Отряд особо опасных горничных на защите юного господина (СИ)

Обернувшись к дворецкому, Аларис спросил:
— Где все члены семьи?
Мужчина, быстро закрывший дверцу кареты, тут же поклонился. Не поднимая головы, он ответил:
— К сожалению, сейчас все обитатели поместья очень заняты. Как и вы, они вернулись из столицы не так давно.
Аларис молчал. Он понимал, что его семья, возможно, действительно была занята, однако у него сложилось какое-то неприятное ощущение из-за того, что никто не нашел даже минуты на то, чтобы встретить его.
«Что ж, — подумал Аларис, тяжело вздыхая, — будем считать это попыткой демонстрации их отношения ко мне. Не стоит зацикливаться над этим. Просто приду, поговорю и уйду». 
— Сейчас время обеда, — вновь заговорил дворецкий. — Не хотели бы вы поесть?
— Да, конечно.
Аларис натянуто улыбнулся, стараясь отвлечься от собственных мыслей. Вновь развернувшись лицом к особняку, он направился внутрь него.
«Вынужден признаться, я слегка разочарован». 
*** 
Ланей стояла на втором этаже особняка. Смотря через окно на главные ворота, ведущие к зданию, женщина внимательно рассматривала прибывшую карету. Аларис вместе с дворецким уже вошли в особняк и должны были направляться в столовую.
— Матушка, — прозвучал голос неподалеку. Высокий молодой парень с длинными черными волосами, стянутыми в хвост на затылке, посмотрел на свою мать. — Я уже могу поговорить с ним?
— Нет, — произнесла Ланей, отворачиваясь от окна и поворачиваясь лицом к сыну. В отличие от всех остальных ее сыновей Сириус был дома намного чаще. Его вытянутое лицо, во многом похожее на лицо герцога Хилдефонса, как всегда, вызывало улыбку. — Ты же знаешь, что твой отец этого не разрешил.
Сириус вздохнул. Иронично улыбнувшись, он приложил руку к своему лбу и на мгновение прикрыл глаза.
— Это вы называете воспитательными мерами?
— Нет ничего страшнее равнодушия, — ответила Ланей. Развернувшись, женщина направилась куда-то вперед по коридору. Сириус покорно пошел следом. — Для Алариса, привыкшего читать чужие эмоции, все так и есть. Главное чтобы слуги не раскрыли нас.
— Поэтому мы и минимизировали их присутствие, — прозвучал неожиданно голос за спиной. Резко остановившись, Ланей и Сириус обернулись. Килан Хилдефонс собственной персоной решительно и гордо шествовал по коридору. Подойдя к своей жене, он остановился и многозначительно посмотрел на нее.
— Дорогой! — с невероятной радостью произнесла Ланей.
— Прекратите его караулить, — голос Килана прозвучал строго. Слегка сощурившись, он перевел свой взгляд с жены на второго сына. Сириус в ответ лишь пожал плечами. — Он должен страдать до завтра.
Сириус довольно улыбнулся. Посмотрев на мать, улыбавшуюся также, он ответил:
— Уверен, что Аларис хотел уехать от нас пораньше.
— Поэтому мы сделать этого ему и не позволим. — Килан с важностью приподнял голову. За эти три года его лицо практически не изменилось. Можно было сказать, что лишь блеск в его глазах от чего-то стал ярче. — Достаточно нагулялся.
Сделав один шаг вперед, Килан заставил Ланей и Сириуса расступиться. В то же время Сириус произнес:
— Отец, он вообще-то уже граф.
— Сначала он мой сын, — Килан резко остановился, поворачивая голову к Сириусу, — затем молодой юноша, и только после этого граф.
Не став дожидаться ответа, мужчина направился вперед. Сириус и Ланей остались наедине.
— Мне даже жаль Алариса, — произнес парень. — Он ведь совершенно не понимает, что происходит.
— Милый, — повернув голову к Сириусу, Ланей с надеждой и заботой посмотрела на него, — лучше сходи к старшему брату. Поговори с ним.
Лицо Сириуса исказилось. Улыбка пропала с его губ, а сам он стал серьезнее.
— Матушка, вы же знаете, что после того, как он вернулся с войны…
— Да, — перебила Ланей, — в отличие от Алариса он воспринял все это тяжело.
Сириус отрицательно покачал головой. Брови его сомкнулись домиком, а голос стал тише:
— Не только это. Думаю, успех Алариса еще больше давит на него.
Ланей вздохнула. Приложив ладонь к щеке, женщина непонимающе произнесла:
— А в детстве они ведь так ладили. Что произошло дальше?
— Взросление, становление личностями, возникновение споров на имущественной почве. — Посмотрев на мать, Сириус усмехнулся. — Иронично, неправда ли?
*** 
Аларис сидел в кресле, обшитом красивой бежевой тканью с цветочными узорами. Смотря куда-то вперед, он видел длинную стену, вдоль который стояла высокая тумба и шкаф. На стене висела картина, изображавшая хвойный лес, который окружал особняк.
— Это на них не похоже… — произнес парень задумчиво. — Я намеренно не пошел в комнату и остался в главном зале, но за все это время никто не навестил меня. — Склонив голову, Аларис подпер ее рукой. Он сощурился. — Все члены семьи определенно здесь, но никто не хочет встретиться со мной. Я не могу уехать, так и не поговорив с ними.
Взгляд Алариса переместился к окну, скрытому под бежевыми занавесками. Задумчиво промычав, парень вновь заговорил:
— Вайлет, Шафл и Хайроллер прибудут только завтра. Сегодня, в отличие от меня, у них выходной. И что мне делать в таком случае?
Ответом вновь послужила тишина. В комнате, опустошенной от посторонних глаз, Аларис ответа даже не ожидал. Однако он знал, что был здесь не один.
— Вы можете выйти, — произнес парень, не выдержав тишины, — я хочу поговорить.
Неожиданно в комнате появилось движение. Раш, прятавшаяся в шкафу, приоткрыла дверцу и быстро вышла из него. В то же время Стей, скрывавшаяся в камине, который был расположен слева от Алариса, быстро выбралась из дымоходной трубы, а Респин, лежавшая под тумбой, плавно, вращающимися движениями выкатилась из-под нее.
Выбравшись из своих укрытий, девушки быстро собрались вместе и выпрямились, словно по команде. Аларис устало махнул рукой.
— После вашего поджога сокровищницы нашей империи это впервые, когда мы видимся напрямую, да?
Ничего не отвечая, девушки быстро отвели взгляды. Кто-то посмотрел в потолок, кто-то в окно, а кто-то и вовсе закрыл глаза. Аларис, осознававший причину, этого, улыбнулся.
— Ладно. Спасибо на том, что не оставили после себя улик.
— Пожалуйста, — хором ответили девушки, вновь возвращая взгляды к господину.
— Мне нужно знать, — заговорил Аларис, — где находятся сейчас члены моей семьи и чем они занимаются.
— Герцог сейчас работает в своем кабинете, — уверенно произнесла Раш.
— Ваши старшие братья, — продолжила девушка-дракон Стей, — заперлись в одной из гостевых комнат и сейчас что-то бурно обсуждают.
— А матушка? — удивленно спросил Аларис.
— Герцогиня сейчас находится в своей спальне и вышивает.
Брови Алариса в изумлении приподнялись. Задумавшись над этим, он приложил руку к своему подбородку и медленно потер его.
Горничные, сразу заметившие эту реакцию, переглянулись. Вопрос решилась задать Стей:
— Есть какие-то проблемы?
— Она не умеет и ненавидит шить.
От осознания собственных слов Аларис улыбнулся. Приподняв голову, он радостно посмотрел на горничных. Ланей была не самой покорной женщиной. На публике она пыталась сохранять вид верности и понимания, но в тайне регулировала все, что происходило между членами семьи. Если ей что-то не нравилось, она пыталась это исправить, и, как правило, никто не узнавал об этом, если она сама того не хотела.
— Интересно, и что же они задумали?
*** 
Сириус стоял посредине комнаты, задумчивым взором осматривая ее состояние. На полу валялись пустые бутылки от алкоголя, сброшенные с чайного столика бокалы и даже бедная ваза с цветами. В центре всей этой картины, на мягком диванчике для отдыха, сидел молодой юноша на вид примерно девятнадцати лет. Сложив ноги на диване, забросив руку на мягкую спинку и устало откинувшись на подлокотник, этот парень распивал одну из последних оставшихся бутылок с алкоголем. Судя по грозному лицу, весьма похожему на лицо герцога Хилдефонса, этот парень, а именно Дэниэл Хилдефонс, пребывал не в лучшем духе.