Новогодний маджонг. Соединяя пары (СИ)
– Назначай встречу завтра часов на двенадцать, – велел Лутонин, укладывая золотой лист в потрепанную красную коробку и пряча ее в нагрудный карман лыжной куртки. Он вышел по-английски, не прощаясь, и Молоканов, поднявшись вместе с Ритой на балкон, видел, как хозяин золотого листа браво вышагивает по заснеженной улице.
– Не пойму, откуда Лутонин так хорошо твою семью знает? – подивился Вова, усмехнувшись. – Как к себе домой пришел.
– А он всегда был наглый, – подал голос Танеев, выходя следом. – Это наш знаменитый кузен, – хохотнул он. – Его прабабка и Танина приходились друг другу родными сестрами, а моему прадеду – двоюродными. Нашему забору двоюродный плетень.
– И еще он на Люсе, маминой подруге, женился, а потом развелся с ней очень некрасиво, -вставила Маргарита.
– Богатые и знаменитые, как обретают такой статус, сразу стремятся позабыть родственников и знакомых, заменить старую жену на молодую дурочку, – хмыкнул Танеев. – Пусть! Мы никому в друзья не набиваемся.
Молоканов кивнул, соглашаясь, и заметил серьезно:
– Нужно Мишаню завтра позвать на подмогу, мало ли. Не доверяю я этому человеку. – Пробурчал Вова.
– И правильно делаешь, – согласился Танеев. – Но твой план хорош. Спасибо, что вмешался, а то бы этот буржуй тут наворотил.
Сон вязкий и муторный сморил Молоканова сразу же, как только голова коснулась подушки. Вова словно погрузился во тьму, а потом вынырнул, проснувшись под утро от непонятного шороха во дворе и надрывного воя собаки, Владимир Петрович подскочил на кровати и повернулся к Рите, поймав ее встревоженный взгляд.
– Это Байк! – вскрикнула Маргарита и в одной ночной рубашке понеслась к родителям в спальню.
– Папа! Там Байк стонет!
– Да, слышу уже, – недовольно пробурчал Танеев. – Сейчас выйду посмотрю.
– Я с вами, – тут же предупредил Володя.
– С оружием обращаться умеешь? – хмыкнул Александр Дмитриевич, столкнувшись с Вовой в коридоре.
– В тире в цель попадаю, – отрапортовал Молоканов.
– Тогда держи, – серьезно заметил тесть и вручил ему длинный и увесистый мешочек, набитый песком. Сам Танеев взял биту. – Пошли Байка выручать. А вы, куры, – обратился он к жене и дочери, – заприте двери. И если что, звоните Хопперу и в полицию.
Долго искать Байка не пришлось. Он лежал на дорожке, ведущей к теплице,и уже не выл, а хрипел. Лужа крови вокруг говорила о том, что случилось что-то страшное. Из спины пса торчал инородный предмет. Рукоятка ножа, всунутая до упора. Вслед за собакой взвыл хозяин и бросился к раненому другу.
– Байкалушка, как же так? Дорогой мой! – Танеев рухнул на колени и дотронулся до черного и уже сухого носа. Пес приоткрыл один глаз, из которого тут же скатилась слеза. Хозяин потянулся было к рукоятке ножа, торчащей в спине. Молоканов даже увидел, как у Риткиного отца задрожали руки.
– Александр Дмитриевич, аккуратно! – предупредил он. – Нужно собаку в дом перенести, нож самим доставать нельзя, нужно везти к ветеринару.
– Сейчас я его подхвачу! – засуетился Танеев, не зная, с какого бока подступиться.
– Нет, лучше переложить на покрывало и нести вдвоем, иначе навредим.
Танеев на секунду отвел от Байка взгляд и внимательно глянул на Молоканова.
– И откуда ты выискался такой умный, – пробормотал он и, резко подскочив, побежал к мастерской, на ходу доставая ключи из кармана потрепанного тулупа.
Вова посмотрел вслед спешащему мужчине и тотчас невольно оглянулся в другую сторону, в темный угол двора. Словно на взгляд повернулся. Молоканов выхватил из кармана джинсов мобильник и, включив фонарик, посветил. В конце двора заметалась тень. Владимир Петрович, быстро подняв с земли камень, швырнул в убегавшего. Снаряд попал точно в спину. Человек слабо вскрикнул, но, сгорбившись от боли, отодвинул край открученного от забора профлиста и выскочил на соседний участок. Вова ринулся следом. Хотя злодей уже маячил в створе распахнутой калитки. Молоканов прибавил скорости, намереваясь поймать мерзавца, проникнувшего в Риткин двор и покалечившего умнейшего пса. Но выбежав на улицу, Вова увидел лишь огни фар отъезжающей машины. Твою ж мать!
Молоканов, захлопнув соседскую калитку, бросился назад. Каждая минута дорога! Нужно спасти собаку!
– Вот же… – выругался Танеев, расстилая на снегу старое покрывало. – Никогда такого не случалось!
Прежде чем внести Байкала в дом, Вова позвонил Маргарите.
– Дверь нам откроете, только когда мы подойдем, – проинструктировал он. – И вызывайте ветеринара!
– Прыткий ты, – хмыкнул новоявленный тесть.
– Мы пса до клиники не довезем, – серьезно пробубнил Молоканов. – А помрет, Ритка расстроится.
– Ритка! – фыркнул тесть. – Одна Маргарита на весь земной шар.
«Она и Санька», – мысленно согласился Вова.
– Полицию надо бы вызвать, – предложил он Танееву, когда приехавший врач, отогнав всех от Байкала, принялся зашивать рану.
Александр Дмитриевич достал из бара бутылку коньяка и плеснул в бокалы янтарную жидкость.
– Незаконное проникновение плюс жестокое обращение с животными, – отмахнулся адвокат, делая большой глоток и, отдышавшись, добавил: – Не смеши, никто не станет расследовать.
– Я не об этом, – объяснил Молоканов, согревая в руках свой бокал. – Почти за сутки дважды применили холодное оружие. Это не случайность. Вполне возможно, на рукоятке отпечатки пальцев преступника.
– Думаешь, это не Заяц с Гармошкой пришили Леголаса? – с сомнением в голосе уточнил Александр Дмитриевич.
– Не знаю, но перестраховаться надо. Этот гад, что поранил вашу собаку, может,запросто приходит к вам в дом. И Тризуцкий открыл дверь не постороннему человеку. Решайте сами. Да и дыру в заборе заделать не мешает. Лист нужно сейчас обратно прикрутить.
– Это ты прав! – кивнул Танеев. - У меня шуруповерт есть, но уже глаза ни к черту. Так что тебе придется.
– Согласен, – решительно выдал Вова. – Соседний участок – как проходной двор. Может, кто еще решит наведаться. Давно соседний дом заброшенным стоит?
– Да, года три, – вслух прикинул Митрич. – Как старики померли, в наследство их внук вступил. Милейшие люди были, а пацан – редкий отморозок!– Танеев вздохнул тяжело и поморщился.
Александр Дмитриевич Танеев наблюдал, как Молоканов прикручивает к рамке лист профнастила, как рука крепко и уверенно держит инструмент.
«Нормальный парень, – сам себе заметил Александр Дмитриевич. – С мозгами и руками. А главное, сразу видно, что любит Маргошку. Что там случилось между ними? Почему только сейчас объявился? – На смену добродушному отцу явился дотошный адвокат. – Нужно выяснить. Хотя бы для себя».
Вернувшись в дом, Вова с мороза сразу направился к камину, придвигая вперед заиндевевшие руки. А потом вышел в коридор к Танееву, топтавшемуся около соседней двери. Через проем виднелся Байк, лежащий на кушетке с вытянутыми лапами. Рядом на стульчике умостилась Татьяна Алексеевна.
– Жар понемногу спадает, – сообщила она Танееву, повернувшись вполоборота.
Володя растерянно огляделся, на первом этаже Маргариты не наблюдалось.
– Она наверх к Сашеньке пошла, – добавила Ритина мать.
– Иди к ним, – разрешил Александр Дмитриевич, хлопнув Молоканова по плечу. Уже выбегая в коридор, Вова услышал громкий шепот хозяина дома:
– Хороший парень, Тань! Хоть в этот раз повезло Маргошке.
Глава 15
4 января
До самого утра Молоканов не сомкнул глаз. Хоть и понимал, что день предстоит тяжелый и он понадобится Маргарите. Но сон не шел. Мысли все время возвращались к воровству золотого листа, потом перебегали на Тризуцкого и Баянова, а оттуда неслись сначала к событиям рейдерского захвата, а потом к дурацкой шутке с деньгами. Или снова воровство? Только кто?
– Чего не спишь? – сонно осведомилась Маргарита. – Извергов, что Байка ранили, ловишь или своего вора вычисляешь?
– Своего, – усмехнулся Молоканов.– Никак не пойму, куда деньги делись.