Северное Сияние (СИ)

Ну да, без спроса выкачать столько данных — это откровенная наглость. Если ты, конечно, не варвар из британской Калифорнии, который может похлопать глазами и поинтересоваться «А чего такова?». Но делать я так конечно же не стал, решив все объяснить.
— У меня есть подозрения, что Максимилиан фон Колер причастен к организации покушения на мою жизнь, в результате которого я первый раз оказался у вас в усадьбе… проездом, — пояснил я, глядя в глаза с оранжевым магическим отсветом. — И я достал всю информацию с систем слежения, касающуюся его.
— Ко второму посещению профессор, значит, не причастен? — холодно поинтересовалась княгиня.
— Этого не знаю, — покачал я головой. — Но вряд ли.
Кивнув, Анна Николаевна потеряла ко мне всякий интерес и прошлась вдоль стены. Словно так и было задумано, и она — вольная в поступках в своем доме, вдруг решила полюбоваться собранной ее мужем коллекцией оружия.
Странная ситуация. Вроде усадьба ее, я здесь проездом, а она словно гость в этом кабинете. И оба мы друг к другу с таким видом, словно «сидите-сидите, вы мне не мешаете». Впрочем, от княгини я быстро отвлекся, когда Элимелех подал голос.
— Аудиенция у графа Безбородко подтверждена, рейс в Киев через пятьдесят шесть минут, — сообщил мне танцор. — Зеленый коридор, прямо к трапу. Машина прибудет к воротам усадьбы через двадцать три минуты.
Как бы меня на утилизацию эта машина не отвезла, с графа станется. С другой стороны, я сейчас как в каноничный «Сапер» играю — когда без возможности расчета опасности необходимо выбрать клетку для того, чтобы сделать очередной шаг. И оставаться на месте нельзя, время ведь тикает.
С такими тяжелыми мыслями я наблюдал за Анной Николаевной, которая неторопливо двигалась вдоль стены с оружием. Каких-то экземпляров она касалась рукой, какие-то просто долго разглядывала. Причем делала она это так, словно встречалась со старыми знакомцами — словно бы хорошо знала все предметы коллекции.
Я в этот момент почувствовал неправильность картинки, и сконцентрировавшись, присмотрелся к княгине. Нет, не в ней неправильность. Кивком попрощавшись с Элимелехом, я вырубил связь и поднялся.
Анна Николаевна наконец обратила на меня внимание. И тут же заметила, что смотрю не на нее. Я же сделал несколько шагов и оказавшись у стены, дотронулся рукой до наградного кортика с орденской лентой, который расположился между кавалерийской шашкой и парой индийских катаров с широкими лезвиями и богато украшенными странно-непривычными рукоятями.
Княгиня пристально смотрела, как я коснулся ножен с дарственной гравировкой. Кортик, кстати, здесь находился словно бы на своем месте и отлично вписывался в композицию.
— Ваше сиятельство, недавно повесили? — поинтересовался я, вновь едва коснувшись черной кожи ножен.
— Этот кортик вручил Петру Алексеевичу великий князь Николай Николаевич за Мазари-Шарифскую операцию. С тех пор кортик здесь и висит, ни разу не будучи снятым.
Что-то в голосе княгини подсказало мне, что не все в порядке или с великим князем Николаем Николаевичем, или с Мазари-Шарифской операцией. Уточнять я не стал, конечно.
— Ясно, благодарю вас, — кивнул я.
Замечательно. Ни разу не будучи снятым, значит. Вот только прекрасно помню, что на этом самом месте висел клинок кукри, который я взял с собой, направляясь на инициацию.
Очень странные дела. Хотя, чему я удивляюсь — если в этот мир меня отправил Князь Тьмы Астерот, а Анастасии покровительствует сам Князь Света Люцифер?
— До свидания, ваше сиятельство, — посмотрел я на княгиню, бочком-бочком направляясь к двери.
— До свидания, Артур, — кивнула княгиня, едва мазнув по мне взглядом.
Времени у меня оставалось не так много, поэтому я без задержек направился в парк. И выйдя на широкое парадное крыльцо, первым делом приятно удивился комфортной, несмотря даже на столь ранний час погоде. Да, не Архангельск, здесь и в ноябре нормальная осень.
Пройдя по главной аллее вдоль расставшихся с листвой деревьев, обогнул фонтан у которого когда-то произошло эпичное столкновение с тварью из нижних миров. Постоял, оглядываясь по сторонам, и вскоре заметил вдали бегущую девичью фигурку. Даже спектр зрения менять не пришлось — княжна в белом, ее прекрасно в темноте видно.
Прикинув обычный маршрут Анастасии, срезал путь и встал у старой липы на краю дорожки. Девушки пока видно не было, но в утренней тишине я слышал, как равномерно похрустывает гравий под ее подошвами. Вскоре она показалась из-за поворота. Со стянутыми в тугой хвост на затылке волосами, в лазурных обтягивающих леггинсах и белоснежном топе она выглядела совершенно по-домашнему. И в то же время необычайно ярко среди голых деревьев и пожухлой листвы парка. Но и красива конечно же, не отнять — невольно оценил я приближающуюся девушку.
Заметив меня, княжна как на воздушную стену наткнулась, замедляя шаг. Надо же — еще меня не почувствовала, хотя я ее ментально давно уже ощущал. Видимо, голова мыслями занята настолько, что даже не смогла почувствовать моего присутствия рядом — понял я, глядя в удивленные ультрамариновые глаза княжны.
Видимо, знаковый разговор с мама́ — на ту же тему, что состоялся и со мной только что, у Анастасии произошел совсем недавно. Потому что эмоции свои скрыть она не смогла.
— Привет, — нарушая молчание, приветствовал я княжну.
— Привет, — негромко ответила она, подходя ближе.
Странная ситуация.
Начинать разговор было не с чего. Нет, я конечно умею заполнить любую тишину вереницей размытых формулировок ни о чем и обо всем сразу, но сейчас это будет совершенно не к месту.
Излишним стеснением также не страдаю, вот только и лаконичные конкретные вопросы по делу сейчас могут сильно обидеть девушку. Хорошо это чувствую: после того как поднял с пола то злополучное полотенце, наши доверительные отношения и так на волоске висят. С другой стороны, не поднял бы я его, все могло сейчас быть гораздо хуже.
— Рад тебя видеть, — произнес я после короткой паузы. — Спасибо за то, что спасла мне жизнь на малой арене.
Анастасия только грустно усмехнулась и махнула ладонью коротким жестом, будто бы показывая «ты мне — я тебе».
Кстати я, когда говорил, видел выходящий у себя пар изо рта. У нее ничего подобного не было, да и в одном топике ей сейчас совершенно не холодно. Она, как одаренная и владеющая ледяным пламенем, в таком виде и на северном полюсе может бегать, ей комфортно будет.
— Анна Николаевна упомянула, что у тебя есть ко мне несколько вопросов.
— Да, — кивнула Анастасия. Оглянувшись по сторонам, она поставила над нами легкую завесу, отчего ее глаза полыхнули магическим отсветом. Но почти сразу вернулись в обычное состояние. А это значит, что источник у нее почти пуст, и энергии практически нет. Сливала в родовой алтарь? Вероятно, да.
— Помнишь в Петербурге ты мне рассказывал некоторые детали управления активами?
— А… ну да, помню.
— Мне нужен твой совет.
Коротко оглянувшись по сторонам, я вопросительно глянул на княжну. Она только плечами пожала, показывая что мол да, вот так. Непростые времена требует непростых решений.
— Всегда к твоим услугам. Только сейчас у меня мало времени, через десять минут за мной уже прибудет машина.
— Анна Николаевна в ближайшее время передаст мне все полномочия, и я стану главой рода Юсуповых-Штейнберг, — произнесла Анастасия.
Неожиданностью услышанное не стало — к этому все шло. О перипетиях политической жизни получившего статус свободного города Елисаветграда я был не сильно в курсе, но примерно предполагал, что так и сложится. Потому что если Анна Николаевна действительно примеряет на себя роль королевы Юга, рассчитывая на победу в грядущем конфликте, то дела рода будут ее всерьез тормозить.
И теперь же стало понятно, почему Анастасия не почувствовала моего здесь присутствия — явно мысли княжны были заняты открывшимися перспективами.
— О чем ты хочешь попросить совета?