Самир

Его рука согревала и была приятной на ощупь. Прикосновение, как ни странно, дарило успокоение.
– Почему я? Ведь ваши мужчины предпочитают жениться на своих землячках? – наверное, следовало бы спрашивать о чём-то другом, а не о таких глупостях, но этот вопрос мучил меня уже очень давно.
– Не все. В моём роду были и русские женщины, и украинки, и немки. Была даже одна гречанка – моя бабушка. Мужчины нашего рода сильны, выносливы и здоровы именно благодаря свежей крови. Если жениться только на своих, рано или поздно нация начнёт слабеть и вырождаться.
Слушала его, открыв рот, и поражалась убеждениям этого мужчины. Он, действительно, далеко не прост.
– И что, только из-за «свежей крови» ты выбрал меня?
Он усмехнулся, блеснул белыми зубами.
– Нет, конечно. Твой отец попал в неприятную ситуацию и чуть не лишился своего бизнеса. Я помог ему сохранить дело всей жизни, и в счёт оплаты долга он предложил мне тебя, – Самир говорил об этом так спокойно и непринужденно, что, если не понимать смысл его слов, можно подумать, будто он болтал о погоде.
И то, о чём он говорил было для меня новостью. Потому что отец всегда говорил, будто Самир сам потребовал меня в жёны. Разумеется, он не виделся со мной до совершеннолетия, но договорённость действовала уже давно.
– Это неправда, – проговорила еле слышно, буравя его хмурым взглядом. – Отец не мог предложить меня сам. Это вы… Ты потребовал. Ведь так?
Самир вздохнул, покачал головой.
– Нет. Именно твой отец был инициатором. Я, как ты понимаешь, не думал тогда о тебе, как о будущей жене. Я не педофил, Анастасия, – в карих глазах промелькнуло что-то нехорошее, а рука, сжимающая мои пальцы, напряглась. – За бокалом коньяка я рассказал твоему отцу, что через несколько лет планирую жениться. Он поделился со мной планами на тебя. Поведал, что хотел бы выдать тебя за достойного мужчину, вроде меня. Разумеется, изначально я отнёсся к этому скептически. Даже дал ему время и согласился на возвращение долга частями. А потом, когда тебе исполнилось восемнадцать, он пригласил меня на… Ммм… Как это у вас называется? Смотрины? Так я увидел тебя и, кажется, влюбился, – на его губах заиграла улыбка, природу которой я пока не понимала. Да и вообще, не видела в этой ситуации ничего забавного.
Сердце пропустило пару сильных ударов и сжалось от обиды на папу. Отчего-то я верила Самиру. Отец мог так поступить. Особенно, если учесть, что он никогда меня не любил, как свою дочь. Я была чем-то вроде проекта. Долгом.
– Мне жаль, что тебе пришлось это услышать, Настя. Но и лгать нет смысла. Я, если честно, не верил до последнего, что он отдаст мне тебя. Думал, передумает и решит отдать деньгами. Но, как видишь…
– И что было бы тогда? Ты взял бы деньгами? – не узнав свой голос, прокашлялась.
Самир задумчиво почесал свою бороду, поднял на меня хитрый взгляд.
– После того, как увидел такую красавицу? Нет. Я бы всё равно заполучил тебя. Любым способом.
По спине пробежал холодок, и я невольно сжалась всем телом. Ох, как же непрост он… И я всё ещё его не знала. Лучше бы и не пыталась узнать. Только ещё сильнее себя запугала.
– Я примерю платье… – попыталась освободить свою руку, но пальцы Самира вдруг цепко обвили моё запястье, а лицо приблизилось к моему.
– Ты слишком юна и неопытна. Тебе страшно, и этого не изменить болтовнёй. Пройдёт время, и ты научишься быть моей женой. Поверь мне, это не так сложно, как кажется сейчас. У твоих ног будет лежать полмира, только попроси. А сейчас иди, надень это долбанное платье и выходи ко мне. Хочу на тебя посмотреть.
От его взгляда, ставшего за одно мгновение каким-то жутким и диким, мне стало нехорошо. Нет, не показалось… Я увидела его настоящего. Это длилось каких-то пару секунд, но врезалось в память, кажется, на всю жизнь.
ГЛАВА 4
Наблюдая за хрупкой девушкой в белом красивом платье, я не узнавала её. Даже румяна и слой косметики не смогли скрыть неестественную бледность и лихорадочный блеск глаз. Она, эта девушка, совершенно точно не я. Но отчего же так хотелось плакать, глядя на невесту?
Такое ощущение, что я не замуж выходила, а шла на плаху в этом дизайнерском наряде для принцесс. И мне не хотелось быть принцессой. Не хотелось быть красивой в день своей свадьбы. Потому что Самир пожирал меня своими глазами, и я отчётливо видела в их темноте свою клетку. Золотую и красивую, устеленную золотом, дорогими побрякушками и шмотками, вроде этого платья, но всё же клетку.
Огромный зал дворца, где должна была состояться свадьба, шикарен. Создавалось впечатление, что для его украшения тут работала целая команда дизайнеров. И это не какая-то там банальщина, вроде шариков и плакатов, почти все украшения сделаны были из живых цветов, что красивыми шлейфами опутывали столы, стены, даже потолок. Огромные сердца из алых роз и Купидоны из них же свисали с потолка на невидимых нитях, и казалось, будто они парят в воздухе. Все декорации в тёплых цветовых гаммах и я, даже приглядевшись, не узнавала эти цветы.
Здесь было слишком красиво, слишком пафосно… Всё тут слишком.
Самир с кем-то разговаривал, кому-то пожимал руку, а кому-то и вовсе отвешивал комплименты, как той кокетливой даме в синем платье. И вроде бы он не душил меня своим вниманием, но я ощущала его взгляды на своей коже. Они будто клеймо на мне выжигали. И невыносимо хотелось сбежать. Содрать с себя свадебный наряд, и выброситься в окно.
Глупо, конечно. И дело даже не в том, что я опасалась прогневить Самира, а в том, что здание охранялось, как Белый дом в США. С каждой минутой, проведённой рядом с этим мужчиной, я понимала, насколько он не прост. Присутствие на свадьбе мэра города с его супругой также говорило о многом.
Хватила с подноса у проходящего мимо официанта бокал с шампанским и выпила залпом. Выдохнув, попыталась привести сердцебиение в норму. Мне ещё церемонию выстоять да празднество продержаться.
Внимание привлекла девушка в длинном чёрном платье. Высокая, изящная, с красивыми длинными локонами, свободно спадающими по плечам белым облаком. Очень красивая. Но не этим цепляла взгляд. Она смотрела в нашу сторону, а по её щекам лились слёзы. В глазах девушки было столько боли, что можно утопить целый мир.
– Куда ты смотришь? – ко мне обратился Самир, и я растерянно повернулась к нему.
– Там девушка… – обернулась назад, но её уже нигде не было.
Он проследил за моим взглядом, осмотрел шумную толпу гостей.
– Там много девушек. Но не будем отвлекаться. Иди ко мне, – привлек к себе за талию, а мне показалось, будто стальной обруч сжимает тело. – Сейчас короткая церемония, и мы, наконец, поедим. Я голоден, как волк, – улыбается широко, искренне, притягивает мой взгляд этой улыбкой. Красив, чего уж там…
– Как, уже? – бормочу растерянно, заставляя себя оторвать взгляд от его губ. – А твои родственники… Их не будет?
Самир беззаботно пожимает плечами.
– С ними я познакомлю тебя позже. Вся эта показуха не для семьи, понимаешь? – видит по моему лицу, что ничего я не понимаю, целует в лоб, положив на мой затылок свою тяжёлую руку. – Ничего, скоро ты привыкнешь быть моей женой. Это не так страшно.
– Да, – киваю покорно. – Ты говорил уже…
– Правда? – он спросил меня, но смотрел куда-то вдаль. Нехорошо так смотрел, со злым прищуром и играющими скулами. – Хорошо, Настенька. Пойдём, – куда-то увлекая меня, а я с ужасом взирала на нарядную регистраторшу, ожидающую нас у алтаря, украшенного ставшими в одно мгновение  ненавистными цветами.
Сейчас? Вот прямо в эту минуту?  Я не готова. Не готова! Но рука Самира держала цепко. Казалось, будто его пальцы впивались мне в кожу сквозь одежду. Наступила бы паническая атака, если бы я не успокоилась.
Обвела взглядом помещение, чинных гостей, которых для «скромной» церемонии слишком много, искала взглядом отца. Ну, а вдруг? Неужели он даже не попытался поговорить с Самиром? Хотя бы выдал меня замуж, как полагается родителю… Но нет. Никого из знакомых, никого, кому бы моя судьба была небезразлична. Лишь мужчина, ведущий меня под венец.