Пасьянс в колыбели Зоны (СИ)
— Да.
— Ну силен, такую большую стаю в одиночку тяжело перебить и опытному сталкеру, ладно пойдем, не очень хочется рассматривать дальше это кровавое месиво.
Наконец-то мы вышли к проспекту, где я увидел кровососа.
— Вот эта улица, — сказал Сухарик когда группа подошла к проспекту, — и вот тот кровосос, о котором я рассказывал.
— Вот эта улица, — начал напевать Феникс, — вот этот дом, вот эта барышня что я влюблен…
— Тихо, — шикнул на него командир, — нам нужно выманить снайпера, есть идеи?
После секундного обдумывания я произнес:
— Я выманю собой. Добегу до поваленной будки, рядом с которой кровосос, и там залягу, а дальше вы решайте проблему, проскочить должен, он кровососа довольно долго выцеливал.
— Уверен?
— …да.
Тогда подожди, мы должны занять позиции.
Прошло минут пять, в течение которых группа занимала позицию, когда мне на кпк пришло сообщение: "Давай". Я собрался и рванул со всей дури к будке, рвя сухожилия от натуги. Если бы меня видел наш физрук, его глаза залезли бы не просто на лоб, а на потолок. Она довольно большая, и лежала на боку, на середине дороги, так что можно было легко добежать. До будки оставалось метра полтора, когда, услышав свистящий звук зарядившейся винтовки Гаусса, я повалился на спину и вкатился на ней за укрытие. Выстрел прошел надо мной, и я уткнулся ногами в мертвого кровососа, лежащего на краю этой будки.
— И снова привет, давно не виделись, — на нервах хотелось поболтать, пусть даже и в пустую, все же я был на волосок от гибели, — ты за это время вот ничуть не изменился, такой же, какой и был, а я говорил что твои привычки пить кровь до добра не доведут, это жене и теще положено делать, а не мужикам, вот по этому то ты и мертв. А я цел, фиг тебе.
Раздался выстрел и оклик:
— Сухарик, вылезай, он готов.
Я пожал руку кровососу, произнеся: "Бывай, приятель, не пей больше.” Договорив, пошел к вышедшим из дома и широко улыбающимся товарищам.
— Что вы так на меня смотрите?
— Ничего, — сказал Стасян после секундной паузы, — мы слышали, как ты с кровососом разговаривал, и как к нему подкатил видели. Любая девушка позавидует таким подкатам.
Молчание длилось секунды три, после чего дружный смех огласил окрестности. Это нормально, сбросить напряжение, и мы не сдерживали себя.
— Ну ты и выдал, — произнес Прохвост, отсмеявшись, — ладно, пойдемте.
Я забрал свое оружие и снаряжение, и, экипировавшись, пошел догонять немного отошедший отряд, но пришлось остановиться еще на секунду, чтобы поправить обувь после пробежки, когда сзади раздался тихий шаг и сознание ушло куда-то в глубь.
Через несколько часов сознание вернулось в голову с сильной болью, я застонал и с трудом открыл глаза, каждое движение оставляло в мозге резко вспыхивавшую боль. Надо мной наклонился Феникс:
— Старайся особо не двигаться, тебе хорошо досталось.
— Что…произошло? — ответил я, чувствуя боль в затылке.
— Когда мы отходили, тебя сзади ударил прикладом монолитовец, они пришли на звук выстрела, мы отбились и вернулись с тобой в подвал, сейчас остальная группа в разведке, после нее пойдем обратно, на базу.
Через секунду дверь в подвал неожиданно распахнулась, и в полутемное помещение вошли остальные члены группы.
— Ну что, как наш болезный? — сразу спросил Макар
— Скоро будет в норме.
— Ладно, подождем.
— Не нужно ждать, — ответил я с трудом поднимаясь, — голова не ноги, идти смогу как-нибудь.
— Тогда двинулись.
Спустя несколько минут мы наконец-то вышли из города, и двинулись на юг. Через пару сотен метров ко мне обратился Стасян:
— Блин, совсем забыл, Сухарик, а у тебя есть хоть какая-нибудь пси-защита?
— Нет, только противогаз и капюшон
— Мда, пси-блокадой тут не отделаешься. Тогда придется идти через Лиманск. знаю я один путь от туда.
Глава 2.
Возвращение вперед.
Лиманск уже был в ста шагах, переход занял день, когда облака начали разгоняться и закручиваться вокруг центра Зоны, а в небе возникло слабое зеленое свечение.
— Выброс! За мной, бегом! — крикнул Стас и, не дожидаясь нашего ответа, побежал, мы устремились за ним. — я знаю где укрыться.
Мы вбежали в город, спустя минуту пробежали рядом с колючей проволокой, протянутой через улицу, добежали до двора с магазином и устремились к одному из зданий, земля уже дрожала и гремела, все горело алым, как свет нескольких, уходящих в закат солнц. Мы вбежали в двери дома, когда я услышал крик сзади, развернувшись остановился в нерешительности, Прохвоста поймала в свои объятия аномалия, но кто-то утянул меня за шиворот в подвал. Сказав при этом всего одно слово: “идем.” Я не сопротивлялся, хоть и хотелось помочь.
— Мы бы не смогли ему помочь, — выдавил из себя грустный, впрочем как и все, Макар, — мы бы его не смогли спасти даже если бы выброса не было, что уж говорить об этой ситуации, когда до выброса оставались считанные секунды, я уже видел столб света, идущий от ЧАЭС и теряющийся в небе, но все равно жаль.
— Да, — протянул Феникс, — кто же мог подумать, что Прохвост закончит таким образом.
Все замолчали, Стас молча выпил из фляги, которую достал из рюкзака и передал остальным, я извинился, но отказался пить, ибо крепче сока не выпивал ничего и никогда.
Через час выброс закончился, и мы, наконец, вышли на улицу из не гостеприимного подвала, на месте нашего товарища нашелся неизвестный артефакт.
— Хм, — заинтересовался Тучка, он был не разговорчив, но, видимо выпитый алкоголь подействовал, — дозиметр молчит, а сам артефакт похож на смесь души и пружины, или маминых бус, непонятно. Не радиоактивен, интересно, как получилась такая смесь?
— Я видел, когда Макар меня утягивал, как из карусели вырост столб огня.
— Значит, это двойная аномалия, вероятно во время выброса одна зародилась в другой. Сухарик, забирай его себе, тебе любая защита нужна, но сначала…
Он достал коробочку, закрыл в ней артефакт и протянул мне.
— Это контейнер артефактов, повесь к себе на пояс, он минимизирует возможные негативные эффекты.
Я сделал все, как и просил товарищ, и мы вошли в соседний корпус дома, там внизу была упрятана гермодверь, запертая на кодовый замок.
— Ну и как ты собрался пробираться внутрь? Кода то у тебя нет.
— Как раз-таки код есть, тут ты ошибся. Перед выходом мне на кпк Инк скинул коды от этих дверей, это запасной проход на юг.
Улыбнувшись, Макар ввел код, и мы вошли в нее, направив стволы и фонари внутрь узкого темного коридора. Он вскоре расширился и разделился на три ветки, из одной мы вышли, одна шла на юг, другая — на восток. В туннеле что шел на юг сразу шел уклон вниз со ступеньками, но он был затоплен. Вода доходила почти до верха ступеней, в ней плавали обломки нескольких ящиков.
— Черт, — тихо сказал Стас, — я надеялся выйти на агропроме, но, видимо, затопление, которое организовал Шрам, дошло и до сюда. Придется идти на армейские склады, но там неудобный выход, ладно, делать нечего, как-нибудь прорвемся.
Мы молча прокрутили заржавевший вентиль гермодвери и вошли в большой тоннель.
Туннель тускло подсвечивали кислотные аномалии, пахло сыростью и затхлостью, чувствовалось что это помещение было законсервировано, и вентиляция плохо справлялась, с потолка иногда падали одинокие капли, отдаваясь гулким эхом в мертвом тоннеле. Он был частично в воде, она стояла по щиколодку, возможно, при затоплении туннеля под Агропромом, часть воды прошла сюда, а может, просто скопилась за годы.
— За мной, — едва слышным шепотом проговорил Макар, нарушать тишину не хотелось, — только тише, мало ли кто здесь обитает. Нам идти всего несколько километров.
— А может все-таки поговорим? Тихонько
— Нет, — оборвал Феникса Стас, — бери пример с Тучки. Потерпи.
Через десять метров мы вышли из воды, и, стараясь особо не шуметь при передвижении, побрели по коридорам, вокруг никого не было, да и откуда здесь кто-то вообще мог взяться? Я не мог этого понять, хоть друзья и рассказывали, что в подобного рода подземках любят поселяться разные страшные мутанты, которые любят такие места. Мне все равно этого не понять, во всяком случае, до того момента, как я сам не увижу обратного, надеюсь, это не произойдет.