Убийство в Уайт Прайор (ЛП)

    Затем он повернулся.
    - Кстати, что вы говорили насчет обгоревших спичек?
    - Я полагал, - спокойно ответил Уиллард, - что мы могли бы обвинить в происшедшем грабителя.
    - Вот как? - произнес Бохан. Он, казалось, колебался.
    - Когда вы увидели Марсию, вы не обратили внимания на множество обгоревших спичек, разбросанных вокруг нее?
    - Понятия не имею, - отвечал Бохан, - ни о каких обгорелых спичках. Нет. Я не включал свет. Но что, черт возьми, вы хотите сказать? Говорите!
    Уиллард прошел мимо него и сел по другую сторону камина.
    - Кажется, это были цветные спички. Они имеются (если я не ошибаюсь) в каждой комнате этого дома, после того как Морису пришла в голову эта странная идея. Подождите-ка! - Он поднял руку. - Полиция станет задавать вопросы, и вполне разумно, Джон, подумать об этом сейчас. Дело в том, что в павильоне таких спичек не было. Могу в этом поклясться. Кроме убийцы, наверное, я был последним человеком, видевшим Марсию живой. Прошлой ночью, после того, как огонь был зажжен, в доме не оставалось никаких спичек...
    - Вы мне напомнили, - сказал Бохан. - Служанка! Ее служанка. Шарлотта! Где все это время была Шарлотта?
    Уиллард с интересом взглянул на него.
    - Любопытно, Джон. Я думал, вы знаете. Шарлотта осталась в Лондоне. Отпуск, или что-то в этом роде. Не имеет значения. В павильоне не было ни цветных, ни каких-либо других спичек. Я оставил ей коробку обычных, прежде чем уйти. Взглянем правде в глаза. Позволю себе обратить ваше внимание на то, что случайные грабители не усыпают пол обгоревшими цветными спичками. Это пока все. Но в этом доме творятся и более странные вещи. Прошлой ночью что-то страшно испугало дочь старого Канифеста, так что она почти обезумела. Я услышал ее крик и нашел ее лежащей в коридоре рядом с комнатой. Я не мог добиться от нее ничего связного, кроме того, что кто-то или что-то бродит по коридорам и этот кто-то или что-то схватил ее за запястье. Остаток ночи она провела с Кэтрин.
    Беннетт слышал, как потрескивает огонь. Джон Бохан, который открыл серебряный портсигар, со щелчком захлопнул его и обернулся.
    - Луиза, - сказал он, - Луиза Кэрью. Она здесь?
    - Почему бы и нет? Она - подруга Кэтрин; они не виделись несколько месяцев, пока она была в Америке. Но почему это вас удивляет? Вам не стоит так нервничать, мальчик мой, - добавил он с раздражением. - Хорошо, что вы никогда не станете актером. Вы бы вывели зрителей из себя за пять минут.
    - Не знаю, не знаю, - отвечал тот. Он поднес зажженную спичку к сигарете. Пламя на мгновение высветило самодовольное, возбужденное, выдававшее затаенную радость выражение его лица. - Не знаю. Но, полагаю, я мог бы стать лучшим актером, чем вы. Нет, меня это не удивляет. Дело в том, что вчера вечером я разговаривал с Канифестом у него в офисе, и он ни словом о ней не обмолвился. Так, так. Возможно, она нарушила покой какого-нибудь семейного призрака. Еще кто-нибудь?
    - Да, ваш старинный приятель Рейнджер.
    Беннетт выпрямился.
    - Потише, - Уиллард прошелся, Бохан вытащил сигарету изо рта. - Успокойтесь, и выслушайте меня. Вы ничего сделать не можете. Он здесь, и он в очень хороших отношениях с Морисом. Мне бы не хотелось это упоминать, но прежде чем вы предложите свернуть ему шею, позвольте все-таки напомнить, что вы - младший брат. Морис чудак и весьма рассеянный человек, но он встанет на дыбы, если вы попробуете повлиять на него... Не стоит недооценивать врага. Их интересы заставляли держаться их поближе к Марсии, что они и делали.
    - Так. И как же нам поладить с этой свиньей?
    В глазах Уилларда можно было прочесть некоторое удовольствие. Казалось, он постепенно приходит в себя от полученного шока при известии о смерти Тейт. Он пошарил по карманам в поисках трубки.
    - Легко. Рейнджер проницательный, умный, воспитанный, - да-да, не фыркайте, - воспитанный человек. Он прибыл сюда раньше нас вчера около полудня. Когда мы приехали, Морис уже суетился вокруг него, по-отечески похлопывая по плечу.
    - Следовательно, Морис не отлучался в Лондон?
    - Нет. Рейнджер прислал ему любопытную телеграмму, содержащую интересные предложения. Кажется, у него появилась идея, с далеко идущими последствиями; что совершенно потрясающий фильм может быть сделан на основе академических исследований Мориса, и его же, Мориса, технической консультации. Вероятно, это - обман, но Морис всего лишь человек.
    - Кажется, я начинаю понимать. Танцующие девушки, обилие песен и название типа "Король устраивает вечеринку". - Бохан возвысил голос. - Говорю вам, Уиллард, что мой брат никогда на это не согласится!
    - Вы неправы, Джон. Вам следует признать, что у Рейнджера есть некоторые достижения. Его постановки "Борджиа" и "Королевы Екатерины" были чертовски хороши. Он настолько точен в передаче истории, насколько возможно вымыслом не противоречить истине.
    Бохан сделал шаг вперед.
    - Спасибо, - сказал он, - что не пытаетесь скрывать ваше искреннее восхищение. Возможно, оно станет еще сильнее, если я сообщу вам, что эта свинья предприняла. - Беннетт чувствовал, что он говорит то, что не должен говорить, и о чем может впоследствии пожалеть; что он сознает это и, тем не менее, не может остановиться. - Да будет вам известно, что он полностью разрушил наши планы. Если бы Марсия была жива, ни о какой пьесе не могло быть и речи. Канифест не дал бы нам ни гроша.
    Рука Уилларда дернулась. Он едва не выронил трубку и слегка приподнялся в своем кресле.
    - Но ведь он же говорил...
    - Он так и сказал мне вчера вечером: ни гроша. Мы встретились в редакции журнала "Глоб". ОН был величествен, как памятник самому себе. По зрелом размышлении (хм), он решил, что будет в высшей степени благоразумным и осторожным, если имя Канифеста не будет связано с театральными постановками. Его имя! Оно не должно быть с ними связано, это повредит... Мне кажется, Уиллард, вы потрясены? Разве режиссеры перестанут быть в вас заинтересованы как раньше, - когда была жива Марсия? Или же, если вы не получите приглашения...