Забыть нельзя, влюбиться невозможно (СИ)

- С ума сойти! Твой сын наркоман оказался умнее и сообразительней нас двоих, – покачал я головой, поигрывая желваками. – Рустам, я его прикончу. Если увижу рядом с Дашей, шею твоему щенку сверну.
- Не смей, иначе нашему договору конец.
- Тогда шевелись и ищи своего отпрыска. Очень советую найти его раньше меня. Потому что в этот раз разговорами я не обойдусь.
Я разворачиваюсь, не желая продолжать. Галстук неожиданно начинает давить, пиджак становится тесным, и мне приходится его расстегнуть. Внутри клокочет злость. Кулаки чешутся от желания съездить кому-нибудь по роже.
Твою мать, когда-нибудь нам будет спокойствие от этой семейки?
По дороге в зал звоню Виктору, прошу собрать своих ребят и быть начеку. Потому что, сука, чую, что-то не так.
- Я недалеко от твоего офиса, возьму пару ребят и приеду, – тут же реагирует Сташевский, понимая, что без причины я его дергать не стал бы.
- Давай. Надо, что бы все входы и выходы мониторились. Надо его найти, Витек.
Нажимаю в лифте нужный мне этаж и приваливаюсь затылком к холодному зеркалу. Не спокойно мне. Очень неспокойно. Меня буквально потряхивает всего от осознания, как мы просчитались. Чертов наркоман!
- Надо было сразу ему шею свернуть! – злится друг, а на заднем фоне слышу шум улицы. – Я уже в машине, скоро буду.
- Кто же знал, что у него хватит мозгов вытворить такую херню.
Сердце покалывает нехорошее предчувствие. Не зря Даша тоже с самого утра на нервах. Просто перед приёмом так не волнуются. И от мысли, что я не прислушался к ней, становится тошно.
В зале все так же многолюдно. Прием уже длится почти три часа, но никто не желает пока его покидать. Первым делом пытаюсь высмотреть в толпе Дашу с детьми. Мать с сестрой вижу и неподалеку Генка с Настькой, но моих нет. Поднимается дикая паника, ноги сами несут к первому попавшемуся парню из охраны.
- Жена моя с детьми где? Видел их?
Парень в черном костюме ответить не успевает.
- Пап! – слышу со спины голос сына и выдыхаю, но не надолго. Потому что оборачиваюсь и понимаю, что он один.
- Даня, где Даша? И Лисенок.
- Лиза попросилась в туалет, я ее отвел и ждал у двери, когда тебя увидел. Так, а Даша же к тебе пошла…
- Куда ко мне?! – внутри все холодеет.
- Не знаю, пап. Записку ей принесли, она прочитала, начала улыбаться. Я сказал, что ты просил ее не оставлять, – Даня пожимает плечами, – она сказала, что пошла к тебе и вы скоро вернетесь.
Внутренности скрутило узлом, а в голове забили тревожные барабаны. Куда она пошла? Какая, мать его, записка! Я точно никуда ее не звал и вообще не хотел, чтобы она покидала банкетный зал.
- Не сказала, куда? – голос просел. Пульс зашкаливает. Даня машет головой, а я срываюсь с места и мчу в служебное помещение.
Камеры. Этот бизнес-центр напичкан ими на каждом этаже и каждом повороте.
Внутри вопит отчаянье и страх. Не просто так, ох, не просто.
Даша
Несмотря на то, что на улице холодно, меня стремительно бросает в жар. Его силуэт выделяется на фоне темнеющего неба.
Парень стоит в смокинге, модная укладка, начищенные ботинки. Он одет, как гость приема. Стас стоит почти у самого края крыши. На самой грани.
- Что ты здесь делаешь?
Незачем с ним разговаривать, Даша. Беги отсюда. Инстинкт самосохранения кричит, требуя бежать, но я словно вросла в бетон. Ноги отяжелели и не хотят двигаться.
Не помог. Разговор с отцом не помог. Я же говорила, я знала, что он безумен и втайне чего-то такого и ждала. Отец ему уже не власть, вся власть Стаса теперь наркотики. Он слушает только их.
- Пришел повидаться. Я соскучился. А ты разве нет?
Парень улыбнулся, отчего красивое лицо исказила жуткая гримаса.
- Твой отец, он же…
- Мой отец оказался эгоистичной сволочью. Его своя задница больше беспокоит, чем я.
- Ты неправ.
Беги, твою мать, Даша, беги! Его не вразумить. Он конченый человек, и ты только оттягиваешь неминуемое.
- Прав. Но с ним я разберусь потом. Он тоже мне за все ответит еще. Сначала сведу счеты с другим нашим общим знакомым.
Конечно, я догадываюсь, кто этот знакомый.
- Я, конечно, лично с твоим милым Александром еще не встречался, но, думаю, он не обрадуется моему визиту, - засмеялся парень одной ему понятной шутке. – Тебе не кажется, что слишком уж много он на себя берет…
- Хватит, Стас, – прерываю бывшего. – Я ухожу.
Собираю все остатки силы воли и разворачиваюсь на каблуках в попытке уйти. Делаю целый шаг. Внутри просыпается надежда, что мне удастся выйти из этой ловушки, когда слышу выстрел. Металлический скрежет и оглушительно громкий хлопок.
Я вскрикиваю, сжимаюсь от страха и хватаюсь за голову, потому что пуля ударяет по бетону всего в паре метров от меня, откалывая кусочек и поднимая пыль. По сердцу ударяет адреналин.
- Лучше бы тебе не двигаться, - смеется бывший.
- Что ты творишь? - шепчу в ужасе, поворачиваясь.
Глаза округляются, готовые выпасть из орбит, когда понимаю, что он целится в меня. В вытянутой дрожащей руке держит несчастный пистолет. Чудо, что он попал в бетон. Чуть левее, и пуля бы прошила меня насквозь. Между нами пару метров, но я буквально ощущаю, как дуло устремлено прямо в сердце, которое разрывает грудную клетку от страха. Пульс зашкаливает, и когда парень машет рукой с пистолетом, в висках начинает стучать.
- Стас, отпусти пистолет. Не делай глупостей, – шепчу сдавленным голосом. Истеричные нотки пробиваются наружу, а губы начинают мелко трястись в поступающих рыданиях.
Поднимаю руки в примирительном жесте.
- Страшно, да, Уль?
- Страшно, – я сглатываю ком. Какой бы смелой я ни была, но перед оружием не устоит никто.
Меня трясет. Всю. Колени подгибаются, когда понимаю, что осталась один на один с сумасшедшим бывшим и никто не знает, где меня искать. Руки, вцепившиеся в волосы, ходят ходуном.
- Как тебе моя идея с запиской? Понравилось? – хохочет Стас, размахивая пистолетом направо и налево. – Я знал, что ты решишь, будто это твой любовничек написал.
- Стас, пожалуйста, отпусти пистолет. Давай поговорим спокойно, – выдавливаю из себя севшим голосом.
Нужно тянуть время. Рано или поздно Алекс сообразит, что что-то не так. Он найдет меня. Точно найдет.
- Знаешь, Уль, а я ведь на тебя не обижаюсь.
- Я не хотела ничего плохого тебе, Стас, я просто хотела жить спокойно, – из горла вырывается крик, а по щекам скатываются первые капли горьких слез. Потёкшая тушь попадает в глаза и больно режет. Однако у меня есть проблемы повесомей, чем испорченный макияж.
- Во всем виноват твой мужик. Из-за него папашка засунул меня в наркоманскую клинику, а я ведь здоров.
Парень раскинул руки, поворачиваясь вокруг себя. В стремлении показать свою адекватность, он на мгновение теряет равновесие. Пошатнувшись, чуть не летит вниз, и я понимаю, лучшего шанса не будет. Забывая про мешающий подол, про высокий каблук, действуя на одних инстинктах, я дергаюсь в его сторону в надежде выбить несчастную железяку из его рук. В считанные секунды подбегаю к бывшему и хватаю за руку, дергая. Завязывается упрямая борьба. Борьба на самом краю крыши пятидесятиэтажного  здания. Один неверный шаг, и мы камнем полетим вниз.
Чувствую, как ломаю ногти, впиваясь в руки парня, как его цепкие пальцы сдавливают до синяков мое запястье и дергают.
- Хватит! – кричу я, вырываясь, машу руками во все стороны, проезжаю ладонью по лицу Стаса, оставляя кровавые борозды.
- Сука! – удар в лицо был неожиданностью.
В ушах начинает звенеть. Я чувству, как горячая струйка крови течет вниз по подбородку. Губа рассечена. Боль и шум в ушах на мгновение заставляют ослабить хватку, что и становится раковым промедлением.
- Не так быстро! – рычит бывший, хватая за волосы. Разворачивает к себе спиной, и зажимает рукой горло, с силой сдавливая, упирая дуло пистолета в висок. – Дура! Тебе меня не одолеть.