Первый из пяти (СИ)

Долго ждать не пришлось. И уже через полчаса мы самозабвенно извлекали на свет божий распашонки и чепчики.
Вайнс сидел около окна, улыбаясь. Суматоха с приданным его явно забавляла.
Как распахнулась дверь в гостиную Лаасе, мы с ней не заметили и даже не подняли головы от миленькой рубашечки, на которой рассматривали затейливую вышивку, выполненную Эритеей Брао, моей родной матерью.
– Дамы, – резкий скрипучий голос заставил нас вздрогнуть и посмотреть на вошедшего.
У двери стоял огромный мужчина с копной седых волос и перекошенным от злости одутловатым лицом. Барт Дин собственной персоной.
Вайнс начал подниматься со своего места, доставая пистолет, но не успел. Тонкий обоюдоострый нож уже летел ему в грудь. Увернуться не получилось, и Вайнс, молодой смешливый мальчишка, упал прямо к ногам Барта. Дин переступил через него и направился к нам.
– Как трогательно, Ирриче. Беспокойство о приданом моего будущего внука делает тебе честь.
Барт склонился в клоунском полупоклоне.
Я смотрела на него, пребывая в растерянности. Похоже, Матео оказался прав, и Барт Дин намеревался меня похитить.
– Ирриче, брось, пожалуйста, эти тряпки и спокойно подойди ко мне. Тогда я не причиню никому вреда, – скомандовал он.
– Зачем? – поинтересовалась я, надеясь выиграть время, и хоть чуточку прийти в себя. – Я не хочу никуда идти, Барт.
Мой голос звучал испуганно и тихо.
– Никто не спрашивает, чего хочешь ты, – огрызнулся он. – Ты принадлежишь нашей семье, и я волен отвезти тебя в Страанчазе.
– И убить там, как Альму?! – неожиданно дерзко выкрикнула я, прекрасно понимая, что убивать меня сейчас Барт Дин не станет.
– Альма? Глупая наседка поплатилась за свое любопытство, – рассмеялся Дин.
– Вы убили ее? – охнула матушка.
– Конечно, – поморщился Барт Дин. – Эта дуреха могла наболтать много лишнего.
Он хотел сказать еще что-то, но передумал и жестко добавил:
– Иди сюда, Ирриче. Мы уезжаем. А ты, Лаасе, передай мужу и брату, что я обязательно верну Ирриче обратно.
Мы с матушкой смотрели на него во все глаза, боясь вымолвить хоть слово.
– Если мне вернут сына живым и здоровым, то и Ирриче сможет возвратиться домой, после того, как родится мой внук. Ребенок, как собственность семьи Дин, останется в моем доме. Если же Эшта казнят, я буду долго возвращать вам Ирриче. Частями. Я заставлю вас всех мучиться, если с головы моего сына упадет хоть волос.
– Ты не сможешь уйти далеко, – проронила Лаасе, стараясь вразумить бывшего родственника.
– Ты не представляешь, госпожа Брао, как далеко я могу уйти. Твои куриные мозги даже не смогут это вообразить. – Барт расхохотался. Затем переменился в лице, явно теряя терпение.
– Иди сюда, Ирриче! – прикрикнул он. – Быстро! Иначе я прострелю ногу Лаасе.
Я сделала вид, что закашлялась от испуга. Матушка смотрела на меня со смесью ужаса и удивления. Я, к сожалению, никак не могла ее предупредить.
На полу ничком лежал Вайнс, я лишь заметила, что ему удалось украдкой переместить правую руку на левое плечо и аккуратно надавить на него. Для чего он это проделывал, рискуя жизнью, я не знала.
На последнем лающем звуке я выкрикнула команду, которой всего час назад меня научил Лей.
– Къёхль!
И почувствовала, как тапки на моих ногах пришли в движение, а потом быстро сползли на пол. Я осталась сидеть на диване босой, а мои меховые туфли в одночасье обрели ноги, зубы и когти и помчались на противника.
Барт выстрелил в ожившего зверька, пуля прошла через мех, но с нападавшим ничего не случилось. Из разинутой пасти показались острые зубы. Два меховых клубка мелькнули и прыгнули, явно целясь в горло врага. Увернуться от молниеносного нападения Барт не успел. Мы с матушкой только увидели, как боевые игрушки впились в горло Дина, и он плашмя рухнул на пол. Страшные грызуны, которых я спокойно носила на ногах, челюстей не разжали. Так и остались висеть по бокам от горла, из которого фонтаном брызнула кровь. Лаасе осторожно подошла к Барту Дину и положила руку ему на запястье.
– Он жив, но без сознания, – удивленно сказала она.
– Я сообщил генералу, – чуть слышно прошептал Вайнс заплетающимся языком.
У матушки явно голова пошла кругом, она решила, что Вайнс бредит, и приказала слугам готовить операционную.
В этот момент в комнату ворвался мой муж и с ним какие-то люди.
– С вами все в порядке? – рявкнул он, с тревогой оглядывая меня и Лаасе
Я кивнула, и Матео сразу переключился на Вайнса. Потом его взгляд задержался на Барте Дине.
– Хорошая работа, – довольно проговорил мой муж.
– Они его убили? – ужаснулась я. Каким бы страшным человеком ни был бы мой бывший свекор, но мысль о том, что его убили по моему приказу, просто сводила меня с ума.
– Нет, – успокоил Матео, – только парализовали. Сколько он может пробыть в обездвиженном состоянии неизвестно: от пары часов до самой смерти.
Лей присел на корточки рядом с Бартом и радостно зацокал языком. Мой муж, подойдя ближе, в знак благодарности хлопнул его по плечу. Никаких сантиментов.
Князь стреттов аккуратно, двумя пальцами, вытащил из горла Барта Дина клыки, и аккуратно ввинтил острые зубы в челюсти, а затем отбросил в сторону моих бывших защитников.
– Аррлонг! – гортанно прикрикнул он, и оба зверька в ту же минуту превратились в мои смешные туфли.
Матео
Допрос Барта Дина длился несколько часов. Сначала он не признавал себя виновным и требовал адвоката. Пришлось ему напомнить, что адвокат семьи Дин казнен сегодня утром вместе с Эштом. Тогда один из самых богатых людей страны отвернулся к стене и заплакал. Я никак не мог понять, ради чего он затеял эту игру в заговорщиков. Чего не хватало ему, отпрыску одной из Первых семей? По каким-то своим причинам его дед сам лично и за своих потомков отказался от места сенатора. Но это мало повлияло на состояние семьи. Что двигало Бартом, заставляя его идти против законов Республики? Слава? Власть? Желание быть выше всех и всесильнее?
Я попробовал расспросить нашего пленника о причинах. Но услышал в ответ пожелание отправиться в ад.
– Спасибо, Барт, я там уже побывал в молодости. Еле выжил. С меня хватит.
– Ты имеешь в виду плен у стреттов? – Барт повернул голову и уставился на меня. – Ты же у нас герой, господин Первый Дож. Я не учел, что Отто вспомнит о тебе. Я надеялся, что пока Совет и Сенат будут ломать копья и выдвигать разных кандидатов, я успею захватить власть. Но Шрай обыграл меня, проклятый ублюдок.
– Зачем ты все это затеял, Барт?
– Мой прадед был одним из сенаторов, наравне с Первыми Хортами и Брао, а потом они выкинули его как мусор. Я хотел восстановить справедливость. Хотел попробовать этот наркотик, именуемый властью. Хотел обойти их всех. Но старый Шрай меня раскусил, пришлось с ним разобраться.
– Так же, как с Альмой? Мне передали, что ты ее убил.
– Вранье. Просто хотел напугать этих двух куриц.
– Тогда, где она? – оборвал я, не веря ни единому слову, прекрасно понимая, что Дин лжет.
– Альма много болтала. Она нашла корабль в имении Антея и вспомнила, что уже видела такой же раньше, когда просидела всю ночь на горе. У нее хватило глупости начать задавать вопросы. Всем. Лурду, Антею, Цейне, мне. Я хотел ее убить, но Лурд умолял этого не делать. Он обещал, что приставит к жене охрану. Но она сбежала. И одной богине Ирриче известно, где сейчас эта дрянь обретается.
– Врешь! – выкрикнул сенатор Брао. – Вы ее убили!
Я глянул на Лея, сидевшего в самом темном углу, где Барт не мог его увидеть. Хотелось, чтобы Лей подтвердил или опровергнул слова Барта. Да я и сам не особенно верил в гибель Альмы. Но куда она могла подеваться? Я проник в мысли Лея, в надежде сразу получить ответ. Но у него в голове творилась полная неразбериха, слишком громко он думал. Князь стреттов вспоминал какую-то свою пассию. Я увидел шатер, раскинутый прямо на пляже и нагую красотку в объятиях Лея. Правда, не смог разобрать ее лица. Но и не стремился к этому. Я почувствовал, что вторгся в личные мысли князя и поспешил ретироваться, дабы его не обидеть.