Перекресток миров. Первые шаги Синигами (СИ)

Лич словно не изменился, он сидел на деревянном троне, опираясь на свой меч, и мое сердце даже забилось быстрее. Он сидел ровно, также как и в тронном зале в центре катакомб, и только зияющая дыра в черепе на височной доле черепа указывала на то, что лич мертв. А на небольшом деревянном столике около трона на серебреном блюде лежал свинцовый филактерий, раздробленный на множество частей и сложенный аккуратно в исходное состояние бруска. Было и длинное описание лича, только уровни и навыки его там были не сказаны.
Охраняли лича два воина из черной сотни личной охраны короля, они стояли с оголенными мечами, и хмуро напоминали любому, кто смел, приблизиться к овечьим шкурам, которые окружали небольшой постамент, на котором восседал лич. О том, что если нога зрителя ступит на шкуру, то там и останется, хоть и тело наглеца уже отделится от ступни.
Сура со страхом смотрела на лича, который смотрел на окружающих своими черными пустыми глазницы.
— Брат, так вот с кем ты тренировался в катакомбах. — Посерьёзнев, по- взрослому проговорила Астрид, посмотрев на меня каким-то иным взглядом, и мне показалось, что это взгляд уважения.
— Огонек, когда он был жив, то не был так страшен. — Попытался я разрядить обстановку, так как чувствовал, как в левую мою руку вцепилась железной хваткой Астрид. А вот правую руку с черными венами нежно поглаживала Сура, которая едва слышно говорила что-то на своем родном языке стальных альвов.
Даже после того, как лич был уничтожен, он выглядел пугающе, нет, не омерзительно, а именно пугающе. Казалось, вот-вот он встанет, и возьмет в руку свой меч и начнет уничтожать все живое, ибо он естественный враг жизни.
Нас нашла Ингрид стоящими около лича, и быстро разлучила нашу троицу, отправив Суру к матери, Астрид к преподавателю, который сейчас тренировал второй курс огненных магов, а меня отправила в подвалы к Миуюки. Мама облюбовала себе подземную часть академии, которую сейчас спешно приводили в порядок.
Мне было даже немного жаль Астрид и Суру, ведь сестренке предстоят выматывающие занятия по контролю, который был даже немного унизителен. Ей приходилось часами смотреть на пламя свечи, и её задача была в том, чтобы пламя от маленькой свечи было высотой в полтора метра. И двигалось, словно маятник, с левой стороны в правую сторону, и иногда отделялось от свечи, зависая в воздухе. Завораживающее зрелище, но опасное, так как Астрид не всегда могла его контролировать, и все что окружало свечу, могло вспыхнуть. У нас уже вся кузня была в подпалинах, а в доме Миуюки запретила Астрид практиковаться.
Талиси также найдет не самое приятное занятие для своей дочери, мне кажется, что она неправильно воспитывает её. Но смотря на то, как она иногда тренируется с учениками отца в контактном бое, понимаю, что она растит свою копию и передает ей свои навыки и умения. Талиси — боец не одного направления, как мой отец, и имеет некоторые атакующие заклинания в своем арсенале. В рукопашном бое у моего отца против стальной мало шансов. Талиси была быстрее, и как мне кажется, опытнее его в боях без оружия, особенно в непосредственном контакте с противником. По крайне мере было видно, что Талиси обучали опытные учителя, и как я понял, возраст в сто пятьдесят лет при юной внешности, ей только помогал одерживать верх над моим отцом.
В Академии она вела теорию о темной магии и о созданиях, которые создают маги темных оттенков, такие как химерологи, или те, что сосредоточили свои силы на создание различных големов. Также она вела курс по множествам рас, видам воинов и магов. А все потому, что она не готова на практике обучать учеников методам взаимодействия с тьмой, так как являлась магом хаоса. И покланялась матери всех дроу, и являлась, по сути её, жрецом очень запутанного для меня культа.
Талиси была ранена в подгорном царстве и с помощью череды портальных перемещений, через множество городов она попала в наше королевство. Около года она живет в столице, но до её восстановления еще далеко, так как её раны больше повредили её ауру, а не тело, и ей пришлось продавать свои вещи, которых и так было немного, чтобы её дочь ни в чем не нуждалась и кушала так любимые ею яблоки. Миуюки смогла договориться со стальной альвой, чтобы та помогла с теорией академии, а помимо жилья и денег, мама лечила Талиси и восстанавливала её ауру. В столице на подобное более ни кто не был способен, и по большому счету, у Талиси не было выбора.
— Первая руна, как вы видите, не является связывающей, она маскирует тот эффект, который должен произойти. — Менторским тоном вещала мама в подвальной аудитории, ходя между рядами парт, и следя за тем, как гордый собой профессор рисует на доске руны, в которых он неплохо разбирался. — Как вы видите, уважаемый преподаватель на доске формирует рунный пространственный тоннель.
Увидев, что Ингрид завела меня в аудиторию, мама молча указала на всегда пустующую первую парту, и продолжила свою лекцию, пока профессор словно забылся и все чертил мелом руны. Первый ряд парт всегда был свободен еще после первых практических занятий, на которых мертвецы представали во всей красоте, и ученики теперь даже на лекциях предпочитали держаться подальше от преподавателя.
— Данная рунная вязь нетрадиционна, и её предназначение не в переносе при непосредственном контакте, а в захвате слепка ауры. И только после этого принудительный перенос по сигналу мага, создавшего эту вязь, и не имеет значения защита и где разумный находится, но в пределе двухсот шагов от начертанных. — Один из учеников поднял руку, и Миуюки взмахом руки разрешила ученику подать голос.
— Госпожа Миуюки, а можно задать вопрос не по теме? — По-военному проговорил парень лет пятнадцати, смотря на небольшой клочок бумаги и читая имя мамы, чтобы, не дай боги, ошибиться.
— Задавай, Артес с острова Червоточин. — Холодно проговорила Миуюки, а у Артеса увеличились глаза — он не ожидал, что она помнит его имя и откуда он, но я знал, что мама составляет личное дело на каждого ученика темного факультета, чтобы разработать лучшую методику, которая раскроет потенциал каждого ученика либо преподавателя. — Надеюсь, он не связан с профессионализмом преподавателя Талиси.
— Нет, он связан с личем и тем, что он появился в выставочном зале достижений темного факультета — Четко проговорил ученик, садясь на свое место. — Вы не можете не знать историю появления того, который не должен находиться в зале достижений темного факультета.
— Ну и почему же не должен? — Ухмыльнулась Миуюки, которая продолжила свое хождение между партами под непрекращающийся скрип мела профессора, который даже и не думал останавливаться, вырисовывая свои руны. — Зал достижений он и для преподавателей, этот лич убит недавно, когда я и мой муж уже входили в состав темного факультета.
Миуюки в красках рассказывала своим ученикам, что в катакомбах под столицей есть не только пыль, но и мертвецы, охраняющие несметные сокровища. И что мама вместе с Альриком, взяв разрешение у короля на зачистку территории, при участии декана светлого факультета Ингрид Животворящей, наткнулись на слабенького и очень древнего лича. И совместно с королем решили, что пусть этот слабенький лич побудет выставочным экземпляром, пока они не добудут лича посильнее. А то на этого без слёз не взглянешь, а то, что в катакомбах есть немертвые, то не стоит забывать о том, что катакомбы под столицей намного старше, чем сама столица. И в великих империях такого лича можно встретить даже в городской канализации.
Ученики приняли ложь за правду, я знал, что личей не могло быть много, и поэтому с нетерпением ждал когда лекция будет окончена и я с Миуюки уйдём в её кабинет.
— Сегодня состоится рейд. — Тихо проговорила мама, когда мы зашли в её кабинет, находящийся в подвалах академии. — В катакомбы начали проникать шпионы, и они могут потревожить спящих личей в тронном зале. Король объявит вечером о том, что он желает начать охоту на мертвых и на сокровища, которые они охраняют.