Девушка из тихого омута

– Покиньте помещение. Здесь будет допрос.
Лионелла поежилась, решив, что то же самое можно было сказать несколько мягче и пощадить ее нервы. О чем она тут же поведала следователю. На что тот насмешливо обронил:
– Мне бы ваши заботы… Садитесь! – Он указал на стул, а сам вышел из комнаты.
Минут через пять возвратился, швырнул на стол борсетку и какой-то пакет, достал бланк протокола и поднял глаза:
– Фамилия, имя, отчество.
– Лионелла Павловна Баландовская.
– Псевдоним?
– Нет, не совсем… С недавнего времени это мое настоящее имя.
– По какой причине сменили?
– Предполагаете, мне есть что скрывать? – язвительно поинтересовалась она.
Маленький и нахальный следователь вызывал у нее отторжение. Он был неубедительным и суетливым, как ребенок из неблагополучной семьи, которого поколачивает пьющий отчим. Непростой ассоциативный ряд сложился мгновенно, что только подтвердило его верность.
– Я не предполагаю. Я констатирую, – ответил следователь.
– Мне нечего сказать кроме того, что уже сказано.
– Так и запишем… – Лосев склонился над протоколом. По всему было видно, что писать он не любит. – Год рождения?
Лионелла назвала дату рождения, и следователь удивленно поднял глаза:
– Правда, что ли?
– Мне незачем врать. Тем более вы видели мои документы.
– Вы очень хорошо сохранились.
Услышав сомнительный комплимент, Лионелла покраснела от злости, но все же ответила на вопросы о роде занятий и месте проживания.
Наконец, она услышала главный вопрос:
– Что можете показать по факту?
– Показать?
– Ну хорошо – рассказать.
– По факту – чего?
– В общем, что видели, то и рассказывайте, – буркнул Лосев.
Лионелла снова уточнила:
– С какого времени?
– С утра.
– Утром я вышла из дома и встретила второго помощника режиссера Ивана Ивановича Пилютика. Он спросил про Надежду Ефимовну.
– Надежда Ефимовна – это кто?
– Ну как же… – Лионелла сделала большие глаза. – Покойная Бирюкова, народная артистка России. Мы же о ней сейчас говорим?
– Да-да, конечно. Забыл ее имя-отчество. Так что там Пилютик?
– Он спросил меня, проснулась ли Бирюкова. Видите ли, мы все вчера очень устали, и…
– Знаю эту вашу историю про генератор! Она не относится к делу. Давайте по существу: Пилютик спросил про Бирюкову – и?
– Я сказала, что стучала в ее дверь, но мне никто не ответил.
– Что было потом?
– Потом он сообщил, что сегодня съемок не будет. И я отправилась завтракать.
– С Пилютиком?
– Нет, без него.
– Почему?
– Он к тому времени уже позавтракал. И, вероятно, у него были другие дела.
– Кого еще встретили?
– В столовой? – уточнила Лионелла.
– Вы ведь туда пошли? Или нет?
– Послушайте… – Сдерживая гнев, Лионелла опустила глаза: – Я не понимаю, к чему вы клоните. Наш разговор…
– Допрос! – перебил ее Лосев.
– Что? – Она подняла глаза.
– Я – следователь. Вы – свидетель. Пока…
– Это угроза?
Лосев не ответил, а мрачно сказал:
– Не морочьте мне голову. Отвечайте на поставленные вопросы.
– А вы не спрашиваете, – медленно проговорила Лионелла. – Вы провоцируете меня.
– Умная сильно? – презрительно прищурился Лосев. – Теперь-то я вижу, если копнуть поглубже, много интересного обнаружится. Зачем вы ходили в лес?
– Мы не в лес ходили, а на озеро. – Теперь Лионелла была в смущении и будто оправдывалась.
– Под словом «мы» подразумеваете себя и артиста Стрешнева?
– Думаю, вам известно, что именно с ним мы обнаружили тело Бирюковой.
– Значит, вы со Стрешневым отправились в лес… – Лосев написал несколько строк в протоколе.
– На озеро, – уточнила Лионелла.
– Пошли на озеро, но почему-то оказались в лесу… – констатировал следователь. – Зачем вы его туда потащили?
– Прошу вас думать, прежде чем задавать такие вопросы, – высокомерно заметила Лионелла.
Глядя на нее, Лосев многозначительно улыбался:
– Про Стрешнева есть что сказать?
Она скорее почувствовала, чем поняла, о чем идет речь, и спросила:
– О нем или против него?
– А это как вам будет угодно.
– Нет. – Лионелла покачала головой. – Не дождетесь!
 
– Что это значит?
Лионелла поднялась со стула и направилась к двери.
– Гражданка Баландовская! – крикнул Лосев. – Стойте, или я…
Она обернулась и с вызовом спросила:
– Или что?
– Я задержу вас.
Лионелла запрокинула голову и зло рассмеялась:
– Он задержит меня! На каком основании, позвольте спросить?
– Вы жили с Бирюковой в соседних комнатах. Вчера около одиннадцати часов ночи, по свидетельству очевидцев, вы, Лионелла Павловна, покинули дом. И, надо же, какое совпадение, сегодня именно вы обнаружили тело Бирюковой в лесу.
– Я ходила к озеру! – громко сказала Лионелла.
– Далось вам это озеро! И кто это может подтвердить? Гнилая отмазка!
У Лионеллы кончилось терпение, она распахнула дверь, чтобы выйти из комнаты.
– Сейчас же звоню мужу! Ни слова больше без адвоката!
– Ой-ой-ой! – усмехнулся Лосев. – До боли знакомое заявление. Звоните хоть черту. Хоть дьяволу звоните. Вам не отвертеться. Артистка!
Лионелла вышла в коридор, но тут же резко отпрянула. В полуметре от нее клацнула зубами оскаленная морда собаки. Овчарку тут же оттащил кинолог, а Лионелла буквально ввалилась обратно в комнату Бирюковой.
– Что такое?! – Лосев стремглав выскочил в коридор.
– Простите, товарищ следователь! – Кинолог едва сдерживал собаку. – Акбар словно с цепи сорвался.
Служебный пес лаял и рвался в комнату Бирюковой.
– Тихо… Тихо… – шептала Лионелла, пятясь от дверей.
– Постой-ка! – Лосев вернулся в комнату, взял со стола пакет, открыл его и дал понюхать собаке.
Ткнувшись носом в пакет, пес остервенело ринулся к Лионелле.
– Да что же это?! – крикнул кинолог. – Фу, Акбар! Фу!
– Ждите здесь! – Лосев зашагал по коридору в сторону комнаты Лионеллы. Через минуту вернулся с перчаткой, достал из пакета такую же и сунул в лицо Лионелле. – Ваша?
Чтобы рассмотреть ее, Лионелле пришлось свести глаза к переносице.
– Ваша?! – требовательно повторил Лосев.
Но она молчала.
– Можете не отвечать, – осклабился следователь. – Я только что нашел ее пару в кармане вашего пальто. Второй там не было. Вторую вы обронили в лесу, когда убивали Бирюкову.
 
Глава 5. Третье лицо
 
Из комнаты Бирюковой открывался прекрасный вид на озеро. Глядя на него через плечо Лосева, Лионелла видела большую темную точку, которая росла на глазах и скоро превратилась в катер. Через несколько минут катер причалил к пирсу, матрос скинул трап, на берег сошли двое мужчин. В одном из них Лионелла узнала Комиссарова. Он стал поднимался в гору к пансионату. За режиссером шел второй мужчина, сошедший на берег.
Перехватив ее взгляд, Лосев обернулся:
– Кто там?
– Наш режиссер, – сказала Лионелла. – Виктор Комиссаров.
– Свалились на нашу голову! Народные режиссеры! Не сидится вам в вашей Москве.
– Москва – не только наша. Москва – столица России.
– Поговорите мне тут!
– Посадите? – устало спросила она.
– По мне, так лучше сразу посадить. Так ведь не дадут. Ясное дело.
Лионелла улыбнулась:
– Уверена, что не все полицейские такие, как вы.
– Я – следователь, – напомнил ей Лосев.
В комнату вошел Комиссаров, за его спиной маячил Пилютик и еще один человек, похожий на жабу-альбиноса.
– Как это случилось?! – выкрикнул режиссер и вперился взглядом в Лосева.
– Фамилия? – спросил у него следователь, не поднимая глаз от бумаг.
– Комиссаров!
– Я вас вызывал?
– Нет!
– Ждите в коридоре.
– Сколько ждать?
– Приглашу, когда посчитаю нужным.
 
– Подожди-ка. – Невысокий человек с жабьим лицом отстранил Комиссарова и, оперевшись на стол, склонился над Лосевым: