Магос: Архивы Грегора Эйзенхорна

Драшер нахмурился, сомневаясь в услышанном.
– Она знает, что говорит, магос, – сказал Вориет. – Можете мне поверить.
Драшер все равно открыл старую книгу Сгнившие страницы рассыпались под его пальцами.
– В этом случае – буквально ничего, – сказал он.
Макс усмехнулась.
Он еще какое-то время смотрел на книгу. На пустую, обесцвеченную обложку, на остатки страниц, еще не отлетевшие от переплета. Когда-то здесь было что-то, а теперь – исчезло.
Самым страшным врагом Валентина Драшера было его собственное воображение. Он это прекрасно осознавал. Он так много раз убеждался в этом.
– А что, если… – начал магос.
– Валентин?..
– Макс, а что, если офицер был прав? – сказал он.
– В смысле? – спросила Макс, подходя ближе.
– Вдруг Кештре только частично находится в нашей реальности? Вдруг оно… не все время там? Прямо как в страшилках на ночь?
Макс уперла руки в бока и посмотрела на магоса испепеляющим взглядом.
– Я знаю, – улыбнулся он. – Тот я, что прибыл сюда сегодня утром, тоже смотрел бы на меня нынешнего такими глазами. Но… Жермена, я такое повидал! Невероятные вещи. Я всегда мог описать окружающий мир, руководствуясь его законами. Я всегда ищу привязку к ним. Это моя работа. Она вселяет надежду. Очень удобно, когда видишь смысл во всем, что тебя окружает. Но сейчас я уже ни в чем не уверен. Я думаю, что возможно все. К черту здравый смысл!
  
Глава десятая
 
Неупокоенный
 
Буря не успокоилась и ночью. После полуночи гром постепенно затих, превратившись в отдаленные раскаты, но дождь усилился. Капли выбивали барабанную дробь по стенам и крыше. Казалось, что все горы вот-вот смоет бесконечным потоком воды и грязи вместе с крепостью.
– Обойду-ка я помещения, – сообщила Макс.
На самом деле ей просто хотелось пройтись, чтобы в голове немного прояснилось. Она уже буквально засыпала над картами и надеялась, что обход замка позволит ей отогнать сонливость. Вориет и Джафф кивнули, не отрываясь от работы. Драшер ушел еще раньше. Спать, вероятно. Макс накинула на плечи форменную куртку, взяла дробовик и пластековый дождевик и покинула библиотеку.
В крепости царила тишина, если не считать постоянного шума дождя и звона капель, стекающих через прорехи в крыше в подставленные ведра и тазы. Везде пахло сыростью. В галереях и на лестницах почти не было светильников и свечей, поэтому Макс вытащила фонарь. На третьем этаже она встретила Медею Бетанкор. Та, склонившись над инфопланшетом, сидела на лавке у двери комнаты Эйзенхорна. Она выглядела измотанной.
– Что-то интересное, маршал? – спросив она, заметив Макс. Маршал покачала головой.
– Он наконец-то уснул, – сообщила Бетанкор, жестом указав на дверь. – Ему это нужно.
– Вам бы тоже не помешало, мэм, – сказала Макс.
– Может, через некоторое время, – ответила Медея. – Я посижу здесь еще немного, на случай если понадоблюсь ему. Если он видит сны, то… просыпается.
Макс кивнула. Бетанкор снова склонилась над планшетом, а маршал отправилась обратно к лестнице.
Она спустилась к главному входу и натянула дождевик. Сразу по приезде Нейл установил во дворе прожекторы, и теперь их белый свет отражался в небольших застекленных окошках над дверью.
Макс открыла дверь.
Двор был залит ярким холодным светом. Он преломлялся, проходя сквозь струи дождя, создавая ощущение помех на старом пикт-мониторе. Макс могла различить гул портативных генераторов, питавших прожекторы, пробивавшийся сквозь бесконечный шелест капель.
На дальней стороне двора, у ворот, виднелся силуэт Нейла. С ним была Эдд, и они слегка приоткрыли створки, чтобы выглянуть наружу, в ночную темноту. Макс бегом пересекла открытое пространство, кутаясь в пластековый плащ. Воздух был свежим и холодным. Несмотря на дождевик, струйки воды тут же начали стекать за воротник.
– Что-то случилось? – спросила она.
Нейл развернулся к ней. Капли стекали по квадратному подбородку наемника и срывались вниз.
– Что-то потревожило датчики на внешнем периметре час тому назад, – ответил он. – Скорее всего, просто какое-то животное, но Гарофар и Кронил пошли проверить.
– Мне нужно поднимать остальных? – спросила она.
– Не стоит. Скорее всего, какое-то животное, – повторил он.
– Держите меня в курсе, – сказала маршал. – Я пока обойду дом.
Макс вернулась к главному зданию, закрыла за собой дверь и сняла дождевик. Она проверила кухню и маленькую гостиную. Огонь в камине по-прежнему горел, превращая комнату в самое уютное место во всей крепости. В кресле спал Драшер. Значит, он все-таки не пошел к себе. Магос принес с собой несколько книг из библиотеки, и одна из них сейчас лежала раскрытой на его груди. Книга о миграционных маршрутах птиц в Каранинах. На развороте виднелись аккуратные изображения пернатых животных. Маршал закрыла книгу и убрала ее в сторону, после чего укрыла спящего магоса старой курткой, будто одеялом, а потом, чуть замешкавшись, наклонилась и поцеловалаего в лоб.
Драшер заворочался, что-то пробормотал и снова погрузился в сон.
Макс едва успела войти и главный зал, когда услышала голос. Кто-то кричал, но не от боли, а словно призывая или приказывая.
Она остановилась и прислушалась. Зал был пуст, все свечи попали. Снова раздался тот же странный крик. Он звучал издалека, приглушенный дождем. В этот раз ее вокс-приемник затрещал, будто вторя голосу.
Макс покрутила ручку настройки устройства связи, закрепленного на воротнике. Оно издало короткий писк, после чего эфир заполнился обычным белым шумом.
– Господин Нейл, – позвала она, поворачивая голову к микрофону. – Господин Нейл, говорит маршал Макс. Прием.
В ответ доносился лишь треск помех.
– Нейл, на связь. Говорит Макс.
В микрофоне зашумело, после чего наконец раздался голос Нейла, искаженный помехами:
– Слышу вас, Макс.
– Что это было? – спросила маршал.
– Звук?
– Да.
– Не знаю. Гарофар и Кронил только что вернулись. Кронил полагает, что это был крик животного.
– Ваш вокс тоже странно себя вел? – спросила Макс.
– Да, всего пару секунд, – ответил Нейл. – Думаю, это атмосферные помехи. Здесь у нас сейчас только дождь, но я вижу мощные вспышки молний дальше в долине.
Макс это не убедило, но она помнила, что буря сыграла злую шутку со связью Вориета.
– Остаемся на связи, – сказала она. – Я иду вниз, к холодильнику, потом пройдусь по западной стене.
– Канал открыт, – подтвердил Нейл.
Макс открыла дверь в погреб и спустилась по каменным ступеням. Путь ей освещал только ее мощный фонарь.
Постепенно она начала различать слабое синеватое сияние.
Дверь холодильника была приоткрыта, и свет от стазисных полей проникал в коридор.
– Нейл? – произнесла она в микрофон, – Дверь холодильника не заперта. Здесь кто-то был?
В ответ она услышала лишь шипение статики.
– Нейл, отвечайте.
И снова странные помехи.
Макс замерла на несколько секунд. Ей хотелось вернуться сюда с подкреплением, но, если бы она отправилась за Нейлом и своими подчиненными, вход в погреб пришлось бы оставить открытым. Маршал прикрепила фонарь к кронштейну под стволом дробовика и двинулась вперед, держа оружие наготове.
Замок на двери холодильника оказался цел. Засовы на наружной стороне были открыты. Медленно и осторожно она приоткрыла дверь чуть шире стволом дробовика и заглянула внутрь. Помещение с белеными стенами освещал призрачный голубоватый свет генераторов стазисного поля. Каталки все так же стояли в несколько рядов, зеленая пластековая пленка скрывала под собой останки.
Только семнадцать из них.
Одна каталка, в самом центре, пустовала. Смятый пластековый мешок валялся на полу у колес.
Одно из тел исчезло.