Мой идеальный Демон, или Любовь без правил (СИ)

Его Ангел. Самый что ни на есть настоящий!
— Демон, тебе надо успокоиться, — Карим сделал шаг в сторону друга, однако тот даже бровью не повел.
— Я спокоен! — боковым зрением видел, что Бес не двигается с места.
И какого хрена он сейчас лезет? Не может свою опеку и заботу перенести на потом?
Достал уже, как с маленьким носится, но и злиться на Беса не мог. Демьян знал его историю и потому не осуждал. Когда-то же сам позволил стать Бесу отцом родным, так к чему сейчас злость по отношению к другу?
— Демон, ты…
— Спокоен, сказал, — повернул, наконец-то, голову в сторону Карима. — Оставьте нас вдвоем, — пауза, на протяжении которой Бес скрипел зубами и кривился. — Пожалуйста! — проигнорировал его недовольство, продолжая сканировать лицо друга.
— Без глупостей! — мужчина предупреждающе ткнул пальцем Демьяну в грудь.
— Обещаю, — снова перевел взгляд на мышку. — Но только до завтра. И Ящура найди.
Больше Демон ждать не мог, поэтому уверенным шагом направился к девушке.
Присел на корточки и взял ее руки в свои, как недавно Матвей. Слышал, как друзья аккуратно двигаются к двери, а после и лязг замка.
Ушли. Оставили.
И у него есть время до утра.
Чтобы мышка наконец-то ему поверила и выбросила всякие глупости из головы.
— Знаю, что должна была раньше рассказать, но я не могла, — она смотрела ему в глаза, не отводя взгляда. Такого чистого и невинного, что злиться на нее и дальше расхотелось.
А чувство тревоги наконец-то отпустило, и Демьян произнес единственное, что считал в данной ситуации верным.
Правильным.
И таким настоящим.
— Я люблю тебя, Ангел!
  
Глава 42
 
Маша
Слишком неожиданно прозвучало его признание. Глаза в глаза, как будто в самую душу заглянул и согрел ее теплом. Мне этого так не хватало, зато теперь получила сполна.
Всего один раз, еще неделю назад, Демьян сказал, что любит. Тогда у нас сердца стучали в унисон, дыхание опаляло губы друг друга, и признание вырвалось синхронно. Тихо, негромко и так неожиданно. Как-то само по себе.
И вот сейчас его голос тверд, а “ Я люблю тебя, Ангел!” вмиг рассеивает все мои сомнения. Так больно было еще каких-то пять минут назад, и так светло сейчас.
Мой любимый Демон не подвел. Идеальный. Самый лучший.
А я, глупая, сомневалась в нем.
Слезы, теперь уже от радости, текут по щекам, и я протягиваю руки вперед, обвивая Демьяна за шею. Родной. Любимый. И самый желанный с мире.
— Прости меня, — шепчу, а слезы градом льются, падая на мужской свитер.
— За что? — парень отстраняется, заглядывая мне в глаза.
— За то, что боялась, — шмыг-шмыг носом, а на лице расплывается довольная улыбка. — Я так переживала. Особенно когда шла к тебе в первый раз, — тыльной стороной ладони вытираю эти противные слезы, не отводя взгляда от любимого лица. — Хотелось почувствовать себя живой, — пауза, — желанной, — еще одна. — Мне казалось, что с тобой все должно быть по-настоящему.
А что, раз уж рассказала всё о прошлом, можно и пооткровенничать. Я ведь действительно тогда боялась. Хотела очень, но страх так сильно сковывал движения, и если бы не Демьян…
— Погоди-ка, — он нахмурил брови, пристально глядя мне в глаза. — Ты меня использовала?
— В смысле? — слезы резко испарились, а я до конца так и не поняла, куда он клонит.
— Пришла в мотель, трах… — запнулся, сглатывая невидимый комок. — Переспала со мной и хотела сбежать?
— Я… — даже слегка растерялась, так как не нашлась быстро с правильным ответом. Не то чтобы использовать…
— Ну, мышка! Офигеть! — Демьян встал с корточек, повернулся ко мне спиной и направился к барной стойке. — Дожился, блин, — бухтел себе под нос, как старая бабка. — Какая-то соплячка меня! — сделал акцент на последнем слове и даже остановился. — Поимела!
— Демьян, ты все не так понял, — я вскочила с места и полетела на всех парах к любимому мужчине.
Сейчас обидится, а я ведь и вправду не хотела. То есть хотела, но не так. Вот же черт, запуталась совсем. Такой сумбур в голове, что сейчас точно ляпну что-нибудь невпопад. Доказывай потом, что из лучших побуждений пришла, а потом сопротивлялась не потому, что не понравилось, а потому…
— Попалась? — как только я обвиваю руками Демьяна за талию, он выворачивается, как уж, и ловит меня за талию. — Хитрая мышка, — поднимает, как пушинку, и усаживает на барную стойку, утыкаясь мне лицом в грудь.
— Не злись, — зарываюсь пальцами в его волосы.
— Не злюсь, — поднимает глаза на меня, сильнее вклиниваясь между ног. — Но будешь наказана.
— Сильно? — приподнимаю одну бровь.
— Оч-чень! — растягивает буквы, а потом всё перестает иметь значение.
И страхи улетучиваются, как будто их и не было вовсе, и прошлое, кажется, отпускает. С каждой минутой в объятиях любимого мужчины я забываю обо всем. Его губы, жадные руки и ненасытный язык творят чудеса. И как обычно, ноги подкашиваются, когда мы уже не в силах просто целоваться, а голова кружится от переизбытка эмоций. Как будто в первый раз.
Но с Демоном так всегда.
Он никогда не надоест.
Поднимает меня на руки и несет в спальню. Уверенно, не сбиваясь с шага — вот он, мой настоящий мужчина. С таким не страшен никакой Олег. Может лесом идти со своими амбициями и деньгами. Хочет акции завода — отдам, ни секунды не раздумывая. Пусть подавится или ядом своим умоется — мне сейчас реально плевать.
В спальне темно, но мне не нужен свет, чтобы видеть. Достаточно чувствовать — вот он, мой идеальный Демон. Рядом. И к черту все игры и правила — нет их больше в наших отношениях. Я принадлежу ему, а он мне.
На меньшее не согласна, и пусть остальные завидуют. Особенно когда одежда летит в разные стороны, а страсть накрывает нас с головой.
— Моя! — рычит Демьян, покусывая жилку на шее.
— Мой! — тихо вторю, закрывая глаза и прогибаясь в спине.
Он входит резко, без прелюдий, но они сейчас ни к чему. Движения мужских бедер ускоряются, но мы слишком ненасытны сейчас, чтобы играть. Знаю, Демьяну нравится меня дразнить, вызывая стоны и просьбы. Только не сейчас.
Стена недоверия и недопонимания пала смертью храбрых, и теперь мы желаем наверстать упущенное. Так долго я жила без него. И так сильно хотела полностью принадлежать ему.
Не выдерживаю напряжения, когда Демьян останавливается, и резко толкаю его в грудь. На какое-то время даже теряет координацию мой ненасытный Демон, а я залезаю на него сверху. Как он там когда-то сказал: не потерпит, когда женщина командует? Придется смириться, милый, потому что я хочу быть главной!
Именно сейчас. И возражения не принимаются.
Как ни странно, но Демьян не сопротивляется, лишь усмехается, крепко держа меня за бедра, а спустя время заставляет ускорить темп. Мои волосы прилипают к мокрому телу, падают на глаза, но я даже не обращаю внимания. Хочу оргазма — бурного, резкого, слишком желанного, и он накрывает меня с головой. Да так сильно, что чуть ли сознание не теряю, падая на грудь Демьяну.
— Ненасытная мышка, — усмехается, двигает еще несколько раз бедрами, крепко удерживая меня, а после целует в висок.
Нет сил даже слово произнести, не то чтобы пошевелиться, поэтому еле ворочаю языком:
— Ты уж определись, — откашливаюсь, так как хрипотца в голосе выдает мои эмоции и пережитое наслаждение с головой. — Ненасытная или хитрая?
— Будешь много умничать, — кусает меня за мочку, вызывая очередной стон из груди, — точно отшлепаю.
— Жду с нетерпением, — игривое настроение зашкаливает, когда переворачиваюсь на спину, при этом хватая Демьяна за руку. Не отпущу, да он и не сопротивляется. Переплетает наши пальцы, гладя подушечкой большого внутреннюю сторону ладони.
— Еще раз засомневаешься во мне… — поворачивает голову в мою сторону, но даже в темноте вижу, как горят его глаза. — Обижусь.
— Больше никогда, — подаюсь корпусом вперед и дотрагиваюсь губами до его губ. — Обещаю!