Безжалостное предложение (ЛП)

— Я знаю о шраме. Я просто никогда не думал, что это как-то повлияло на колено. Что было глупо, учитывая рубцы. Но в своё оправдание могу сказать, что тебя это, кажется, не беспокоит, так как ходишь ты без проблем и довольно гибкая — это я могу лично засвидетельствовать.
Его комментарий вернул Клео на две ночи назад. Тогда они занимались сексом посреди спальни без стены в качестве опоры — Данте руками поддерживал её зад, а Клео обхватила его талию ногами. Это было свидетельством его силы и её гибкости. Только после их оргазма они опустились на ковёр. Клео покраснела от воспоминаний и почувствовала жар, вспомнив, насколько интенсивным был тот секс — страх падения, в сочетании с возбуждением от поддержания ритма и равновесия.
— В любом случае, — сказала она, надеясь отвлечь их от воспоминаний и вернуться к сути дела, — колено не беспокоит меня, если я не напрягаю его, но, поверь мне, эта штука сейзе напрягла его очень сильно.
— Сколько лет травме? — спросил Данте. Похоже, он чувствовал себя неловко. Вероятно из-за того, что он вынужден задать ей личный вопрос, чтобы выглядеть — и возможно, чувствовать себя — менее равнодушным мудаком.
— Это произошло около трёх лет назад. — Клео невольно скривила губы, вспомнив падение, которое разрушило её мечты.
— Что случилось?
И снова вопрос прозвучал так, словно его вырвали из уст. Данте явно не нравилось спрашивать, и вероятно, не интересовал ответ.
— Несчастный случай, в результате которого я нуждалась в операции. Конец. Вам не нужно задавать вопросы, сэр. Вы проявили интерес. Я отметила.
Данте ничего не сказал, просто смотрел на неё очень долго, и это красивое лицо сводило с ума.
— Хорошо, пусть так. — Он пожал плечами. — Мы возвращаемся в отель.
— Тебе не нужно возвращаться. Я могу сама это сделать.
— Не сомневаюсь, — согласился он. — Но я и сам устал.
— Ты? — спросила она шёпотом.
Его губы изогнулись в сексуальной, кот-который-наелся-сливок, улыбке.
— Что? — спросила она, хотя точно знала, что он имел в виду.
— Я вроде как устал, — объяснил он, хотя выражение его лица говорило совсем другое. — Но к тому времени, как мы вернёмся в отель, я, возможно, обрету второе дыхание.
«Конечно же, так и будет».
И так оно и было.
______________________________
Сегодня завтрак проходил по-другому. Обычно еду, которую приносили в номер, они съедали в спешке, пока Данте диктовал Клео список дел на день. Сегодня, когда все срочные дела остались позади, а воспоминания о фантастическом сексе прошлой ночью всё ещё пульсируют между ними, всё казалось странным. Другим. Неправильным. Они словно оказались в небытии, где всё  улажено и не осталось ничего другого, кроме как наслаждаться редким моментом тишины и покоя.
Только всё было не мирным и слишком тихим.
Клео проглотила кусочек тоста, который походил на наждачную бумагу, когда заскользил по её горлу, и запила его апельсиновым соком, удивлялась собственной нервозности.
Она встала и беспокойно подошла к огромным французским окнам. Рядом стояли кресла в стиле барокко, хранящие с предыдущих ночей довольно похабные воспоминания. Над городом висел смог, но он никак не мешал жизни Токио. Клео жадно прочитала свой путеводитель от корки до корки, старательно загибая страницы с местами, которые  хотела увидеть, пообещав себе, что когда-нибудь вернётся сюда. Она знала — это вряд ли произойдёт, и считала, что ей повезло увидеть хоть немного этого удивительного города.
— Мисс Найт. — Тихий голос Данте вторгся в её мысли.
Клео подумала, звал ли он её мисс Найт, потому что снова забыл имя. Абсолютная нелепость —  мужчина знал её тело лучше, чем она сама, и при этом обращался к ней так официально — вызвал у неё тихий истерический смех. Но она заглушила его, нутром почувствовав, что сейчас он не оценит юмор.
Скрывая гримасу боли из-за ноющего колена, она повернулась к Данте. Конечно же, твёрдый подбородок и напряжённая линия челюсти подтвердили, что он готов к Серьёзному Разговору.
— Стоп. — Она подняла руку и он остановился. — Не говори. Дай угадаю: это было весело, пока продолжалось, но сейчас все закончилось, и мы никогда не будем обсуждать это снова. Как я справилась?
— Я требую, чтобы ты подписала соглашение о неразглашении, — сухо сказал Данте.
У Клео перехватило дыхание. Она почувствовала себя такой возмущённой, оскорблённой, и — шокирующе — обиженной.
— А что, если я не подпишу? — спросила она одеревеневшими губами. — Я имею в виду, разве такие договоры не подписывают до того, как люди сделают то, что должны скрывать?
— Обычно да, но мы побывали в постели прежде, чем у меня появилась возможность подумать, что между нами могут быть сексуальные отношения. Мы не подходим друг другу. Ты не мой обычный… — Данте замолчал, поняв, как прозвучат его следующие слова. Но даже если он не сказал это, они парили между ними, как неприятный запах.
— Я не твой обычный тип, — закончила Клео за него. — Поэтому не думал, что мы закончим тем, что вынесем друг другу мозги, и, значит, не защитил себя, как делал обычно. Ты всех своих любовниц заставляешь подписывать соглашение о неразглашении, прежде чем спать с ними? — воинственно спросила она.
Данте сжал челюсти.
— Обычно.
 Жёсткий односложный ответ удивил Клео.
— Да? Со всеми?
 Казалось, у Данте не было недостатка в партнёршах, и мысль о том, что он каждый раз проходит через эту неприятную сцену со всеми, была немного отвратительна.