Люби меня полностью (СИ)

— Ага, только сейчас придется заявление, а то нам потом же и вставят.
Поморщился, но понял, что без этого не обойтись. Потратил еще гребанных полчаса, прежде чем понесся с восточной окраины к северной, за моей козявкой.
Только бы, нахрен, всё закончилось хорошо. Только бы с ней ничего не случилось…
В Дом мы с Костей вошли под видом клиентов. Зря я, наверное, его притащил, потому что помощник из него сразу сделался никакой. Друг таращился на доминантов и сабмиссивов в амуниции, на стены с подвешенной атрибутикой. И некогда было объяснять ему, что всё это декорации… Потому что это не так.
— Кость, я найду управляющего, а ты побудь пожалуй здесь, — ну не хотелось мне тащить его дальше, в зал торгов, в комнату с клетками для лотов, ведь в одной из них могла сидеть Полина.
— Нет, — прохрипел Костя. — Я до конца. Веди.
Твою мать, объяснения предстоят еще жёстче, чем я рассчитывал.
— Ну, ладно, только…
— Что?
— Не удивляйся ничему. Это… для атмосферы больше.
— Угу. Ты за себя переживай, а не за меня.
Я заткнулся и, проталкиваясь через многочисленных клиентов, пошел к административным помещениям. Довольно быстро нашел управляющего и через Мезурова получил доступ к клеткам.
Полины там не оказалось.
Раздраженно сунул её фотографию под нос управляющего, еще надеясь, что мы каким-то лядом успели приехать в Дом раньше, чем доставили её! Но по глазам управляющего, по его узнаванию фотографии, понял, что мы приехали поздно…
— Где она?
— Её уже купили. Анонимный аук для садистов. Извини, даже сказать не смогу, кто покупатель.
Хотелось завыть! Разнести к чертям весь Дом! Сдохнуть, нахрен.
— По-че-му? Почему анонимный?! Почему им?
— Поступила, как бесконтрактная, утильная. А у меня приказ избавляться от таких в первую очередь…
— Приказ от кого?
В ответ только выразительный взгляд вверх.
Ясно, Мезуров.
Я заскрипел зубами, злясь, что этот садюга не дожал свою империю до конца, не сберег мою нижнюю, хотя я, нахрен, просил! А мы оба знаем, сколько стоит моя просьба и его помощь!
Я же обанкрочу урода, распущу по нитке, нахрен!
— Олег! — в трубку я уже ревел, не стесняясь внезапно побледневшего и затрясшегося управляющегося. — Какого хрена? Почему она сразу пошла на аукцион, как бесхозная? Она МОЯ!
— Не бесхозная, а как утиль, — поправил Костя, наблюдая за управляющим.
— Не кричи, Сань. Какой утиль? У меня все поступающие девочки контрактные. Все аукционы документально фиксируются. Не бывает у меня проходного товара. Я давно перестал работать без принципов…
— А вот твой управляющий…
Тот дёрнулся и побежал. Я успел сделать подсечку, а Костя подхватил его за воротник. Но охранник мгновенно среагировал, засвистев в свисток и набросившись на нас. Уже было не до разговоров. Мы сцепились с Костяном против подоспевших охранников, троих взял он, двоих я. Но управляющий ускользнул, сука.
Отбив нам с другом бока, уцелевшие двое гандонов скрутили нас ремнями и привалили к стене в кабинете управляющего. Сам он так и не появился, зато через час к нам вошел Мезуров.
— Ну что у меня за секьюрити, а? Вы вдвоем троих повалили, а оставшиеся отпрашиваются в травмпункт. Сами как? Врача вызвать?
— Я норм. Кость?
— Всё в порядке. Сопливые у тебя секьюрити, — презрительно сплюнул он с кровью.
Значит, зубов не досчитается.
Олег кивнул своим сопровождающим и сел в кресло управляющего.
— Значит, слушай, Саня. Я не в курсе был подпольной работорговли между Домами. Сейчас всех управляющих взяли и отвезли в лес, поговорить…
— Закопать что ли? — напрягся Костя, незнакомый ни с Мезуровым, ни с его делами.
Олег тоже этот момент учел, цокнул языком, разглядывая Костю:
— Нет, поговорить и на шашлыки. Зачем еще в лес ездить?
— Шашлыки? Ночью? — тупил Костя, а я начал подозревать у него еще и сотрясение мозга.
— Кость…
— Ничего, они на машинах, включат фары, чтобы не промахнуться, нанизывая мясо на шампура.
— А.
— Угу… Так вот, Сань. Документации действительно нет, не могу тебе сказать имя покупателя. Но у нас всё пишется помимо видеонаблюдения управляющего. Имя не дам, а вот морду сфотографирую.
Фух! Я даже на это не надеялся!
— Когда?
— Сейчас ребята перемотают запись и принесут. А вы пока отряхнитесь… По вам ходили что ли? Ну что за нахрен? Никаких, в задницу, манер! Кто по гостям топчется?! Напиток за счет заведения, парни. И, Сань, я надеюсь, это, — Олег развел руками, показывая на стены Дома, — не повлияет на наши рабочие моменты?
— Помоги мне достать мою девчонку. Не могу я полицию сюда подтягивать, это больше тебе проблем добавит, чем поможет мне.
— Сообразительный ты, Саня, за что тебя и держу. Поймаем твою Пчёлку. Выделю парней. Стволы дам.
— Ствол есть, — тут же напомнил Костя.
А я поморщился, чувствуя, что тоже не обошелся без увечий.
— Дай. Лишним не будет.
Дверь кабинета открылась, и Мезурову протянули листок.
— А вот и покупатель. Серьезный мужик, часто тут отирается, девочек меняет…
Он развернул лист мне, и я застонал, увидев на распечатке знакомого садиста-Егора. Еще недавно облизывался на мою козявку, когда та накручивала у шеста. Ну еще бы он не выкупил её! Без документов, анонимно, получить свежую девочку, не в Теме.
Сука! Гандон! Мразь… Достану — убью!
* * *
Легче всего оказалось найти его телефон, но звонок он не принял. Последующие просто сбросил. И под конец от него пришло смс:
«Буду в Клубе завтра в девять вечера».
И ниже название Клуба. Тематического.
Завтра? До завтра от Лины может ничего не остаться!
Меня трясло. Я настойчиво звонил, писал сообщения, но чертов садист отключил телефон и ни одно сообщение до него не дошло.
— Как мне его еще достать? — я нервничал, Олег Мезуров пожал плечами:
— Я таких услуг не оказываю, извини.
Костя смотрел на меня в ожидании решений. А их не было. Я развел руки:
— Прости, Кость. Могу пробить телефон через Пашу, мы найдем адрес, но я уверен, он держит Полину на запасной квартире.
— Запасной? Ты вроде говорил, что у тебя их тоже две?
— Две.
— Одна тоже «запасная»?
— Кость не лезь в то, чего не понимаешь…
— Я шкуру с тебя сдеру, понял, зятек?
И тут я сдулся. Это был просто убойный день. Меня просто согнуло от бессилия в отношении Егора и в дополнение, Косте придется объяснять не только мои отношения с его дочерью, но и с Темой.
Я прошел к столу мимо Мезурова, налил целый бокал коньяка и влил в себя. Костя тут же перехватил пустой, налил себе и крякнул, оценив крепость.
— Э-э… Раз уж я выделил вам парней — они же и отвезут и машины отгонят, куда скажете. Только скажите до того, как надерётесь. А я откланиваюсь. Дом, семья, знаете ли…
Мезуров ушел, а мы с Костяном влили в себя еще по бокалу.
— Вытащим Польку — сразу делаешь ей предложение. Понял?
— Уже сделал.
— Да? — Костя оторопел. — И как она? Не против?
— Согласилась.
— Хваткая девчонка.
— А ты не против?
— Выйти за тебя замуж? Ну уж нет! Пошел ты нахер!
Мы помолчали, пока Костя снова не вернулся к вопросу:
— Я… А чего я? Ты за дурака то меня не держи. Мозги компостировать Полька стала еще с Нового года. И подарочки твои лучше всех, и ты самый красивый, и самый смелый, и самый мужественный, и самый умный… Твою мать, у меня даже комплексы начались. Но я подумал, что если бы ты и Полька…
— Когда ты подумал? — напрягся я.
— Весной уже. После дня рождения. Она тогда чуть не зачморила себя голодом, а потом к тебе сбежала…
Значит, после наказания, когда сознательно хотела отказаться от меня и влюбленности.
— Вот тогда подумал, что если бы у вас чего вышло, я был бы спокоен. Помнишь, говорил тебе, пристроить бы её к кому понадежнее? А надежнее тебя я никого не знаю.