Вайпер (СИ)
— Фиби. Ее звали Фиби. И чтобы избавить тебя от мучений, я знаю, что ты умираешь, как хочешь спросить, но, вероятно, не будешь, мы встречались три года.
— Три года? — Блядь, это было как… двадцать один год в собачьей жизни. Я не мог представить, что просыпаюсь с одним и тем же человеком и…
— Ты в шоке?
— Нет.
— Лжец, — сказал Хейло с улыбкой, я попытался представить, что проснусь и не увижу его лицо.— Но она хотела другого для меня. Или точнее решила за меня. Она думала, что я зря трачу свое время в дешевых барах, когда могу делать карьеру как у моей мамы. Играть в оркестрах.
Я слушал все, что говорил Хейло, но вместо того, чтобы сказать что-то отдаленно умное…
— Она была не права. Твое место не оркестровая яма. Твое место главная сцена, Ангел. Под прожекторами.
Хейло издал довольный вздох.
— Ты помнишь ту ночь у Ли, когда ты говорил, что люди, глядя на меня, на нас, начнут гадать, кто я для тебя?
Я кивнул. Я умышленно разыграл его тогда, и это сработало. В тот день он выглядел испуганным, что гости ресторана могут подумать, будто мы вместе. Но сегодня, когда Хейло наклонился ко мне, в его глазах не было беспокойства, даже намека.
— Сегодня, блядь, я бы хотел рассказать об этом, всем, — сказал он.
ГЛАВА 19
ХЕЙЛО
Первое что я услышал следующим утром — мягкое бренчание гитары. Это был красивый звук, один из моих самых любимых в мире, хотя сама мелодия была незнакома.
Я держал глаза закрытыми, не желая прерывать Вайпера, позволил музыке расслабить меня, и мысли вернулись к прошлому вечеру, когда он, наконец, признал, что мы свидании.
Да, вечный холостяк и главный «плохой» мальчик группы пошел на официальное свидание, и каким-то образом, при наличии огромного выбора, он выбрал меня. Эта мысль отозвалась миллионом бабочек в моем животе, и хотя мы выходили вдвоем и ранее, вчера все было иначе. Ради Бога, он открыл мне дверь, я знал, что это удивило его так же сильно, как и меня.
Так или иначе, за последние несколько недель, прошедших с тех пор, как мы прибыли в Майами, я справился с шоком от того, что влюбился в мужчину, хотя во многом все прошло легко так, как никто из нашего круга не переживал, что происходит с Вайпером. Конечно, ребята по очереди упражнялись в остроумии, но Вайпер заверил меня, что они вели бы себя так же, независимо от пола предмета их шуток. Но в глубине души я размышлял, что произойдет, когда мы вернемся в Нью-Йорк. Здесь мы находились в безопасности, словно в пузыре, но что случится, когда мы рискнем выйти за его пределы? Что скажет моя семья? Мои друзья?
И что более важно, продолжим ли мы с Вайпером, что бы это ни было, начатое в Майами, когда вернемся в реальность?
Устав от круговорота мыслей «что-если», я открыл глаза и увидел сидящего в кресле обнаженного Вайпера, с моей новой гитарой на коленях. Рассвет только наступал, солнечный свет проникал через стыки занавесок, давая мне возможность рассмотреть его.
Черт, он был прекрасен. Никогда не думал, что когда-то буду ассоциировать подобное слово с мужчиной, и Вайпер вряд ли согласится со мной, но это было правдой. Каждый сантиметр его гладкой оливковой кожи был на обозрении, и что меня удивляло, почему Вайпер не был покрыт татуировками — хотя бы теми, что предназначены для частного просмотра. Нет, единственное, что было скрыто, спрятано на его теле — пирсинг принца Альберта в головке члена, и это безусловно, было приятным сюрпризом, особенно потому, что он знал как его использовать. От мысли о нем внутри меня, по всему телу прошла дрожь, и я облизал губы. Небольшое движение тут же привлекло внимание Вайпера.
Он поднял глаза на меня. Пряди темных волос спадали на его лицо, но когда он увидел, что я проснулся, убрал их за ухо. Мы молча смотрели друг на друга долгое время. Я задался вопросом, что он делал в такую рань, но так как мелодия которую он играл, была незнакома, решил, что его поразило вдохновение, как это иногда случилось во сне.
— Вайпер крестит моего нового ребеночка, как я посмотрю. — Я лениво улыбнулся ему, не возражая провести так все утро, лежать и слушать его.
— Просто играю для себя. Что я и делаю довольно часто, — сказал он, подмигнув мне.
— М-м-м. — Я перекатился на спину, чтобы лучше рассмотреть его. — Не останавливайся из-за меня.
Вайпер провел рукой по волосам, и когда снова наклонился над гитарой и начал играть, я потянулся и сбросил теплое покрывало. Холодный воздух скользнул по моему обнаженному телу. Наклонив голову, я посмотрел на Вайпера, он поднял глаза, которые тут же потемнели.
— Ангел… — Это звучало как предупреждение, от чего мне захотелось пойти еще дальше.
Он продолжил играть, не отрывая взгляда, под его пристальным вниманием мой член зашевелился, и я решил присоединиться к Вайперу, и тоже пустить руки на благое дело.
Поднеся руку к своей шее и не спуская глаз с лица Вайпера, я скользнул пальцами по горлу, а затем по груди, сделав остановку, сжал сосок. Вайпер облизнул губы и прекратил перебирать струны пальцами, а я остановил свои.
— Ты играешь, я играю, — сказал я, он долго смотрел на меня, затем покачал головой.
— Проснулся искуситель?
Мелодия зазвучала снова, я зажал сосок между большим и указательным пальцами, затем ладонью скользнул по животу. Когда кончики пальцев достигли курчавых волос, по всей комнате раздалось низкое рычание, и я удовлетворенно улыбнулся.
Чувствуя каждую частицу горящего взгляда Вайпера, я поднес руку ко рту и засосал два пальца глубоко в рот. Мелодия зазвучала невнятно, но Вайпер смог вернуть ее в нужное русло. Влажными пальцами я взял растущую эрекцию и Вайпер чертыхнулся.
Я застонал и изогнулся, сжал кулак, скользя рукой вверх и вниз по всей длине члена, но когда мелодичное звучание прекратилось, я остановился.
— Отнесись к этому серьезно. «Ты играешь, я играю», ок?
Вайпер покачал головой и снова дернул струны, я вернулся к члену.
Вайпер, не прекращая играть, встал со стула и подошел к краю кровати, заслонив свет. Я извивался под его тенью, наслаждаясь под пристальным взглядом. То как он следил за мной, как прикусил губу, словно изо всех сил пытаясь не выдать: «трахни свой кулак» и не прыгнуть в постель для дегустации. Я бы никогда не стал возражать против его компании, но, черт, его взгляд, не испускающий ни одного движения, пока я ублажал себя, был обжигающим настолько, что предэкулянт уже покрывал всю длину моей эрекции.
Я подстроил свои движения под такт музыки, медленной соблазнительной мелодии, скользя рукой от основания члена до головки в мучительном темпе. Вайпер не мог оторвать глаз от моей ладони, и чем дольше он играл, тем быстрее становилась музыка. Не уверен, что Вайпер заметил изменения, когда я начал дрочить свой член с большей скоростью, чем раньше, но когда я приблизился к оргазму, услышал:
— Черт, это сексуально, Ангел.
Раздвинув ноги, продолжая гладить себя одной рукой, а другую протянул вниз, ведя пальцами по промежности, а Вайпер коленом коснулся матраса. Он был очень близко, но обладая серьезным уровнем самоконтроля, просто наблюдал, но гитара выдавала его — находилась под таким углом, который позволял видеть его твердый сильный ствол.
Это напомнило мне, как я дрочил на Вайпера, просматривая концерт «ТБД» на своем ноутбуке, и теперь, вот он, здесь воплоти, достаточно протянуть руку и коснуться его, и поглощал каждое мое движение. Он заставил меня почувствовать себя самым везучим ублюдком на планете. Я вдруг захотел его ближе, меня перестало устраивать расстояние с пропасть между нами.
Отпустив свой член, я подполз к краю кровати и сел на колени. Когда между нами осталось несколько сантиметров, я снова обхватил свою эрекцию. Капля пота стекла по коже моей шеи, Вайпер наклонился, слизнув влагу языком, пустив дрожь по телу.