Сказки темного города. Соната

– Госпожа согласилась поговорить с тобой, – услышала голос вошедшего в келью стражника. – Думаю тебе не надо объяснять, что будет, если ты хоть пальцем тронешь ее.
– Марк, ты меня знаешь, – последовал спокойный ответ, произнесенный бархатным голосом.
– Да знаю, знаю, – пробурчал тот. – Но напомнить не мешает о том, кого ты сейчас увидишь и что, если даже хоть волосок слетит с головы наследницы нашего хозяина, вас всех перережут здесь, как скот.
– Я понял, – снова тот же приятный мягкий голос и меня почему-то отпустил страх.
– Проходите, мадмуазель, – проговорил стражник, выходя из кельи. – Не бойтесь, я буду за дверью.
Ничего не ответив, я вошла внутрь наполовину затемненного помещения, освещаемого лишь горящей свечой, стоящей на дубовом столе. Подняв голову, встретилась с взглядом серых глаз смотревшего на меня вервольфа. Высокий мужчина с темно-пепельными волосами, собранными сзади в недлинный хвост, был на порядок выше меня, и я почувствовала себя тростинкой, которую он может сломать в два счета, если захочет. Сильное натренированное тело скрывали укороченные штаны и льняная рубаха, расшнурованные завязки выреза которой открывали взор к могучей груди мужчины. Легкая щетина на точеных скулах, строгий изгиб губ, четкая линия широких темных бровей над платиновыми глазами и…татуировка по центру меж ключицами. Голова со змеями! Я даже глаза прикрыла, осознав, кого будет касаться этот разговор. Клан Горгоны. Все-таки был их представитель среди бойцов отца.
– Меня зовут Радан, клан Горгоны, – представился мужчина. – Я благодарен, что вы не отказались поговорить со мной.
– Амаль Алистер, – я по привычке протянула мужчине руку для поцелуя.
Вервольф повел бровью.
– При других обстоятельствах я был бы рад оказать вам такой знак внимания, как поцелуй вашей руки, но боюсь, что сейчас, едва я только коснусь ваших пальцев, он меня прирежет, – легкая улыбка тронула его губы, когда он кивнул на стражника, который с предостережением вытащил клинок из ножен.
– Простите, это было глупо с моей стороны, – отдернув руку проговорила я. – О чем будет разговор? – задала вопрос, пристально рассматривая татуировку.
– Знаю, что к вам в услужение сегодня утром привезли девушку из моего клана. Идрис. Мог бы я ее увидеть? Всего на пару минут, не более.
Услышав это, я едва не застонала. Поразмыслив, спросила у мужчины:
– А кем она вам приходится?
Мужчина нахмурил брови, явно не желая вдаваться в подробности, поскольку любая информация была чревата неприятностями, ведь меня-то он толком не знал. Но затем проговорил нехотя:
– Она сестра моего лучшего друга. Когда началась война, ее брат погиб. Я в то время находился при нем. Когда же попал в плен, то весть об этом пришла в мою семью и Идрис, она…в общем, я думаю, что она не просто так сюда попала. Ее семья достаточно могущественная и она могла узнать, где я нахожусь, поскольку я точно знаю, что за меня вашему отцу предлагали огромный выкуп. Это не могли быть мои родители, у них таких денег нет. Только отец Идрис. Значит девчонка знала, где меня искать. Поэтому она именно в вашем доме.
– Подождите, но она мне рассказала совсем другую историю, – нахмурила я брови.
– Она всегда была сказочницей, – усмехнулся мужчина. – Может так оно и было на самом деле, а может она сумела договориться с наемниками, чтобы они привезли ее именно сюда и продали вашему отцу.
– Но зачем? – удивленно спросила я. – Или, подождите, она что…она влюблена в вас?
– Так было, по крайней мере до начала войны. Она тогда была еще ребенком и все время бегала за мной по пятам. Думаю, и сюда ее привело то же, что тогда заставляло бывать везде, куда только направлялся и я.
– Но это же глупо! – с ужасом прошептала я. – Смысл идти на закланье, если в любом случае вам не сможет она помочь!
– Это понимаем мы с вами, но не Идрис, к сожалению, – проговорив это, вервольф внезапно побледнел и покачнулся.
– Что с вами? – спросила я, бросившись к нему.
– Ничего. Так, пустяковая рана, полученная на тренировке, – едва сдерживая стон проговорил мужчина.
– Пустяковых ран не бывает, – строго проговорила я. – Сядьте на кровать и покажите, что там у вас.
– Мадмуазель! – враз кинулся ко мне стражник. – У них есть лекарь личный для этого!
– Если есть, то где он, раз этому мужчине так плохо. Все будет хорошо, не мешайте, – отмахнулась я от стражника и тот вышел из комнаты.
Я же помогла мужчине сесть на кровать и стащила с него рубаху, которая скрывала глубокую рану, идущую сверху вниз вдоль всех ребер. Рана была воспалена, хоть и была обработана какой-то зеленой дрянью.
– Пустяковая? – покачала я головой, строго посмотрев на вервольфа.
– Это да, пустяковая. Бывало и хуже, – усмехнулся он в ответ.
Я же опустилась подле него на колени, рассматривая рану.
– Откиньтесь на стену. Будет немного больно, – проговорила я, до жути боясь ошибиться и сделать еще хуже, ведь такого рода исцеление было подвластно разве что круглым отличницам, коей я не являлась.
Мужчина застонал и оперся спиной на стену. Я же легонько провела вдоль раны, мысленно проговорив нужные слова. Затем еще и еще, и когда уже даже в глазах вервольфа зажглось недоверие, рана засветилась и затянулась, оставив после себя лишь светло-розовый след.
– Ну вот, не так уже и плохо, – выдохнула я и подняла взгляд на мужчину. – Что? – осторожно спросила, видя, как он на меня смотрит.
– Сама наследница Кириана Алистера стоит передо мной на коленях. Ведьма с целительными силами, уготованными для приближенных короля, излечила меня. Это знак, мадмуазель, – из его взгляда улетучилась боль и теперь платиновые глаза загорелись хищным лукавством.
– Это знак того, что от этой раны вы точно не умрете, – недовольно проговорила я, быстро поднявшись на ноги.
– Кто знает, – спокойно ответил он и тоже встал на ноги. – Ну так что, вы дадите поговорить мне с Идрис?
– Я подумаю, – проглотив комок в горле, ответила я и направилась к выходу.
– С ней ведь все в порядке? – бархатные нотки голоса мужчины сменились на сталь.
– Да, вполне, – соврала я как можно более беспечно.
– Амаль, – окликнул он меня еще раз у двери.
Я обернулась и напряженно посмотрела на него.
– Я вырежу весь особняк, если с этой девчонкой что-то случится. Никого не пожалею. Даже тебя. Поняла? Поэтому береги ее как зеницу ока, – угроза из уст этого вервольфа была отнюдь не пустой, я это чувствовала.
– Думай, что говоришь, – рявкнул подлетевший к нему стражник.
– Я все сказал, – спокойно проговорил вервольф, усаживаясь на край кровати.
Я молча наблюдала за ним с четверть минуты, затем хрипло ответила: