Я беременна, мальчики! (СИ)
Он уходит, и я прислоняюсь к стене, гулко дыша. Щеки пылают огнем, а в груди настоящий пожар. Я не понимаю себя, я не понимаю его. Прикладываю руки к лицу, пытаясь восстановить дыхание.
Зачем? Зачем я написала ему?
Правда ли хотела помощи или просто желала увидеть спустя столько времени? Хотела кое-что понять, но в итоге еще больше запуталась.
Я не замечаю, как пролетает время и приезжает Мирон. Он скидывает смс, что ждет меня внизу, а я хочу закрыться на три замка и остаться дома. Провожу по губам на которых до сих пор горит поцелуй Кира, это сумасшествие, от которого нужно избавиться.
К черту Кирилла. Он не тот кто мне нужен. Совершенно. Он, как змей искуситель, лишь путает мои мысли и заставляет сомневаться в собственных чувствах.
— Привет, — я растягиваю губы в улыбке, садясь в машину.
— Привет, — приглушенно здоровается Мир и тут же заводит автомобиль.
Весь путь до его дома мы молчим. Парень странно напряжен, а я волнуюсь, еще сильнее, чем перед экзаменами. Ноги подрагивают, а кончики пальцев на руках замерзли.
— Ева… — хрипло говорит Мир, останавливая машину.
Я понимаю, что это вопрос, возможно последний шанс уйти. Опять провожу пальчиками по губам, не осознано. Ловлю на себе горящий взгляд Мирона и решаюсь.
— Пошли, — голос пропадает и у меня получается полушепот.
Мирон гулко сглатывает, сжимает челюсти, а затем кивает и выходит из машины. Не может же он тоже волноваться? Это же бред какой-то.
Когда мы заходим с ним в квартиру мне хочется спросить где Кир. Я тут же себя одергиваю, злюсь за это. Я не должна думать о нем. Не должна. О ком угодно, но не о Кире.
— Поцелуй меня.
Мирон замирает, он весь словно подтягивается, его мышцы каменеют, спина напрягается, парень медленно поворачивается и я тону в его взгляде. Он настолько темный, что почти сливается с расширенными зрачками, Мирон делает медленный шаг обратно ко мне, а затем резко хватает меня и тянет на себя. Он целует меня, и я окончательно теряюсь в происходящем.
Его алчные и теплые губы со вкусом ментола, требовательно пьют мои стоны, язык Мирона проталкивается в мой рот и я прижимаюсь к парню ещё теснее. Обнимаю его за мощные, крепкие плечи, уже ничего не соображая.
Я понимаю, что это Мирон, те же широкие ладони, поглаживающие мою поясницу и перебирающие волосы, тот же напор, что и вчера в подъезде. Я все все это понимаю, издаю стон, потираясь об его эрекцию и никуда не могу деться от мысли, что Мир целуется в точности так же как и Кир.
Разве такое вообще возможно?
Разве возможно, одинаково растворяться в двух разных, пусть и одинаковых внешне, мужчинах?
Я чувствую себя безумно порочной, но не хочу останавливаться. Нет-нет, только не сейчас.
Провожу ладонью по груди парня, добираюсь до края футболки и забираюсь рукой под нее. Гладкая кожа обжигает, я провожу подушечками пальцев по его рельефному торсу, очерчивая каждый кубик, потом спускаюсь и расстегиваю пуговицу на его джинсах. Понятия не имею, как у меня получается с первого раза сделать это одной рукой, но мужчина ручит и тут же, подхватывая меня за ягодицы, несет наверх. Мое платье задирается, и Мир гладит меня по оголенной коже над чулками.
На втором этаже, Мир словно медлит какое-то время, замирает на мгновение, стоя в коридоре. Но мне это мгновение кажется настоящей вечностью, внутри все горит, потому что я хочу опять попробовать на вкус его ментоловые мягкие губы, его дразнящий язык. Я хочу содрать с нас одежду, чтобы лучше ощущать тепло мужской кожи.
Я легонько прикусываю его за плечо, он шипит и все же несет меня в свою комнату.
Мир тормозит у входа и я, понимая зачем, произношу.
— Не надо, не включай пожалуйста.
— Я хочу видеть тебя Ева, — он опускает меня на пол, берет мое лицо в ладони и напряженно смотрит мне в глаза, — кажется я сдохну если не возьму тебя, это сумасшествие, какое-то, — запальчиво шепчет Мир, так напоминая мне Кира.
Господи боже. Да когда же это прекратится?!
— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, малышка. Видеть твое совершенное тело, гладить твою кожу и наблюдать за тем как ты вздрагиваешь от моих прикосновений, испытывая наслаждение.
Я хочу спросить, откуда он знает, что мое тело совершенно, я его таким не считаю, я жутко стесняюсь, не понимая, когда Мир мог видеть меня. Но потом вспоминаю о той ночи и мне становится горько.
— Не надо, пожалуйста, — повторяю и невесомо касаюсь губами его скулы.
Парень медленно кивает, всматривается в меня, а я проваливаюсь в бездну. Его взгляд пьяный, сумасшедший и такой притягательный, он манящий и завораживающий. Я как бабочка лечу, только не на свет, а на тьму в его взгляде. И мне уже не страшно в нем утонуть, потому что это и так уже случилось.
Я задыхаюсь… задыхаюсь без его ментоловых губ.
Мир набрасывается на мой рот жалящими поцелуями, а я тяну его футболку вверх, попутно проводя ладонями по мощной, рельефной спине.
Через считанные мгновения я уже совершенно голая лежу на его кровати и вздрагиваю от сладких поцелуев, осыпающих мое тело. Мир втягивает в рот мой напряженный сосок, проводит по ареоле дразнящим языком, а я хочу раствориться. Хочу навсегда остаться в этом мгновении, чтобы не осознавать и не принимать ужасного. Я объединила их в своей голове.
Я хочу обоих, я отвратительная женщина, но мне так хорошо. Как же мне хорошо.
Чувствуя мягкие губы на своем животе и представляю, что это Кир. Мне хочется от него такой же нежности, затем парень разводит мои ноги и неторопливо ведет влажным языком по моему лону и я хочу, чтобы теперь он стал тем диким Миром, который чуть не взял меня в подъезде.
Я понимаю, что должна прекратить происходящее, что это будет самым правильным поступком в моей жизни, но ничего не могу с собой поделать, я пропала еще там, на пороге, поняв насколько сильно Мирон хочет меня.
Я кладу руки на его плечи и мне кажется, что они подрагивают, мужчина проводит языком по моим складочкам и мы с ним в унисон громко выдыхаем, я издаю протяжный стон, а он то ли хрип, то ли рык.
Его руки на моих бедрах сжимаются, а язык начинает сладострастный танец. Я сжимаюсь и пытаюсь свести ноги, это слишком остро, это слишком запретно и в то же время, я притягиваю Мира к себе еще ближе. Я не хочу чтобы он останавливался.
Как же мне хорошо. Боже, как же мне хорошо.
— Ева, Ева… — бессвязно шепчет он, целует внутреннюю сторону моего бедра, касается меня языком и трется носом, — тебе хорошо?
— Да… — хнычу я, мне хочется, чтобы он вернулся, я хочу чтобы он опять ласкал меня там, именно там, — Еще… пожалуйста…
И он возвращается, всасывает в себя мой клитор и я цепляюсь руками за его волосы, натягивая короткие прядки. Это так божественно.
— Не могу. Ева. Не могу больше.
Мир, оказывается рядом и целует мои скулы, слишком чувствительную грудь, он легонько касается моего вздрагивающего живота.
— Я сдохну если не почувствую твою влажность изнутри. Ты такая вкусная, Ева. Какаа-а-ая же ты вкусная.
Он входит в мой рот языком, трахоя меня им. И я готова, я уже ко всему готова.
Мирон разводит мои ноги и проводит головкой по моим истекающим соком складочкам, я пытаюсь простонать, но парень ловит каждый мой вздох. Он словно дышит моим воздухом, лишь тем, который я, пропустив через свои легкие, выдыхаю.
Мирон проводит членом туда-сюда, чуть-чуть погружаясь в меня краем головки. Я замираю в ожидании, но мужчина, словно, поддразнивая выходит и опять начинает эти поступательные движения, размазывая влагу. Кажется, что даже простыни подо мной мокрые, настолько я влажная, настолько я безумна, настолько сильно изнемогаю от желания.
— Пожалуйста…
— Что? Что, Ева? Что, моя хорошая? — он отрывается от моего рта и проводит носом по шеи, часто вдыхая в себя мой запах, как ненормальный.