Алек (ЛП)

Я выплюнула ее имя и отвернулась, когда мои глаза наполнились слезами.
— Кила, — прошептал Алек.
Я покачала головой.
— Я не ревную из-за того, что моя мать предпочитает общаться с ней, а не со мной. Меня это просто очень злит. Я имею в виду, я ее дочь, а она не хочет меня, никогда не хотела, — прошептала я, быстро вытерев глаза. — Прости, я веду себя глупо.
— Перестань. Если ты так чувствуешь, то это не глупо. Я бы разозлился, если бы моя мать любила одного из моих братьев больше, чем меня, но, как и твоя, моя мать любила вещи, которые покупала, а не детей, которых она создала.
Я моргнула и повернулась к Алеку, который лежал на боку, наблюдая за мной.
— Твоя ма не любила?
Он безрадостно рассмеялся.
— Она любила, только не меня и не моих братьев.
Я снова моргнула, потрясенная тем, что кто-то, кто так отличается от меня, поделился со мной чем-то таким личным.
— А твой па?
Алек пожал плечами.
— Думаю, можно сказать, что мой отец не любил нас в традиционном смысле слова, но он показывал нам свою привязанность, держа поблизости. Моя мать игнорировала нас и, скорее всего, отдала бы всех на усыновление, если бы мой отец не нуждался в сыновьях для своего бизнеса.
Я нахмурилась.
— Ранее ты уже упоминал о бизнесе. Что за бизнес?
Он долго смотрел на меня, прежде чем ответил:
— Не хочу тебе говорить, ты будешь плохо думать обо мне.
Я почувствовала, как мои плечи поникли.
— Алек, прости, я ненавижу, что ты так считаешь. Я не думаю и не буду думать о тебе плохо. Ты мне действительно нравишься.
— Я тебе нравлюсь? — улыбнулся он.
Я игриво толкнула его в плечо.
— Я бы не согласилась стать твоей девушкой, если бы ты мне не нравился, хотя бы немного.
Алек приблизился ко мне.
— Я тебе нравлюсь только за мой голос, глаза и задницу. Я помню тот разговор в самолете.
Я рассмеялась и перекатилась ближе к нему. Он улыбнулся и, повернувшись на спину, притянул меня к себе на грудь. Я ухмыльнулась, когда выпрямившись, уселась прямо на него.
— Мне нравится такой вид, — пробормотал он, переводя взгляд оттуда, где я сидела на нем, к моим глазам.
Я фыркнула.
— Потому что ты грязный извращенец.
— Ты любишь это во мне, — ответил Алек с горящим взглядом.
Я отвернулась от него.
— Прямо сейчас пятьдесят на пятьдесят.
— О, серьезно? — спросил он игривым тоном.
Я улыбнулась и взглянула на него.
— Даже не думай о том, о чем думаешь.
— Ты меня запутала.
Я засмеялась и наклонилась к нему, мое лицо оказалось в нескольких сантиметрах от его. Алек улыбнулся, но не пошевелился.
— Почему ты ничего не делаешь? — прошептала я.
Он пошевелил бровями.
— Я хочу, чтобы на этот раз ты поцеловала меня.
— Почему?
— Потому что это покажет мне, что я действительно нравлюсь тебе.
— Сильно нравишься? — спросила я, ухмыляясь.
Алек усмехнулся.
— Что-то вроде того.
Я еще немного опустила голову, пока мои губы практически не коснулись его губ.
— Кила, — прошептал он.
— Ммм?
— Поцелуй меня.
Я улыбнулась. — Зачем?
— Потому что мне сейчас же необходимо попробовать тебя.
Вся игривость исчезла, и прежде чем поняла, я прижалась губами к его губам и зарылась руками в его волосы, стараясь быть осторожной и не испортить его прекрасную шевелюру. Его руки прошлись по моей спине и сжали мой зад.
— Задница. Больно, — застонала я и попыталась углубить наш поцелуй, но Алек отодвинулся и посмотрел на меня.
— Ты назвала меня болью в заднице?
Я моргнула, отодвинулась и рассмеялась.
— Нет, ладно, да. Прямо сейчас ты причиняешь боль моей заднице сжимая ее, так что ты буквально боль в заднице. Ха!
Алек прищурился, прежде чем снова сжать меня. Я открыла рот, чтобы закричать, либо отругать его, но он использовал мой открытый рот в своих интересах, засовывая в него свой язык. Я застонала и позволила своим векам закрыться, ухватившись за его бицепсы.
— Если ты не планируешь объездить меня голой, перестань так тереться об меня, котенок, — произнес Алек, прерывая наш поцелуй и прислоняясь своей щекой к моей.
Мои глаза все еще были закрыты, а сердце вырывалось из груди.
— Я даже не понимала, что что-то делаю.
— Это эффект, который я оказываю на тебя.
Если бы мне когда-нибудь понадобилась фраза, отрезвляющая меня, это была бы она.
— Ты принимаешь таблетки для увеличения пениса? — спросила я с серьезным видом.
Его брови подскочили вверх.
— Что? Какого черта ты спрашиваешь меня об этом?
— Потому что твой член больше среднего.
Он рассмеялся и шлепнул меня по заднице, что заставило меня взвизгнуть.
— Ублюдок! — прорычала я.
Я попыталась ударить его или выцарапать ему глаза. Я не была уверена в том, что именно собиралась сделать, но это не имело значения, потому что Алек схватил меня за руки, помешав чему-либо произойти.
— Только не мое лицо! — прокричал он сквозь смех.
— Ты чертовски тщеславен!
Алек улыбнулся и поцеловал в губы.
Действительно поцеловал.
Я вцепилась и прикусила его нижнюю губу, что заставило его заскулить от боли, пока я через несколько секунд не отпустила.
— Это было необязательно!
— Ты переживешь, — сказала я и взъерошила его волосы, прежде чем слезть с него.
— Куда ты собралась?
— Свадьба через несколько дней, и после вчерашней встречи с Джейсоном я хочу увидеть всех остальных.
Алек повернулся, встал с кровати и потянулся.
— Будет ли кто-нибудь на этой свадьбе, кого ты с нетерпением хочешь увидеть?
Я улыбнулась.
— Дядя Брэндон, он брат моей ма, и он потрясающий.
Он улыбнулся.
— Мне нравится видеть тебя счастливой. Твой дядя много значит для тебя?
Я кивнула.
— Он значит для меня все. Благодаря ему, я ощущала себя нужной, в отличие от Мики и моей ма. Мама Мики была милой и хорошо ко мне относилась, но она умерла, когда мы были детьми. В отличие от Эверли — ее мачехи, которая вела себя со мной, как сука. Я никогда не рассказывала дяде о ней и ее стервозности, потому что его лицо всегда светится рядом с ней. Я не хотела создавать проблем, так как он был счастлив.
Алек нахмурился.
— Ты его племянница, я уверен, он хотел бы знать...
— Эверли не беспокоит меня уже много лет. Я с самого детства научилась с ней справляться, так что все в порядке.
Он покачал головой.
— Ты не должна ни с кем «справляться», Кила.
Я пожала плечами.
— Что есть, то есть.
Он подошел ко мне и взял меня за руки.
— Теперь все по-другому, к тебе будут относиться с уважением, я это гарантирую.
Я усмехнулась. — Что ты будешь делать? Бить всех, кто не будет милым со мной?
— Если придется, то да.
Я подняла брови. — Я никогда не считала тебя жестоким.
Алек убрал волосы с моего лица.
— Нет, эта черта досталась Доминику, Кейну и другим моим братьям, но, если ты беспокоишься, я могу сделать исключение.
— Спасибо?
Он засмеялся, потянувшись к моему красному сарафану, который висел на двери шкафа, и приложил его к моей груди. Затем повернул меня в сторону ванной и ударил по заднице.
— Иди готовься.
Я проклинала его, пока топала в ванную, слушая его смешки за спиной. Оказавшись в комнате, я сняла свою пижаму и очень быстро приняла душ, чтобы смыть с себя пот, прилипший к телу. После этого я вытерлась полотенцем и надела платье. Я застонала, когда поняла, что забыла бюстгальтер и нижнее белье.
— Алек? — позвала я.
— Что?
— Ты сделаешь мне одолжение?
— Потереть тебе спинку? Да!
Я засмеялась.
— Успокойся, извращенец. Мне нужно, чтобы ты принес мне трусики и лифчик из маленького ящика в шкафу.
— Конечно.
— Что-нибудь удобное! — прокричала я.
— Понял.
В ожидании я посмотрела на свои ногти, когда постучался Алек, я открыла дверь.