на нас, как оказалось, директор имела весьма определенные виды. Но если Валера об этом знал и просто беззастенчиво-нагло соскочил, то я просто не был в курсе. И никакой вины за содеянное не чувствовал.
— Ситуацию, в которой оказалась гимназия с переездом, и перспективами еще более низкого падения нашего рейтинга представляете? — поинтересовалась Марьяна Альбертовна.
— Представляю, — кивнул я.
Я на самом деле хорошо представлял возникшую ситуацию и ее грядущие последствия. И более того, я сейчас хорошо понимал Марьяну Альбертовну и всей душой ей сочувствовал. Потому что меньше чем за месяц перевести и наладить образовательные процессы в заведении ее уровня это само по себе непростая задача. Но суматошный переезд с насиженного места был самой малой причиной для головной боли Марьяны Альбертовны.
Вопрос грядущих перспектив рейтинга обсуждался среди гимназистов ни раз и не два, тем более среди своих. Гимназия Витгефта, о чем свободно говорила сама директор, и так была бессменным обитателем подвала рейтинга императорских образовательных учреждений. Впрочем, особого урона репутации ни учебному заведению, ни репутации учеников это не шло — из-за многолетней и кропотливой работы, проделанной Марьяной Альбертовной на прежнем месте.
В гимназии Витгефта учили управлять тремя базовыми стихиями — Огнем, Воздухом и Водой. Кроме того, в гимназии присутствовала знаменитая на всю Конфедерацию кафедра целителей, а рекомендация «целитель от Витгефта» открывала самые разные двери в жизнь выпускникам гимназии. Именно кафедру целителей Марьяна Альбертовна холила и лелеяла долгие годы, вкладывая в ее развитие большую часть наличных ресурсов.
Все целительницы, обучающиеся в гимназии в Елисаветграде, отличались зеленым магическим сиянием глаз. Для лечения они использовали природную силу на основе стихии Воды, и пышущий жизнью южный регион для обучения подходил как нельзя лучше. Но это было на пышущим теплом и жизнью Юге, а мы сейчас оказались на Севере. Там, где природным целительницам не только учиться, но и работать применяя свою силу некомфортно. Так что вся кафедра целителей в полном составе была переведена в Белгород, в императорскую школу «Белогорье».
Здесь же, на севере России, потребность Северной Флотилии и Арктических бригад Русской императорской армии в одаренных обеспечивали школы, расположенные по большей части близко к полярному кругу. Специфика действий на севере — Арктику здесь делили гораздо более активно, чем в моем мире, предполагала комплектование частей боевыми магами из адептов Огня и Воды (в основном Льда). Целители же работали не с силами живой природы, а с астральным планом. Мистики, как их называли — именно эту школу магии отличало фиолетовое сияние глаз, с которым я впервые столкнулся, увидев Ольгу.
По итогу в Архангельск гимназия переехала без своих сильнейших учеников, все согласованные планы обучения полетели в тартарары, а состав обучающихся «приятным» бонусом был дополнен отщепенцами из Авроры, для которых у Марьяны Альбертовны еще и не было в наличии профильных профессионалов преподавательского состава. Просто замечательная ситуация: сразу даже не определишься, какие дыры латать — хозяйственные, или грядущие репутационные, потому что соревновательное значение рейтинга учебных заведений никто не отменял.
— Артур Сергеевич, как вы относитесь к тому, чтобы сложить с себя полномочия старосты класса и поучаствовать в общественной жизни гимназии? — поймав мой взгляд, поинтересовалась директор.
— Отрицательно отношусь, Марьяна Альбертовна, — после секундной паузы ответил я.
Мог, конечно, задвинуть минутную тираду ни о чем на чиновничьем языке, но делать этого не стал. Директор далеко непроста, обидеться может. Но и соскакивать с синекуры желания у меня никакого нет, и так света белого не вижу. И не потому, что темнеет в четыре часа вечера, а потому что дел навалом. Еще и идея со сноубордом столь привлекательная…
— Еще бы не относиться отрицательно, Артур Сергеевич. Учитывая, что все обязанности за вас выполняет Надежда Геннадиевна, — покачала головой директор.
В ответ я только плечами пожал. Спорить смысла нет — ясноглазая Наденька, которая была старостой в прошлом году, оказалась для меня просто незаменимой находкой. Она, будучи лишена персональной ответственности, которую на себя взял я вместе с должностью, просто преобразилась — ушло ненужное стеснение, и пришел бронебойный энтузиазм. Вот что значит подходящие условия для работы — из Наденьки получился бы просто идеальный исполнительный директор, ответственный за организационную и операционную деятельность.
Так что за минувшие полтора месяца, пока весь преподавательский и ученический (по типу сената гимназии) состав носился как угорелый, затыкая многочисленные дыры, я избавился от головной боли самых минимальных обязанностей. Обязанностей, которые даже у обычного гимназиста занимали время до вечера. И в результате этого смог максимально сконцентрироваться на тренировках и личных делах.
— Мы усиленно готовимся к турниру, вы же знаете, — нарушил я осторожно повисшую паузу. — И задачи одерживать победы, добравшись до золотой сетки, с нас никто не снимал.
— Знаю, — кивнула Марьяна Альбертовна. — Но все же рискну попросить вашей помощи.
Оу. Не нравится мне это — с козырей зашла.
— Всегда рад вам помочь… если это будет в моих силах, — осторожно произнес я.
Марьяна Альбертовна, которая судя по всему видела меня насквозь, только усмехнулась.
— У меня к вам будет непростая и весьма деликатная просьба.
— Весь внимание.
— В грядущем турнире, выполняя наши предыдущие договоренности, вам необходимо не только отобраться в золотую сетку.
— Но и…
Марьяна Альбертовна отвечать не стала. Вместо этого она вызвала свое управленческое интерактивное меню и легким нажатием активировала воспроизведение — на сайте, как я успел заметить, «Мессалина» — закрытого видеохостинга для узких кругов.
Возникшая на полкабинета трехмерная проекция (практически неотличимая от реальности) показала нам помещение со школьными партами, где находилась затянутая в черный блестящий латекс дама, двое вооруженных охранников в броне корпоратов и пара подростков — парень и девушка. Оба в синей школьной форме, у юноши яркий красный галстук, у девушки такая же красная юбка.
С нескрываемым интересом я смотрел как светловолосый, худощавый и абсолютно незнакомый мне паренек с поникшими плечами встает из-за парты. С откровенно жалким видом он направился по проходу между партами. Его спутница шла с другой стороны прохода, причем было видно, что руки подростков скованы длинной цепью, которую приходилось приподнимать. Вот как раз сейчас цепь зацепилась за парты, загремела мебель и скованный страхом парень, вызывающий жалость одним своим видом, едва не упал. Он принялся неуклюже и суматошно поправлять сдвинутую мебель. Стало заметно что его спутница, глядя на суетливые движения напарника, также начинает поддаваться панике.