Беременна поневоле (СИ)

— Этого. Чего этого? Ребёнка? Или девку на трезвую голову трахнуть?
Заметив, что мои кулаки сжались сами по себе, Ваня стёр с лица ухмылку.
Подошёл и внезапно обнял за плечи одной рукой. Шутя почесал костяшки второй руки о мою скулу:
— Я переживаю за тебя, мелкий. Ты вроде был нормальным, а потом как с цепи сорвался. Сколько раз я за тебя выгребал за последний год? Кутежи и твои громкие ссоры у меня уже поперёк горла стояли. 
Я посмотрел на брата. Кажется, сейчас он говорил честно. Потом хлопнул по плечу и отошёл, повторив:
— Я просто беспокоюсь. Тебе бы отдохнуть и перемолоть потерю, что ли, а потом уже думать, как быть дальше.
— Знаешь, Вань, оказывается, перемалывать нечего. Я только недавно это понял…
Ваня посмотрел на меня, словно хотел что-то сказать, но потом махнул рукой:
— Я наговорил лишнего. Не со зла. Поступай, как знаешь.
Старший брат подошёл к столу и щедрой рукой плеснул спиртного в две рюмки. Протянул одну из них мне.
— Вань, я спиртного на год вперёд нажрался. Не буду.
— Даже за перемирие? — прищурился брат. — Ты же не за рулём. Приехал с водителем.
— Не за рулём, — согласился я. — Но пить всё равно не буду.
Короткий разговор с братом вымотал меня.
Я внезапно почувствовал, что мне не хватает определённости, чистоты и морозного воздуха.
Не хватает контраста и чётких линий. Не люблю грязные полутона, но временно увяз в них с головой. А сейчас пытаюсь выбраться. 
— Спасибо за ужин, Вань. Мы поедем к себе.
Ваня изумлённо воздел брови при слове «мы», но не стал возражать.
— Хорошо. Дети удивятся, что ты уезжаешь так рано.
— В следующий раз возьму их с собой на весь день. Если разрешишь, — усмехнулся брату.
— Разрешаю. 
— Тогда до скорого?
— Да, созвонимся. И давай в следующий раз нормально посидим, по-семейному, без лишних склок и обид? — попросил Ваня. 
Я согласился, хлопнул брата по плечу на прощание. Ваня опрокинул в себя и вторую стопку, выпитую за меня.
Брат предложил мне выпить. Недавно это было таким привычным — сжечь алкоголем лишние, неудобные мысли и гнать без тормозов и страхов. 
Смазать немного тревогу, поселившуюся внутри, было бы проще всего именно так — крепким градусом алкоголя. Раньше я именно так бы и сделал.
Но сейчас рядом со мной есть Алёна и показываться ей выпившим — не самая хорошая идея. Она меня всё ещё остерегается и относится настороженно.
Надеюсь, это можно исправить…
  
25. Арсений
 
Я вернулся в гостиную. Алёна, чтобы не беседовать с Оксаной, переместилась к детям и заняла моё место на ковре. 
На мгновение я застыл, любуясь Алёной со спины.
Атласное тёмно-синее платье на белом ковре смотрелось как чернильное море, разлитое небрежной рукой. Светлые волосы девушки рассыпались по открытым, худым плечам. 
Ни грамма показушности. Мила хрен бы села на пол в таком платье, боясь наделать лишних складок на безупречной, дорогой ткани. 
Не знаю, зачем в моей голове ведётся постоянный счёт, в котором Алёна выигрывает. Я же не собираюсь сравнивать девушек и присуждать победу, верно?
Но это получалось само собой. Передо мной словно впервые открылось окно в другой мир, и я восторженно понимал, что там всё иначе. Ново, незнакомо, маняще… Но пока нет места для меня. А вот это уже обидно.
— Алён?
Девушка обернулась с улыбкой на лице, ещё цветущей от игры с малышнёй.
— Если устала, можем поехать домой, — предложил я, заметив облегчение в глазах девушки.
Ей было неприятно находиться в доме моего брата.
— Не устала! — хором возразили дети. — Дя, ну ты чего?
— Ничего, просто у Алёны был долгий и трудный день. Но в следующий раз мы заберём вас у родителей. На выходные.
— На целый день? — начала торговаться Наташка. 
— Да, на целый день, — согласился я.
— Алёна тоже будет? — уточнил Димка.
— Спроси у неё сам, — выкрутился я.
— Ты же будешь с дядей Сеней? — перебивла брата Наташка.
Алёна сначала бросила в мою сторону взгляд исподтишка, полный досады, но потом неожиданно согласилась, сказав с лёгким смехом:
— Если дядя Сеня будет не слишком сильно занят и позовёт меня с собой…
— Позовёт, конечно! — решили дети.
Я попрощался с домочадцами, удостоился на прощание пронзительного взгляда Оксаны. У неё вечно находился повод для недовольства. Даже неинтересно, чем я не угодил ей на этот раз. Плевать.
Я был рад тому, что ужин закончился на более-менее позитивной ноте для Алёны. Следовал за ней на некотором отдалении, наблюдая, как девушка подтягивала воротник пуховика повыше.
На платье она согласилась, но пуховик упрямо оставила свой. Выкинуть к чёрту это дешёвое дерьмо. Заказанные вещи должны привезти уже завтра. Я планировал одеть Алёну в соответствии с тем, как должна выглядеть красавица вроде неё.
Придержал дверь и привычно протянул ладонь, помогая усесться в автомобиль. На этот раз Алёна не стала упрямиться и корчить из себя мисс самостоятельность. Она одарила меня коротким взглядом и отвернулась, пряча улыбку. 
— В чём дело?
— Ни в чём, дядя Сеня, — ответила Алёна и на этот раз ей уже не удалось сдержать смех. Звонкий и переливчатый.
Она смеялась над нелепым прозвищем «дядя Сеня». Ладно, по хрен, пусть потешается надо мной, лишь бы смеялась, а не плакала.
* * *
— Домой? — поинтересовался водитель.
— Да…
Пока мы были в гостях у Вани, уже окончательно стемнело.
Город засиял приветливой иллюминацией всюду, где только можно. Сверкающая вереница огней змеёй ползёт по автомобильной дороге.
Внезапно для себя я попросил водителя притормозить.
Захотелось побыть немного на холодном воздухе. Просвежиться. Хотя бы для того, чтобы не смотреть голодным волком на девушку, сторонящуюся меня.
— Скоро вернусь. Подожди…
Не думал, что Алёне будет интересно, куда я свалил. Наверное, она втайне мечтала, чтобы я поскользнулся и свернул себе шею.
Прошло несколько долгих минут бесцельных брожений и кручений модного телефона между пальцев — просто так, чтобы заполнить пустоту.
Недавно меня глодало какое-то неизвестное чувство, а после краткого побега оказалось, что ничего не изменилось.
Я по-прежнему не был уверен, правильно ли я поступаю с Алёной.
Чёрт… Как всё запутано.
Может, проще отпустить и не давить дальше? Ей же неприятно даже сидеть рядом со мной. А меня то и дело сам дьявол подталкивал дотронуться до девушки хотя бы кончиками пальцев.
Лёгкие шаги. С удивлением заметил Алёну, движущуюся ко мне.
— У тебя проблемы с братом из-за меня? — прямо спросила она.
Я откинулся на спинку скамейки, смотря на неё снизу вверх. 
— Ты наблюдательная.  Но проблемы не из-за тебя. Это наши давние тёрки и разные взгляды на то, как вести семейный бизнес. 
Алёна кивнула, но потом усмехается:
— Днём ты рассуждал о доверии. Но сейчас не договариваешь. О каком доверии может идти речь?
Я был сильно удивлён её словами. Протянул руку ладонью вверх.
— О таком? Ванька недоволен, да. Считает, что лучше дать тебе денег и забыть. О, и ребёнком он тоже недоволен. Напирает, что ребёнок может оказаться не моим.
— Ты, похоже, такой вариант даже не рассматривал?
Руки Алёны спокойно покоились в карманах пуховика. Она проигнорировала мою протянутую ладонь.
— Не рассматривал, — признался я. — Я просто знаю, что после того, что было, ты не поскакала бы подкладываться под кого-то ещё. 
— Может быть, я просто хотела, ммм… нивелировать неприятные впечатления после насилия? 
Зараза! Она осторожно прощупывала границы моего терпения. Но сейчас я вёл себя, словно йог, освоивший ширшасану.
— Пугливая Бабочка умеет шутить?
— Ты не ответил. Иван предложил мне денег. Даже если бы ты хотел извиниться от своего имени, тебе проще было сделать то же самое. Заплатить и забыть.